Арабская вязь
Шрифт:
Собеседник поблагодарил - не столько за информацию, сколько за понимание. Посоветовал вести себя впредь благоразумно, пожелал здоровья жене и сыну. Напомнил номер для экстренной связи, и повесил трубку.
– Когда вы пришли... Я не хотел звонить, но поймите!
– Хозяин квартиры вцепился побелевшими руками в край стола.
– Понимаю, - кивнул человек по прозвищу Тайсон.
Только их не надо убивать... Пожалуйста, - инвалид мотнул головой в сторону комнаты, где за стенкой спали его жена и сын.
Гость поджал губы. Встал, подхватил сумку. Качнул вороненым
– Иди вперед! Откроешь дверь.
На следующий день Тайсон уже селился в гостинице напротив УВД.
ГЛАВА ТРЕТЬЯ
Во всех современных детективах герои много и с удовольствием ездят на автомобилях. Причем водят они машину безупречно, но позволяют себе такое расширенное толкование правил дорожного движения, за которое в реальности первый же встречный инспектор ГИБДД оставил бы их без водительского удостоверения.
Впрочем, героям отечественных триллеров бояться нечего: денег у них полные карманы. А если вдруг не удается откупиться от назойливого мента, у автора всегда припасен какой-нибудь оригинальный сюжетный ход типа удара представителю власти коленом в пах или очереди из припрятанного под плащом автомата.
Кроме того, никто и никогда не пишет о том,, как бесчисленные российские Бешеные, Седые и Слепые доливают масло, моют двигатель, ругаются с пьяными мастерами на станции, проходят ежегодную процедуру техосмотра или мотаются на автомобильный рынок в поисках уже дешевой, но ещё приличной импортной "резины". Да что там говорить! Такое впечатление, что эти ребята про автозаправочные станции и бензин только что-то слышали, а проколотое колесо вообще не меняли ни разу в жизни...
У оперативного сотрудника Управления, которому поручили опекать прилетевших в Москву американцев, и у его служебной "волги" с самого начала установились отношения, полные взаимной подозрительности и опасливого уважения. Характер у обоих был капризный и обидчивый, к тому же они оказались друг у друга уже не первыми - оперативник успел до этого покататься и на "уазиках", и на иномарках, а машина также сменила за несколько лет и зим примерно такое же количество водителей.
К тому же, "волга" вплотную приблизилась к критическому для служебных автомобилей возрасту. Наверное, основную часть того, что называется мелким ремонтом и техническим обслуживанием "волги", нормальные водители-профессионалы без особых трудов и расходов делают сами. Но оперативник давно уже смирился с тем, что даже банальный электрочайник норовил вести себя в его присутствии кое-как. Не говоря уж про любую технику посложнее, которая, видимо, непонятно за что испытывала к нему лично и к сотрудникам спецслужб в целом стойкую и давнюю неприязнь.
Вот и сейчас, припарковавшись под запрещающим знаком, прямо напротив здания американского посольства, офицер повернул ключ в замке и от души чертыхнулся:
– Опять?
Вместо ответа машина несколько раз обиженно дернулась и тряханула двигателем. Так называемое "калильное" зажигание... Оперативник представил себе наглую рожу мастера из автохозяйства Управления, который совсем недавно делал
– Сволочь! Ничего, Земля круглая...
– офицер с трудом вытянул ключ из замка зажигания, скинул ремень безопасности и вылез наружу.
Наружу... Прямо в лужу!
День вообще начинался не так, как хотелось бы. Поэтому грязную воду в ботинке следовало воспринимать философски.
Господина Черненко у главного выхода не было. Неужели, все-таки, опоздал? Стараясь не обращать внимания на приближающегося милиционера в форме ДПС, на заинтересованные взгляды российских граждан из очереди перед консульским отделом и даже на телекамеры, которые постоянно отслеживают потенциальных террористов, оперативник выругался про себя - и протянул руку за мобильным телефоном.
Однако, в следующее мгновение, к нему навстречу, мимо охранника, почти выбежал Питер Черненко:
– Ради Бога, простите за опоздание! Мне очень неудобно.
– Ерунда. Не стоит об этом... Я, честно говоря, сам только что приехал.
– Действительно?
Распознав иностранца, инспектор дорожно-патрульной службы из специального батальона ГИБДД даже не стал подходить. Для него, в прямом и в переносном смысле, время было - деньги, поэтому тратить время на бесполезные разбирательства было экономически не выгодно.
Поэтому, Питер Черненко и его российский коллега спокойно уселись в машину. На этот раз "волга" даже не стала капризничать - завелась с пол оборота, и без проблем влилась в плотный поток проезжающих мимо автомобилей.
– Очень сильное движение. Здесь всегда так?
– Почти всегда, - кивнул оперативник.
– Ну, Питер, и как вам Москва?
– Очень изменилась. Похорошела.
– Вы ведь и раньше бывали в России?
Да, приходилось бывать. Много раз. И почти в каждый приезд чувствуются какие-то перемены, свежий воздух, что ли... В отличие, например, от Парижа.
– А что - Париж?
Американец задумался:
– Знаете, когда я первый раз попал во Францию... Нет, все и тогда там было великолепно: гостиница на бульваре, номер с видом на Эйфелеву башню. Представляете? Сидя в сортире, открываешь окно, и любуешься прямо на неё а она на тебя. Кстати, как любая стареющая красавица, Эйфелева башня ночью выглядит намного лучше, чем при естественном освещении.
– Отлично сказано, Питер.
Да, так вот. Конечно же, полная туристическая программа: ночная Сена, пароходики, Люксембургский сад, "Мулен Руж"... но, думаю, что вы со мной согласитесь: Париж - это не тот город, который может заставить любить себя с первого взгляда. Там нужно пожить, чтобы почувствовать его по-настоящему. А я в Париже пробыл ровно столько, чтобы при словах "Сен-Мишель, Сите, Пляс-Пигаль..." хотя бы в общих чертах представлять, о чем идет речь. И чтобы в крайнем случае суметь отличить Монпарнас от Монмартра. "Волга" с трудом увернулась из-под колес какого-то черного джипа-внедорожника с номерами Государственной думы, решившего перестроится сразу же через три ряда. После этого американец продолжил: