Шрифт:
Annotation
Наверное, следовало с самого начала понять: если уж Древние маги смогли меня достать своим дурацким Проклятьем заочно — то от личной встречи точно ничего хорошего ждать не нужно! Не зря я так не хотел лететь с экспедицией... Ладно. Авторитарный лидер вам понадобился, ни с кем больше не хотите разговаривать? Сами напросились!
Архимаг с Терры
Глава 1
Глава 2
Глава 3
Глава 4
Глава 5
Глава 6
Глава 7
Глава 8
Глава 9
Глава 10
Глава 11
Глава 12
Глава 13
Глава 14
Глава 15
Глава 16
Глава 17
Глава 18
Глава 19
Глава 20
Глава 21
Глава 1
Интерлюдия: Мастер Равновесия Фалей Рузон и его раб Симор
Фалей Рузон, Мастер Равновесия, получил сигнал о возвращении своего лучшего и самого доверенного слуги, уже заканчивая просматривать бухгалтерский отчет. «Увы, как не вовремя! — подумал он со вздохом. — Чего стоило Симору вернуться раньше?»
У Мастера Равновесия была слабость: он терпеть не мог работать с цифрами. Признавал необходимость, отлично научился этому за века — но не любил. У него было несколько доверенных бухгалтеров, чьи орнаменты запретов Фалей разрабатывал с особой осторожностью и тщанием. Но ни один запрет не является абсолютным, если ты не пропишешь гибель за малейшее его нарушение — а это крайне расточительно в отношении хороших обученных рабов! Их и так слишком долго и тяжело изготовлять, а отбраковка велика невероятно. Из десятка молодняка хорошо если трое становятся вышколенными слугами! Потому даже за своими лучшими и опытнейшими счетоводами он проверял сам.
Вот и сегодня Фалей неосознанно взялся за это дело тогда, когда знал, что Симор может вернуться с докладом с минуты на минуту. Именно в смутной, полускрытой от самого себя надежде, что слуга прервет это опостылевшее занятие!
Однако Симор подвел: ему понадобилось больше времени, чем Фалей рассчитывал.
Его вернейший раб вошел в кабинет мягкой походкой и опустился на одно колено в поклоне.
— Рад тебя видеть, Симор, — сказал Фалей. — Погоди, не докладывай пока. Сейчас сниму с тебя запреты, чтобы ты мог говорить свободнее!
С этими словами он достал из ящика стола сферу запрета, не общую, для всех слуг его покоев, а личную, для Симора. Встряхнул ее и высыпал большую часть кристаллов из гнезд в специальный ящичек. Оставил всего три: даже с лучшим слугой нельзя быть совершенно беспечным! Сейчас Симор был волен делать почти все, даже ругаться с хозяином, не мог только поднять на него руку, убить самого себя или солгать.
Симор тут же вскочил с колен, широко улыбнулся, потер челюсть и зевнул, прикрыв рот ладонью.
— Спасибо, хозяин! — воскликнул он. — Как же я замучился изображать вежливую статую!
— Так может быть, не будем так жестко тебя связывать? — миролюбиво спросил Фалей. — Сам же говорил, эти господа не производят впечатление тех, кто убивает слугу за неподобающее выражение лица!
Симор поморщился. На заре его карьеры, лет
— Нет, господин, — возразил раб. — Эти люди кажутся даже слишком… Развязными и хаотичными, я до сих пор не могу понять правила, по которым они общаются друг с другом! Их Верховный маг — загадка целиком и полностью! Если я нечаянно подмигну его сердечной подруге или любой из трех других дам — а похоже, он их всех считает своими, даже ту, что выглядит старухой! — я не знаю, что он со мной сделает! А его старший раб, по-моему, еще страшнее, даром, что кажется более сдержанным. Он очень ревностно относится к людям и собственности своего господина! Защищает их так, как не всякий защищает свое. Похоже, искренне любит хозяина, что странно.
— Ну отчего же? — мягко спросил Филей. — Это не такая уж редкость.
— Да, мой господин, я, например, люблю вас, потому что многим вам обязан! А тут… Если Мастер Жизнелюб прав, и терранский архимаг действительно сделал его, вложив сердце доверенного слуги в грудь убитого врага, чтобы сковать того запретами, то этот оживший мертвец, должно быть, испытывает от службы невыносимые страдания!
— Так может быть в том и дело, мой мальчик. Человеческий разум — интересное и очень гибкое творение. Иногда, не так уж редко, мы начинаем любить источник наших невыносимых страданий. Тебе нет еще и ста лет, ты не знаешь, какие есть умельцы, способные сломить человека до любви и ненависти одновременно!
— Вообще-то, знаю, — заметил Симор с юмором, — встречал! Но этот их архимаг совершенно не похож на такого! Слишком прямолинеен.
— Внешность бывает обманчива.
Симор одновременно качнул головой, кивнул и чуть нахмурился, как бы показывая, что он согласен с хозяином и вместе с тем не убежден до конца.
— Иными словами, они все очень страшные, — подвел он итог. — И удивительно, что у их архимага есть действующая сердечная связь! Такое опасное дело, по-настоящему сильные маги редко на него идут!
— Так ведь связь с женщиной, — Фалей приподнял брови. — На самом деле это довольно умно. Сложно, опасно, но чрезвычайно эффективно в борьбе за власть! Эта маленькая деталь говорит мне, что Кирилл Ураганов, скорее всего, стал главой рода в результате очень тяжелой борьбы и многочисленных интриг. Иначе он не пошел бы на такой огромный риск, чтобы заполучить сильную союзницу!
— Вы хотите сказать, ему пришлось подавлять не только мужскую часть своего рода, но и женскую, и для этого нужна была партнерша из их числа? — тотчас понял Симор мысль своего хозяина. — И что он не был наследником с самого начала?