Аня
Шрифт:
– Почему? Почему ты уверена, что я причиню тебе боль?
– Почти все, кого я любила, делали мне больно.
– Родители?
– Они, брат, первая детская любовь - все, кроме тети. Я больше никого не подпускала близко, а ты хочешь оказаться сразу под кожей. Но ты - чужой человек, незнакомый и непонятный, не тетя, которая будет рядом банально в силу родства.
– Я не знаю, что на это ответить, - тихо сказал он.
– Обещать любовь до гроба на
Он медленно и осторожно освободил ее. Аня потерла запястья и приняла решение.
– Ты прав.
– О чем ты?
– Давай попробуем.
И Аня медленно поцеловала его. Пару секунд он не реагировал, а потом ответил. Нежно и ласково. Некоторое время они просто целовались. А потом растянулись на кровати. Это был не сnbsp; - Признаюсь честно, я ее подстроил. Узнал, где находится ваш телефон, и не смог удержаться от порыва присоединится.
екс, а любовь - нежная и ласковая, заботливая и игривая.
Аня долго не могла отдышаться и прийти в себя от эмоциональной бури. Как, оказывается, любовь отличается от секса. Кто бы мог подумать...
– Ты плачешь?
– удивился и обеспокоился Алекс.
– Это было потрясающе, я еще никогда такого не испытывала. Спасибо.
– Не за что, маленькая, - тепло отозвался мужчина.
Они заснули, обнявшись. Напряжение пропало.
На следующий день Аня как обычно поехала на работу. Их общение строилось постепенно. Аня не меняла все и махом, как, впрочем, и Алекс. Они знакомились друг с другом и приноравливались к изменениям. Постепенно Аня привыкла к новой работе, новым отношениям и даже перебралась к Алексу. Совместный быт принес необычный опыт.
Долгое время приноравливались к ее сессиям. Нет, с Алексом было понятно, но остальные... Фархат появлялся раз - два в месяц, и это были только их сессии. Сессии с Кимом и Степаном всегда проходили в присутствии Алекса. К тому же Аня взяла еще одного саба - знакомого Алекса какого-то чина не то в налоговой, не то в таможне. Она не вдавалась в подробности. Больше всего опасалась изменения отношения Алекса, но того, казалось, завораживала и восхищала эта ее сторона.
К лету жизнь практически наладилась и определилась. Тетя одобрила Александра, тот тоже впечатлился
Все вроде бы хорошо, но что-то было немного не так. Она никак не могла сообразить, в чем проблема. На личном фронте все замечательно, на работе тоже все хорошо, сессии вносят недостающее, но что-то не так.
Однажды, зайдя в магазин к Ларисе, теперь та замещала поехавшую отдыхать продавщицу, Аня пожаловалась на эту неопределенность. Нельзя сказать, что они стали лучшими подругами, но поддерживали приятельские отношения. Лариса пояснила причину доверия в тот первый раз. Оказывается, она попросила одного из охранников центра присмотреть за Аней, а та никак не могла понять, с чего вдруг. И вот сейчас, помогая развешивать вещи, Ани рассказала о ситуации. Лариса, высказавшаяся чуть раньше, слушала, а потом неожиданно объявила:
– Я знаю, в чем проблема.
– В чем?
– Тебя никогда ни о чем не просят, верно? И даже отказываются от твоей помощи. Это задевает, верно?
– Да, но почему так?
– А помнишь, ты рассказывала о начале ваших отношений, что ты не любишь слабых мужчин?
– Да, но это другое. Почему нельзя попросить зайти в аптеку, а не идти самому.
– Это ты разделяешь, а он - нет. Просьба, значит - слабость.
– Но это же не так!
– Проясни этот момент, а то он умирать будет, но не попросит о кружке воды.
– Это бред!
– А просить сына проехать пол Москвы с аспирином, вместо того, чтобы позвонить тебе - не бред?
– парировала Лариса.
– Спасибо, ты открыла мне глаза.
Вечером Аня подняла этот вопрос. Оказалось, Алекс в самом деле не понимает сути претензий. Они поругались, так что Аня ушла гулять, хлопнув дверью. На улице ее догнал Алекс, и они долго мирились. Но после стало проще, заноза в отношениях пропала. Эта тема была еще болезненной и пока осторожно обходилась, но постепенно все сошло на нет. Вероятно, вопрос слабости будет возникать и не раз, но все решается.
Жизнь продолжалась... возникали совместные планы и мечты, решались проблемы и недоразумения... жизнь... обычная жизнь...