Апокалипсис коллайдера
Шрифт:
Староста опустился на лавку, и Андрей последовал его примеру. Поме-щение столовой заполнилось характерными для приема пищи звуками. Варе-ная картошка без масла и соли, выглядела бы в глазах Андрея крайне неаппе-титно еще сутки назад, но сейчас, это блюдо казалось юноше восхитительным. Запив ужин травяным чаем, Андрей почувствовал себя совсем хорошо. Появил-ся Вячеслав, пронес в кухню флягу с водой. На обратном пути, заметив, что Ан-дрей закончил с трапезой, кивнул, подзывая к себе. Андрей встал и пошел за мужчиной. Возле раскрытых входных ворот, Вячеслав указал на тележку с тре-мя полными флягами:
–
Андрей поднял флягу и, на заплетающихся ногах, медленно понес её в сторону кухни. Навстречу стали попадаться отужинавшие люди, встречающие раскрасневшегося от напряжения юношу добродушными улыбками.
Закончив с выполнением поручения и дождавшись, когда закончит ужинать Вячеслав, Андрей, молча, направился за мужчиной к Василисе, полу-чать тканый комплект из брюк с курткой и вязаную шапку с перчатками.
– У вас тут около тридцати человек всего? – Спросил Андрей, оказав-шись в их комнате.
– Тридцать три с тобой. – Ответил Вячеслав, собирая вещи в заплечный мешок.
– Такое ощущение, что ткань самотканая. – Андрей облачился в обновки и с интересом разглядывал текстуру ткани.
– Так и есть. Был у нас дед Семен, плотник, он то и соорудил ткацкий станок по чертежам из библиотеки. А нитки мы из шерсти делаем, овцы у нас есть. И гончар тоже.
– Я так и подумал. – Кивнул Андрей, вспоминая неказистую глиняную посуду в столовой.
– Хорошая у вас община.
Вячеслав усмехнулся. Затем окинул взглядом юношу:
– Темнеет. Пора нам.
Покинув территорию общины, разведчики двинулись вдоль улицы Пушкина.
– Все хочу спросить, - затеял Андрей разговор, - почему новый район сильно разрушен, а здесь, вроде как целое все?
– Торнадо. – Буркнул Вячеслав, погруженный в свои мысли.
И до самого центрального парка, юноша своего компаньона не беспокоил. Однако, оказавшись рядом с центральным входом в парк, Андрей не смог сдержать удивленного возгласа. На месте привычных высоких древесных крон, колыхалось мелкое болото, с торчащими кое-где над поверхностью пнями. Мужчина только глянул на парня искоса, но ничего не сказал. Свернув в начале Первомайской площади налево, они вышли к асфальтовой дорожке, ведущей через парк к десятиэтажному бетонному зданию, прозванному в народе «Пентагоном». Вопреки ожиданиям Андрея, дорожка оказалась не подтопленной, и путники без помех преодолели облысевший парк. А вот возле серой бетонки их ждал малоприятный сюрприз. Навстречу разведчикам общины вышли три человека.
– Батюшки, какая встреча! – Здоровый детина оскалился широкими желтыми зубами. – Вячеслав сам идет в наши руки! А мы тут гадаем стоим, где тебя выцеплять?!
Вячеслав медленно стянул с плеч вещмешок и поставил его на растрес-кавшийся асфальт тротуара:
–
– Видишь ли, Славик. – Детина постарался улыбнуться еще шире.
– Тер-зает смутное сомненье нашего пахана. А когда пахан терзается, сам понимаешь, житья нормального ну никому нет.
– Хм. Я-то причем? – Вячеслав расставил ноги и сцепил руки за спиной.
– Ньу, ладьно притьворяться-то. – Подал голос щуплый мужичок, поиг-рывая складным ножичком. – Где дьевникь?
– Слышь? Чучело огородное! – Вячеслав зло глянул на мужичка. – Пасть уткни, я не с тобой разговариваю!
– Чьего тьи сказаль? – Мужичок сделал шаг вперед, но был остановлен лапищей детины. Боязливо глянув на старшего, мужичок притих.
– В общем, это…, дневник Марка нам нужен. – Детина сплюнул под ноги и вытащил из-за пазухи пистолет. – Сам отдашь, али как?
– Али как! – Вячеслав развел в стороны раскрытые ладони, и быстрым, практически неуловимым движением переместился к здоровяку. Через миг пистолет выстрелил в ногу разговорчивого мужичка и прирос к виску детины, в то время как сам Вячеслав оказался за спиной здоровяка, сжимая в руке этот самый пистолет. – Ты забыл спросить, а есть ли у меня этот самый дневник.
– А чё нету, чё ли? – На лице здоровяка выступили бледные пятна.
– Представь себе! – Вячеслав сделал несколько быстрых шагов назад. – Значит так. Сейчас ты и молчун загребаете шестерку и тащитесь к мосту в пар-ке. Когда дойдете, я пушку твою здесь оставлю и тоже уйду. Так что, сможешь вернуться и забрать. Все, пошли, мать Вашу! Андрей, мешок мой возьми.
Андрей подхватил рюкзак и сместился в сторону, пропуская молчали-вого спутника детины, тянущего на своем плече раненого мужичка.
– За мальцомь свьоимь прьиглядьивай. – Бросил раненый мужичок, злобно посмотрев на Андрея.
– Не беспокойся. – Отозвался Вячеслав, ухмыляясь, а когда троица ото-шла подальше, добавил сквозь зубы. – Перестрелял бы! Шайка бандитская. Тьфу!
Разрядив пистолет и рассыпав патроны, которых оказалось всего пять, Вячеслав кивнул Андрею и зашагал к Севастопольской.
– Странный у них пестик. – Выдохнул Андрей, кое-как справляясь с ды-ханием. – Магазин какой-то слишком длинный. Не видел таких.
– А много встречал? – Улыбнулся Вячеслав. – Я имею в виду различных типов огнестрельного оружия?
– Ну да были макеты на ОБЖ.
– Это Штайр. Использовались такие в начале двадцатого века. Кажется, даже во Второй Мировой, смутно помню эту часть теории.
– Так давно? В музее они его, что ли отрыли? – Андрей перекинул рюк-зак на другое плечо.
– Чего у тебя там, кирпичи?
– Хм. Скорее в частной коллекции. Давай сюда. – Вячеслав забрал рюкзак у Андрея. – Такие штуки обычно на двух плечах носят!