Апполион
Шрифт:
Неторопливая, спокойная ухмылка растянулась на его бледных губах.
–
Я здесь. Ну, настолько здесь, насколько могу быть.
Я втянула воздух, но он застрял в горле.
–
Я могу прикоснуться к тебе?
– ноги несли меня вперед судорожными толчками. Никакого изящества Аполлиона. Я могу тебя обнять?
Его брови опустились.
–
Нет, Алекс, не можешь. Ты пройдешь сквозь меня.
– Он ухмыльнулся.
– Хотя, похоже, в первый раз тебе это дажепонравилось.
Я рассмеялась,
–
Боги, мне так сильно хочется тебя обнять.
–
Я знаю.
– Его улыбка померкла.
– Но у нас мало времени.
У нас никогда его не было. Я качнулась назад на пятках, улыбнувшись.
–
Ты здесь, чтобы помочь мне сбежать, верно?
–
Ах, нет, я здесь не для того, чтобы помочь тебе сбежать.
Улыбка исчезла с моего лица.
–
Почему? Я не понимаю. Мне надо выбраться отсюда. Моему Сету надо...
–
Я здесь в качестве последней отчаянной попытки.
– Он потянулся, словно пытался прикоснуться ко мне, ноостановился.
– Аполлон послал меня.
Я скрестила руки и нахмурилась.
–
Какое он к этому имеет отношение?
–
Он надеется, что я смогу достучаться до тебя, Алекс.
–
Ты знаешь, что он ударил меня божественной молнией?
Калеб вздрогнул.
–
Да. Я наслышан. Каждый в Подземном царстве вроде как слышал об этом, но, Алекс, ты как бы саманапросилась.
– Когда я открыла рот, он заставил меня замолчать.
– Аполлон был бы здесь, если бы мог.
–
И почему же он не может?
– Я отвернулась, пытаясь усмирить свою ярость, словно закручивая крышку на банке это не работало.
– Он боится меня, не так ли? Он должен бояться. Аполлон в моем черном списке.
–
Ты себя слышишь? Бог боится тебя?
– он казался ошеломлённым.
– Аполлон не может попасть сюда потому, чтоАйден, любовь всей твоей жизни, наложил запрет на его присутствие здесь.
Я развернулась, прищурив глаза.
–
Он не любовь всей моей жизни.
Калеб покачал головой.
–
Он всегда был твоим, Алекс. А ты всегда была его.
Мой рот искривился, словно я попробовала какую-то кислятину.
–
Это поэтому ты пришел с того света? Чтобы поговорить о моей личной жизни?
–
Ну, любовь всей твоей жизни наложил запрет на вход в этот дом для Аполлона, так как Айден боится, чтоАполлон причинит тебе вред.
– Ох, да, Калеб наблюдал мое замешательство.
– И Аполлон послал одну из своих нимф вниз в Подземное царство, выдернул меня прямо из-под носа Аида, чтобы помочь тебе. Они оба - Айден и Аполлон - творят невообразимое, чтобы спасти тебя.
–
Но ... мне не надо, чтобы кто-то меня спасал.
–
Точно!
– Калеб скинул в воздух руки.
–
Ладно, я не улавливала сути разговора.
–
Тогда почему ты не помогаешь мне сбежать? Ты можешь пройти куда угодно, где бы не были ключи. Уверена,они у Айдена.
Он закатил глаза и они на миг исчезли. Ой.
–
Ты можешь спасти сама себя. Только ты, и ты должна убедиться в этом.
Мои губы плотно сжались. Здесь был Калеб, мой лучший друг - мой мертвый лучший друг, но в любом случае - я не видела его так давно, словно прошла вечность, и мы спорили. Я не хотела спорить с ним.
–
Что ты творишь, Алекс? Это не ты. Ничего из этого ты никогда не хотела.
Я сделала глубокий вдох.
–
Это то, чего я хочу сейчас.
Низкое рычание Калеба застряло в его горле. Он выглядел так, словно хотел задушить меня.
–
То что ты делаешь, так это способствуешь тому, чтобы тебя и Сета убили. Да, всё верно - ты не неуязвима.Никто из вас! И на Олимпе назревает война и это прольется всеми возможными видами конца света вниз на землю. Ты хочешь быть ответственной за это?
Сжав руки в кулаки, я взглянула вверх на него.
–
Мы хотим изменить порядок вещей, Калеб! Ты как никто другой должен понимать это! Вместе, Сет и я, мысможем освободить слуг - моего отца!
Мы сможем свергнуть Совет. Мы сможем...
Из него вырвался безумного рода смеха. Такой смех, который, как правило, означал, что он был близок к тому, чтобы затолкать меня в угол.
–
Неужели ты думаешь, что это то, что произойдет, как только вам удастся уничтожить весь Совет? Что Люциансобирается освободить полукровок и все будут любить друг друга?
Я открыла рот, но он продолжил говорить.
–
Ладно, давай притворимся, что это не полный абсурд и мы будем находиться под воздействиемтранквилизаторов. Боги никогда не позволят это.
Они рискнут раскрыть себя перед всем миром смертных, чтобы остановить вас. Невинные люди будут погибать. Ты умрешь.
Мое сердце пропустило удар.
–
Так я должна ничего не делать?
–
Нет. Ты разве не знаешь? Наивысшее искусство войны - это покорить врага без боя.
–
И тот, кто придумал это, был полным и абсолютным идиотом. Для того чтобы выиграть войну, враг должен бытьразорван на части, вплоть до костей, и уничтожен.
Он прищурил глаза.
–
Ты идиотка.
Мои губы подёргивались.
–
Заткнись.
Калеб подошел ближе ко мне.
–
Алекс, ты должна разорвать связь с Сетом. Разорви её и ты всё поймешь.
–
Нет.
– Я отступила назад, проведя руками вдоль бедер.
– Ты мне сам говорил не ставить на Сете крест. А теперьты хочешь, чтобы я сделала это.