Антимаг

Андервуд Энтони

— На это и расчет, даже больше, она придумала хитромудрый план, который должен отвлечь врага еще сильней и заставить Энтерию вернуться, при этом прихватив с собой часть войск.

— Будет хорошо, если все получиться.

— Уверен, Асподель мастерица интриг, это стезя и промысел

Энтерия

На осадной башне стояла Энтерия, рассматривая город, позади нее, прямо внутри выстроились десятки рыцарей, они держали в руках острые мечи и щиты на которых был изображен окровавленный нетопырь, символ клана вампиров "Аскарон"

По

обе стороны от башни которая была сделана из дерева и кожи, располагался лагерь Дентросийцев, стояли палатки, таран, а также строились катапульты, было видно что королева настроена решительно, ведь привела под стены города пять тысяч добрых мечей, воины были в кожаных и стальных латах. Солдаты Энтерии праздно бродили по лагерю. Палатки стояли по всей округе и под каждым кустом. Со всех сторон доносился звуки металла и разговоры дентросийских захватчиков, воины обсуждали грядущую битву, кто-то делился впечатлениями от былых сражений, вспоминали также свои зверства в поселениях, которые в больше степени превратились в пепел.

Солдаты патрулировали окрестности, пытаясь чтобы даже муха не пролетела сквозь их заставы, которые щедро рассыпались на дороге словно коровьи лепешки.

Помимо этого в основном лагере было веселье, под звуки музыки и боевые песни, солдаты праздно выпивали возле костров. Крепкие рабочие, которые в основной массе были набраны из здешних деревень, вероятно под страхом смерти, упорно рубили деревья и сооружали осадные машины.

Где-то в лесах, под кронами мрачных деревьев выстроились павшие солдаты, они что-то бормотали себе под нос, и ждали того момента, когда их темная владычица пошлет в бой. Восставшие солдаты своим видом пугали пленных крестьян, но сила Энтерии сдерживала их гней и поэтому они лишь пронзали своими прогнившими глазами, испуганный крестьян, которые работали не покладая рук, и каждый раз вздрагивая от очередного вопля мертвеца.

— Сколько проживает людей в этом городе? — раздался голос внутри осадной башни. Он принадлежал Энтерии, злобная владычица разглядывала стены столицы с высоты.

— Примерно десять тысяч, моя госпожа, — послышался хриплый голос рыцаря, из его рта торчали белые клыки, это был не простой солдат, а особый из вампирского легиона, таких было здесь не много, но они представляли собой элитное подразделение.

— Вот он вкус победы, Эльсильдорских пленников не убивать, как только они попадут в ваши руки, хватайте их и бросайте в темницы, — приказала королева. — Нам нужна свежая кровь, чтобы наполнить все шестнадцать чаш Дреймора и призвать владыку в этот мир, да разверзнуться врата Фароуса.

— Да разверзнуться врата Фароуса, — повторили воины, среди них было множество простых парней, которые и являлись обыкновенными людьми, но судя по всему, они свято верили в свою королеву, ведь она жена Айкалатоса, а именного этого вампира народ Дентроса почитает как бога.

Они подняли мечи и вскричали вновь.

— Мы принесем голову Пирацента на блюде, а потаскуху Грандлину бросим в темницу, вам ведь нужна магическая кровь? — спросил воин, на

его лице закрадывалась легкая улыбка, стоять рядом с королевой и беседовать для него было настоящей честью.

— Да, пожалуй так и сделаем, — проговорила она, а затем стала спускаться.

Снизу в телегах лежали припасы, возы с зерном, оружием, щитами, и доспехами.

Вокруг них трудились воины, кто-то ремонтировал доспехи в наспех оборудованных кузнях, стук молотов и звон металла заполнил округу.

Дым костров расползался вокруг, в воздухе витал запах жареного мяса.

Королева шла по военному лагерю, все воины приветствовали ее и склоняли свои головы, со всех сторон слышались голоса.

— Слава нашему королю и королеве.

— Айкалатос, любовь моя, — нежно проговорила она, увидев своего мужа.

— Да, — улыбнулся он. — Вскоре мы захватим город и проведем ночь любви, в королевском ложе.

— Да, — завопила она, улыбка растянулась едва ли не до ушей. — Под запах крови, мы наполним бокалы человеческим вином, лучшим в этом краю… да, мы будем пить волшебную кровь чародейки Грандлины.

Королева говорила это с придыханием, и наслаждением, в ее нос закрался запах крови, как вдруг палящее солнце словно ударило по ее голове, прямо из носа, под высоким давлением хлынула красная жидкость, она мало напоминала кровь, была черна как сажа.

— Что с вами, моя королева? — завопил один из воинов, взглянув на ее испуганно, окровавленное и недовольное лицо и тут же ринувшись подхватил ее.

— Срочно приведите пленника, — возмущенно ответила она. Ее глаза загорелись и наполнились остатками крови. Бледное лицо погрубело и покрылась волдырями.

— Что? — переспросил кто-то из стоящих рядом рыцарей, никто не понимал что делать, ведь впервые видел свою королеву в таком ужасном состоянии.

На ее лице застыла злоба, а в отблесках ее глаз отражался огонь.

— Срочно, — рявкнула она, отчего волосы рыцаря, вскочили словно от разряда и стали развеваться на ветру, мужчина увидел ее звериный голод. — Я хочу крови! — крикнула ведьма.

В воздухе витало напряжение.

— Успокойся, все будет хорошо, — прижавшись к ней проговорил Айкалатос. — Пойдем, — указал он на шатер.

Энтерия спряталась там, чтобы под плотной тканью скрыться от зловещего солнца, которое ненавидела всем сердцем.

Айкалатос последовал за ней.

В какой-то момент послышался душераздирающий крик.

— Отпустите меня, подонки.

Во внутрь королевского шатра завели какого-то крестьянина, его лицо было измазано грязью, а одежда ободрана, складывалось мнение, что его содержали в каком-то яме, ведь он был испачкан с ног до головы.

— Не сахар, но тоже сойдет, — проговорила Энтерия и стала прикасаться к бедному парню.

Его глаза забегали, словно у загнанного угол зайца, страх наполнил его душу.

— Нет, не трогайте меня. — вскричал он.

— Или ты сейчас закроешь свою пасть или умрешь, выбирать тебе, — властным голосом сказала Энтерия, схватившись руками за горло.