Апрель! Апрель!
Шрифт:
Самюэль Элиас живо выпрямляется.
— Не открывай! — кричит он, брызгая слезами на своего папу. — Это Магнус!
— Почему я не должен ему открывать? — Папа, как всегда, ничего не понимает.
— Потому что я тебя убью, если ты откроешь! — яростно вопит Самюэль Элиас.
Они стоят и слушают. Еще звонок. И еще один, длинный-длинный, нескончаемый звонок!
— Да что же это такое! — говорит мама Самюэля Элиаса и встает с дивана.
Но прежде чем она успевает что-либо предпринять, звонок смолкает. Зато открывается
Но щелка опять открывается, и в нее просовывается еще одно «да». Вся семья и Катарина стоят и смотрят, как в дом одно за другим сыплются «да»!
— Нет, я открою! — говорит наконец мама Самюэля Элиаса и отталкивает в сторону Самюэля Элиаса, так что он утыкается носом в папину зимнюю куртку, которая висит на вешалке, потому что ее забыли убрать на лето.
Только один раз Самюэль Элиас поворачивает голову, когда раскрывается дверь и все видят на лестнице Магнуса, слегка удивленного тем, сколько глаз на него уставилось! Самюэль Элиас тут же снова прячет в куртку свои мокрые глаза.
— Магнус! — слышит он мамин голос. — Расскажи хоть ты, что стряслось! Это правда, что Самюэль Элиас обманывает тебя?
Тишина. Магнус медлит с ответом, медлит так долго, что Самюэль Элиас уже ни на что не надеется, но все-таки перестает всхлипывать, чтобы лучше слышать. И вот наконец с лестницы доносится голос Магнуса:
— Да!
Магнус сказал «да»!
— Да, он меня обманывает, — говорит Магнус.
— Но, дорогой Магнус! — вздыхает мама Самюэля Элиаса. — Неужели это правда?
— Да! — уверяет Магнус. — Клянусь!
— Но ведь это нехорошо! — пытается вмешаться папа Самюэля Элиаса, однако тут Самюэль Элиас отрывается от куртки и кричит, что это хорошо!
Это очень хорошо, что Магнус клянется, что Самюэль Элиас обманывает его!
— А еще поклянись, что ты выполнишь обещанное! — кричит он.
— Да! — отвечает Магнус. — «Да» наперед на все, что ты скажешь!
И он скатывается по перилам вниз, продолжая твердить «да, да, да»…
Самюэль Элиас глядит ему вслед. Можно ли верить в клятвы в наше время?
И в следующий миг Самюэль Элиас катится вдогонку за Магнусом, с ходу врезается в своего худшего друга, и они летят вместе кубарем, так что получается одна куча мала!
Конечно, он с таким же успехом мог бы водиться и с Арне-Ларне, и с Пончиком! Или с Пером-Улой Эггеном! Пера-Улу все любят! Но Самюэлю Элиасу больше по сердцу тот, кого никто не любит!
— Ладно, принимаю тебя в мой клуб да-ответчиков! — объявляет он. — Если ты никогда в жизни не будешь говорить «нет»!
— Да! — отвечает Магнус, и куча мала встает на ноги и машет тем, кто стоит наверху и смотрит на них.
После чего она выбегает на улицу и сталкивается со всеми встречными,
— Ой, простите, Дяденька-Тетенька! — извиняется куча мала, когда жертва от толчка роняет сумку на тротуар.
Из сумки вылетают вперемешку ключи, монетки и бумажник, и куча мала замирает на месте, пока Дяденька-Тетенька ворчит и собирает свое имущество.
— Помогли бы! — сердито говорит он и сгоряча забывает про бумажник.
А может быть, просто не замечает? А может быть, это не он, а она?
— Берем? — шепчет Магнус, когда она удаляется.
— Да, — отвечает шепотом Самюэль Элиас, как полагается членам клуба. — Берем!
Нагибается и берет бумажник.
— И отдадим тому, кто потерял!
Магнус тоже говорит «да», как полагается, и кричит:
— Дяденька-Тетенька! Вы забыли одну вещь!
Дяденька-Тетенька оборачивается и спешит к ним.
— Спасибо, — ворчливо говорит она, раскрывает бумажник и дает им десять крон в награду.
Какая щедрая! Или щедрый? Кажется, это все-таки он, а не она!
Они долго провожают его удивленным взглядом. Или ее. Попробуй разберись!
Десятое июня
На другой день Магнус совсем не дуется. Разве что из-за шоколадки, которую он то ли потерял, то ли съел, сам не помнит.
Правда, дуется он недолго! Только до тех пор, пока Самюэль Элиас не подсказывает ему, что надо сделать, когда тебя совсем одолели заботы. А именно, надо влезть на стойку для выколачивания ковров и осмотреться кругом!
Ведь когда ты посмотришь кругом в этот чудесный летний день, тебя уже ничто на свете не сможет раздосадовать, потому что сверху видно, что за последнее время вся зелень стала необыкновенно зеленой! Не говоря уже обо всем желтом — оно стало намного желтее! А все красное — намного краснее! А синее стало еще синее, да что там, если запрокинуть голову и посмотреть на небо, то видно, что синее стало синее синего!
И вдруг они понимают, что произошло! Наконец-то понимают то, что многие давным-давно уразумели: начались каникулы! Есть люди, которые схватывают такие вещи на лету, но Самюэль Элиас Якобссон и Магнус Пильбум постигают это с опозданием чуть ли не на целый день! Есть и такие, до которых это доходит еще позже, чуть ли не под конец летних каникул. Но к нашим друзьям это не относится. Не такие уж они тугодумы, пусть даже их мысли не всегда попадают в цель — должно быть, потому, что частенько выписывают зигзаги или сжимаются в клубок.
Тем не менее уже на второй день каникул им совершенно ясно, что они совсем свободны!