Апач
Шрифт:
Я посмотрел направо на Билли и Джорджа, когда мы садились. Все что я увидел через дымку, был огромный сноп огня через пролом от их пушки, которая выплюнула поток гигантских снарядов с электрическим воспламенением.
– Открываю огонь!
– вопил Билли.
Тогда пыль окутала нас полностью и они исчезли.
Необходимость сказать или сделать что-нибудь, переполняла меня. Я схватился за поручни над головой и закрыл рот, пока Карл выполнял самую опасную и критически важную часть миссии. Мы потеряли элемент внезапности, мы потеряли видимость. Мы даже
Он бросил нас в жесткую посадку на то же самое место, которое только что освободил Джорди. Мы были полностью слепыми. Я снова начал дышать. Мы сделали это.
– Быстрей Карл; большие пальцы, большие пальцы.
Фрейзер-Перри промчался мимо моего левого окна и обогнул нос вертолета. Ригг стрелял вправо, перед ним. Они нырнули под хлопающими лопастями винта и исчезли в облаке пыли, которое начало сливаться с выбросом от 2 000 фунтовой бомбы и теперь полностью скрыло солнце.
Если кто-нибудь из талибов ждал, что бы захватить Мэтью, сейчас было самое время для удара. Я напрягался, что бы увидеть его, но не было ни малейшего шанса для этого; я ничего не видел дальше законцовок винта. Не было ничего, что бы я или Карл могли сделать, только сидеть на месте.
Мы не привыкли к этому. Обычно мы были в небесах, с множеством камер, настолько мощных, что мы могли видеть людей насквозь. Теперь мы были как раз посреди вражеского заднего двора, и мы даже понятия не имели, что происходит. Каждая секунда тянулась как час.
Тогда, невероятно медленно, коричневая масса начала отступать. Мы могли видеть на пять метров... на восемь... на двенадцать...
– Где, во имя ада, стена? Почему мы не можем разглядеть стену форта?
Я протер глаза и искал малейшие признаки спасательной группы. Я хотел видеть четырех мужчин, бегущих к нам, несущих между ними Мэтью Форда. Пожалуйста, пожалуйста... Где же вы, нахрен?
Но они не появились. Время: 10.39 и двадцать пять секунд. Целая минута на земле прошла. Мы имели в запасе только еще одну. Они должны быть на полпути сюда.
Что это было? Длинная горизонтальная линия... Пыль оседала все дальше. Возможно, я теперь могу видеть стену? Да... Мои глаза сканировали слева дюйм за дюймом. Наконец, в сорока пяти градусах впереди вертолета, я увидел воронку и пролом. Мы оказались значительно дальше от них, чем я думал. Но где, черт возьми, морпехи?
Я продолжал просматривать влево к пятну, где я в последний раз видел скрюченное тело Мэтью. Один метр, два метра, три метра...
– Вот!
– закричал Карл.
Их бы не четверо, только двое. Джаст Ригг и Фрейзер-Перри. Они были в добрых пятидесяти метрах от нас. Хуже того, им только удалось переместить Мэтью с возвышенного вала в чертову большую канаву. Они не двигались; выглядело так, как будто они застряли в зыбучих песках. Один из нас должен был выйти и помочь. Иначе, к одиннадцати часам мы все будем мертвы.
– Они не собираются делать это.
– Я пойду попрыгаю, Карл.
– Я начал отстегивать свой привязной ремень.
–
Ни один из нас не мог выйти из машины достаточно быстро, но Карл был первым пилотом и он знал, что должен остаться. И именно мой доклад привел нас сюда.
– Через тридцать секунд я вернусь.
Я откинул дверь кабины и выпрыгнул из сиденья, даже не прикоснувшись к борту "Апача". Я приготовился к приземлению с шести футов.
Вместо того, что бы дать встряску ногам, я погрузился на восемнадцать дюймов ниже уровня земли. Грунт был еще более тонким, чем тальк. Бог знает, сколько раз вспахивали эту землю.
Звуковые волны взорвали мои барабанные перепонки. Шум был невероятный. После тишины кабины "Апача" с кондиционированным воздухом, было ощущение, что кто-то вывернул громкость на максимум. Грозовые раскаты пушечной стрельбы волнами прокатывались рядом с вертолетом, акцентируя хлопки лопастей над моей головой.
Я стартовал к парням в быстром спринте, но земля исчезала из под моих ног. Мои ботинки уходили на двенадцать дюймов при каждом шаге, прежде, чем я нащупывал опору. Мои ноги работали на запредельной скорости, но я почти не двигался. И я чувствовал, что они стали горячими, болезненно горячими.
Так как вой двигателя нашего "Апача" и хлопки лопастей его винта отставали, усиливались звуки тотальной войны; постоянный треск винтовочных выстрелов, очереди пушек боевых вертолетов и сотрясающие землю взрывы артиллерийских снарядов. Запах кордита был настолько силен, что раздирал мои ноздри.
Я услышал сверхъестественный вопль и осмотрелся, что бы увидеть как несколько РПГ талибов отправились в свой путь к хребту. Вместо привычного свиста, они вопили словно баньши.
Слева от меня все еще висела толстая и высокая завеса дыма от 2 000 фунтовой бомбы, закрывая деревню и затеняя свет, но я мог теперь ясно видеть линию деревьев справа от меня. Пыль быстро оседала.
К тому времени, когда я достиг канавы, мои легкие вздымались и кровь била в голову. Я спрыгнул рядом с Фрейзер-Перри, истекая потом из каждой поры.
Они прекратили попытки поднять Мэтью и пытались его тащить вместо этого. Но это тоже не работало. Он теперь лежал, лицом вперед, на дальней стороне канавы от стены. Его голова была на уровне земли, а ноги смещены вправо. Ригг стоял над ним, таща его за разгрузку, а Фрейзер-Перри был ниже, пытаясь приподнять его вверх, но козырек каски Мэтью зарылась в землю, крепко заякорив его на месте.
Я завопил на них, что бы они остановились. Парни оставили его, близкие к истощению.
– Черт возьми, он тяжелый.
– задыхался Фрейзер-Перри.
Мэтью Форд был гигантом, изрядно более шести футов и телом как скала. Мы не знали этого. Возможно, если бы мы могли перевернуть его, втроем мы могли бы поднять его. Я упер правое колено в стенку канавы, захватил плечо Мэтью своей левой рукой и потянул. Я просунул свою правую руку под его правое предплечье и перевернул его, перенеся большую часть его веса на мое бедро.