Априори Life
Шрифт:
Восемь пар глаз молчаливо внимали.
– Все. Обсуждать нам с вами больше нечего – бизнес-планы, кому надо было, мы разобрали еще в начале недели. Кто опять проспал – спите дальше. Кто проснулся – время до конца принятия заявок экспертом у вас еще есть. Действуйте, – я демонстративно бросила взгляд на свои новенькие «кельвины», круглые, черненькие, без циферблата. Время на них понимала, наверное, только я. Да и не во времени дело, в век мобильных телефонов-то, часы для меня давно уже являлись чем-то вроде стильного аксессуара. – Никого больше не задерживаю.
– Я не перебарщиваю, Стас? – обратилась я уже
– Да нет. Хорошо, Лер, – последовало резюме. – Они у тебя по струнке ходят. А по твоему виду сразу и не скажешь, что в тебе, оказывается, столько суЧности, когда дело касается дела…
– Чего?! – изумилась я.
– В хорошем смысле слова, – улыбнулся он. – Иначе, наверное, здесь никак. Либо черствеешь, либо потопят. Сейчас вообще пошла мода на сильных женщин, как я погляжу, – продолжил он больше, как факт размышления, нежели диалога. – Таких остервеневших барышень с ярко выраженными скулами и алой помадой. Они, как правило, все закомплексованы и зациклены исключительно на своих потребностях, капризах и маникюре…
«Но ведь это ваших рук дело, дорогие мужчины, – продолжила я уже мысленно. – Вам же нравится подобного рода поведение, когда стройная накрашенная дамочка в приталенном деловом костюме решает задачи на уровне ваших. И неплохо так решает, смею заметить. Вы кайфуете от этой жадной смеси красоты и опасности, чей аромат остается еще долго после ее ухода из поля вашего зрения. Или боитесь ее. А иногда и то и другое. И знаете, в чем основная суть? В том, что вы сидите в поиске собственных мыслей между головой и штанами, представляя ее образ, и мысленно вспоминаете дату в календаре ее следующего появления в тот момент, когда она с легкой самодовольной улыбкой просчитала ваши ходы на несколько шагов вперед. Может, действительно прав был дедушка Фрейд…
Аферистка! Сука! Пусть и с милым лицом и острой соображалкой, – скажете вы спустя какое-то время, когда в положении ваших дел будет очевидное фиаско. – Хитрожопая тварь! Но жопа отменная…» И вы будете абсолютно правы. Абсолютно, мальчики. И нет приятнее комплимента после подобной победы. Только не стоните потом, как вам сложно управляться с самоуверенными сучками в ваших постелях, никто из вас даже не задумывается, каково это – тянуть лямку на вашем уровне и при этом оставаться хрупкой женщиной. Такая смесь вообще дается единицам. И это уже искусство!»
– Мы к нашим поедем сегодня? – вернул меня из размышлений голос Стаса.
– Разве сегодня? Ах, ну да… четверг же, – опомнилась я и снова посмотрела на часы. – Они, как обычно, в «Лотте»?
– Ну да. Всем составом.
Я замялась. Это была уже система – негласный сбор наиболее ярких личностей среди О. О. по четвергам на нейтральной территории. Когда структуры уже заканчивали обзвон с заявками и вся основная работа перед предстоящими выходными была проделана, можно было приятно провести время в кругу единомышленников и обсудить с коллегами те или иные ситуации бизнеса. Это сплачивало, позволяло тоньше и грамотнее чувствовать друг друга в фойе и являлось большим комплиментом, когда становишься вхожей в этот круг «избранных». Около месяца я не пропускала ни одного подобного слета, сегодня же имелись дела поважнее. Поинтереснее, я бы даже сказала.
– Я не знаю,
– А что там?
– Да так, встречка еще одна. Надо пообщаться с человечком… – заерзала я.
– Составить компанию?
– Нет, не надо, Стас. Это так, холодняк, но на будущее можно проработать.
– Про лички не забываешь? – улыбнулся он. – И правильно.
– Ну, сам же знаешь, сегодня структура работает, завтра сдохла. А кушать хочется всегда, – пожала я плечами, стараясь придать этому более наигранный вид.
– Это да! – подытожил Ивсеев, поднимаясь из-за стола. – Пошли, подброшу тебя…
– Может, подождать? Ты долго там будешь? – спросил он, притормозив у парадного входа отеля.
– Стас, не могу сказать, как пойдет. Сам же знаешь, бывают разные истории. Долго я высиживать не собираюсь, но, может, прозондировать придется… – никак мне не нужно было пускать его внутрь. Раз уж вызвался подвезти, было бы странным отказываться, нелогичным, но допустить, чтоб он зашел со мной… – Да и что тут столько времени делать будешь? Езжай лучше к нашим, я, если быстро освобожусь, тоже подъеду.
– Ладно, – он пожал мне руку. – Звони, если быстро освободишься, я, может, еще рядом буду.
– Договорились.
Я быстро прошмыгнула в отель, убедившись, что он начал движение. Хорошим был он, этот Стас Ивсеев. Позитивным. И понимание жизни его мне изрядно импонировало. Побольше бы таких людей – и степень адекватности мира смогла бы выдать прирост. Но не об этом сейчас…
Меня ожидали. Я очень надеялась, что ожидали. И встречалась я никак не с потенциальным гостем, как преподнесла это ранее. И даже не со знакомым-другом-любовником, как можно было бы предположить. На часах было начало двенадцатого – это время не тратят на рядовое общение в принципе, а мне еще нужно было пересдать зачет.
Он сидел в дальнем углу кафе и говорил по телефону, поэтому не сразу среагировал на мое появление. Я делала нерешительные шаги в его направлении, пока не встала почти вплотную.
– …Я перезвоню тебе позже. Все. На связи, – донеслись до меня обрывки разговора, когда я оказалась в его поле зрения.
– Вечер добрый, – выдавила я и уселась в кресло напротив.
– Так ночь уже на дворе, Лера Михайловна, – было адресовано мне вкупе с открытой улыбкой.
– Моя ночь еще не наступила.
– Какая вы самодостаточная – даже ночи свои! – ерничал он, явно разряжая обстановку. – Похвально!
– Стараемся, – я изобразила улыбку, от нервов она наверняка получилась кривой.
И пауза.
– Закажите что-нибудь? Чай, кофе? Поздний ужин?
– Если честно, ничего не хочется. Недавно из-за стола.
И снова пауза.
Не клеился разговор. Ну, не клеился. И все тут.
Я столько ждала этого момента, столько мне нужно было сказать, столько объяснить и поведать… Сколько раз я репетировала этот разговор, готовила речь, грамотную, чтоб без воды и без лишних заминок, а чтоб все о главном, по теме, как говорится, и ничего не забыть. А сейчас сижу, как пень, и слова родить не могу. Только откровенно пялюсь в его искрящиеся глаза, которые даже в приглушенном освещении, как всегда, взирают исподлобья, как всегда лукавые и своенравные. Как же я хотела их увидеть, черт возьми! Как же соскучилась по этой легкой безуминке!