Арес 2
Шрифт:
Когда Виктор достиг входа в донжон, то спешился и отдал поводья подскочившему лакею. Потом помедлил, запустил руку в кошель и извлек серебряную монету.
– Тебя как зовут? – спросил он у лакея, тощего детины, подстриженного чуть ли не налысо и одетого в ливрею – яркую красно-оранжевую куртку.
– Нисттеа, – глухим баском произнес тот. Его глаза смешно выпучились, когда он, разом заволновавшись, пытался смотреть в лицо собеседнику, не упуская из виду и монету.
– Это тебе, Нисттеа, – Виктор царственным жестом вложил деньги прямо в протянутую руку. – Где найти дворецкого?
– Я
– Подожди, не торопись, – Антипов остановил его, а потом, после небольшой паузы, добавил. – Меня зовут Ролт ан-Орреант. Запомнил?
– Да, ваша милость, – кивнул Нисстеа, выжидательно глядя на доброго гостя графини.
– Скажи-ка, братец, а как к тебе относятся приезжие дворяне?
От такого странного вопроса лакей еще больше вытаращил глаза и захлопал белесыми ресницами.
– Хорошо, ваша милость. Не бьют.
– Ну, а говорят с тобой? Дают деньги за хорошо выполненную работу?
– Как когда, ваша милость. Редко.
– А у тебя бывает свободное время, Нисттеа? – Виктор тщательно выговаривал странное имя, чтобы оно отложилось в памяти. – У меня только один слуга, но может понадобиться еще кое-кто для… различных поручений. Я хорошо заплачу. Найдется для меня время?
– Конечно, ваша милость! – лакей быстро оглянулся, чтобы убедиться, что разговор никто не подслушивает, и это подсказало Виктору, что его слова упали на благодатную почву.
– Вот и хорошо. Расскажи еще, где найти распорядителя турнира и ступай. А потом заглядывай ко мне несколько раз в день, чтобы не упустить счастливого случая стать богаче.
За время прохождения расстояния между внешними и внутренними воротами Антипов успел не только впасть в отчаяние, но и наметить некоторые шаги по перелому ситуации в свою пользу. Воин рассуждал так: друзей у него тут нет, слишком большое сближение с дворянами опасно, но откуда-то ведь нужно получать информацию. Конечно, Рикста наладит отношения со слугами, но точно такие поручения дадут и дворяне собственным людям. Виктор решил общаться с лакеями напрямик, исключая промежуточное звено. Он ведь не гордый и не спесивый, а приятный во всех отношениях парень, который запоминает имена нужных простолюдинов и хорошо платит. Это было несомненное преимущество по сравнению с остальными претендентами. Жаль, что маленькое. Но Антипов знал, что именно мелочи доставляют врагам крупные неприятности.
Графиня Ласана ан-Мереа сидела перед большим серебряным зеркалом, украшенным причудливым узором переплетенных веток и листьев. Ходили слухи, что она красива, но еще ни один из рассказчиков не мог передать истинного очарования этой молодой девушки. Мягкие белокурые волосы обрамляли лицо с по-девичьи пухлыми щечками и прекрасной формы алыми губами, не нуждающимися ни в какой помаде. Изящный носик так и просился на портрет в профиль кисти какого-нибудь знаменитого художника (или даже эта картина могла бы прославить почти любого живописца), а светло-зеленые глаза удивительно гармонировали с бровями, которые были немного темнее, чем волосы. Ласана рассматривала свое лицо в зеркале как что-то привычное, хотя
– Так что там у нас за проблемы, Вирета? – голос графини был звонкий и нежный, поэт мог бы сравнить его с журчанием лесного ручья или даже заявить, что этот самый ручей должен чувствовать себя польщенным таким сравнением.
Рядом с Ласаной стояла доверенная дама, черноволосая девушка лет двадцати пяти, одетая в роскошное черное платье, которое резко контрастировало с белой ночной сорочкой графини. Вирета принесла тревожные вести и старалась подать их легкомысленной форме, словно это могло как-то изменить их суть.
– Ваше сиятельство, нам сообщили, что к нам пожалуют жрецы на время турнира. Вероятно для того, чтобы сразу по его окончанию заключить брак вашего сиятельства с каким-то счастливчиком.
Однако графиня не оценила шутку.
– Жрецы? Какие жрецы? – переспросила она. – Зачем они? У меня ведь есть собственный.
– Его благочестие Верховный жрец Ларант отрядил к нам очень высокопоставленного священника со свитой. Он прислал письмо, в котором утверждает, что какой-то знаменитый преступник может почтить своим вниманием наш турнир. И жрецы хотят схватить его.
– Преступник? Какой еще преступник? – Ласана слегка наморщила чистый и высокий лоб.
– Не знаю, ваше сиятельство. Этот турнир – большое событие, мало ли кто к нам заявится. Но вопрос в том, где мы разместим жрецов. Все комнаты заняты, а священники высокопоставленные. Их нужно поселить хорошо.
– Неужели ничего нет?
– Нет, – покачала головой Вирета. – Кого-то придется потеснить.
– Только не Женара! Он ведь старший сын соседнего графа и к тому же отличный боец.
– Я знаю, что вашему сиятельству он нравится, – улыбнулась дама.
– Конечно, нравится. Он и кое-кто еще. За такими точно будешь как за каменной стеной. Ты знаешь, что это нам сейчас очень нужно. Король мне опять угрожал.
Вирета тихо вздохнула. Она догадывалась, о чем говорит госпожа. Год назад скончался отец Ласаны и на совсем юную девушку, единственную наследницу, свалился ворох забот о землях. Возможно, графиня бы и справилась со всем сама, если бы не ее дядя Гийор. Тот спал и видел себя наследником. И для осуществления его мечты надо было всего ничего – убедить короля в том, что если Ласана в ближайшем будущем не выйдет замуж, то нужно забрать ее земли и передать ему, Гийору. Единоличное управление графством женщиной было невозможно. Ласана и так продержалась долго. Целый год. Неудивительно, что девушка искала сильного защитника.
– Ваше сиятельство, ходят слухи, что к нам со дня на день пожалует сам Менел, – дама сочла за благо изменить тему разговора. – Его тоже придется где-то размещать.
– Что, тот самый? – с недоверием переспросила графиня.
– Да.
– О котором говорят, что он – сын бога? Герой?
– Да, ваше сиятельство. Непобедимый Менел, который даже не носит ресстр. Вы ведь слышали об этом? Никто не знает, сын ли он кого-то из богов на самом деле, но чары магов не оказывают на него никакого влияния. Поговаривают, что и боги с ним мало что могут сделать.