Архипелаг
Шрифт:
– Понял.
Долетели до Васиного острова, я оглянулся и посмотрел на Сахарный, примерно километр, может меньше. Выбежал на берег, привязал леску из катушки к какому-то пню и обратно.
– За руль и тихо пошли вот так, – указал я рукой, а второй удерживая на карандаше катушку лески. Катер развернулся и отошел от острова метров на сто.
– Все стоп. Булыжник обвязывай, – достал я из сумки большую шпулю капронового шнура и передал одному из хуторян, – молодец, булыжник в воду.
Через полминуты шпуля прекратила разматываться.
– Две
Я наклонился к бочкам и привязал одну из гранат проволокой к одной из ручек. Хорошо, теперь разогнуть усики, вот… леску… дать слабины немного, ага, есть.
– Так, шнур привязывай вот тут, и трави помалу его, не дергай, а то… не дергай, в общем.
Парень, державший шпулю со шнуром, громко сглотнул и трясущимися руками начал разматывать шнур.
– Нет, так не пойдет. Тебя как зовут?
– Юра.
– Слушай, я сам боюсь, что аж в штаны готов наделать, но жить хочется еще сильнее… а тебе хочется?
Юра быстро закивал.
– Вот, поэтому успокойся, и просто внимательно слушай и делай то, что говорят, и все у нас получится. Хорошо? Все, вперед медленно пошли.
Отошли от первых бочек примерно на двести метров. И повторили процедуру. Булыжник-якорь, шнур и две бочки. Привязал шнур от первых двух к чеке гранаты, немного дав слабину, закрепил.
– Все к пирсу, поехали. – Катер задрав нос пошел к Сахарному. – Стоп тут, – скомандовал я, когда до пирса оставалось метров двести. Опустили еще один «подарок». Потом я выволок из ниши у дна спасательный жилет, отрезал ножом кармашек, где был маячок – маленькая лампочка, которая начинала светиться, если элемент питания попадал в воду, опустил его в море и примотал проводок к ручке, чтобы маячок было видно только со стороны пирса.
– А это зачем? – спросил уже успокоившийся Юра.
– Чтоб я с пирса видел дистанцию и место установки мины.
– А-а-а, – протянул тот.
Все, привязав к чеке шнур, разогнул усики… все, теперь медленно к пирсу.
Выбрались на берег. Я осмотрелся и, указав на кучу сваленных запчастей от автомобилей, что была выше пирса метров на двадцать, сказал:
– Юра, иди и ложись туда за кучу. Что бы ни началось, Ты просто лежишь, не стреляешь и не шевелишься, ждешь моей команды. Понял?
Юра кивнул и убежал к куче.
– Остальные занимайте позиции там, там и там, – сказал я оставшимся и начал постепенно разматывать шнур, подходя к Юре. Завернув за кучу, чуть выбрал шнур и отрезал.
– На. Карабин пока отложи вообще, и держи, скажу, тяни шнур и башку не высовывай. Понял?
– Понял, – кивнул Юра, сделал пару оборотов шнуром вокруг ладони и присел.
А я поднялся выше Юры метров на пять по дороге и присел на небольшой штабель из нескольких шпал. Оглянулся и услышал, как катер с группой Макса удаляется от пирса.
– Узел связи. Дима… – сделал я вызов.
– В канале.
– Что по связи с «Авророй»?
– «Танковоз» и груз оставили на рейде. «Аврора» идет на максимальной скорости. Минут через сорок, может пятьдесят, будут.
– Срочно
– Принял.
– Передай для Алексея, боевые группы на 25-м канале.
– Принял.
Уф… Все, осталось только ждать…
Как я и надеялся, флот нападавших приблизился под прикрытием Васиного острова и потом, огибая его, устремился к Сахарному. Их было не видно, ходовые огни небыли включены… но прекрасно слышно. Шум моторов приближался. И тут бабахнуло… с небольшой задержкой два раза, две яркие вспышки сначала осветили силуэты кораблей и лодок, горящее топливо разлетелось по поверхности воды. И очень хорошо подсветило нам противника. Эффект неожиданности был потерян для противника, и надо сказать, что не только он. Было видно, как барахтаются люди в горящей воде и одна из лодок, накреняясь, потеряла ход. Пожарный катер тащил на буксире два шлюпа, рядом с ним шел МРС, его борт горел, и экипажу было чем заняться, а оставшийся мотобот прибавил ход, его нос задрался и, вспенивая воду, направился к пирсу, включив мощный прожектор. С кораблей открыли беспорядочную стрельбу, которая переросла в ураганный огонь, кругом свистели и рикошетили пули… «На подавление работают, суки» – подумал я и высунулся посмотреть и оценить обстановку. Отлично, давай… давай… ближе…
– Юра, тяни!!! – крикнул я, чуть не сорвав глотку.
Внизу, у кучи запчастей послышалась суета и пыхтение… Ба-бах! Вспышка… огонь… крики… На поверхности воды добавилась еще одна горящая лужа топлива, подсвечивающая противника.
– Внимание… Всем боевым группам, огонь!!!
Первым с НП на мысу ударил пулемет по пожарному катеру и следом группа усиления. У них была отличная позиция для обстрела. С нашей стороны ответный огонь усилился, выбивая искры из кораблей противника.
– Стрелять по вспышкам! НП, сосредоточить огонь на шлюпках!
Сейнер набрал скорость и пошел прямо на пирс, а «пожарник» со шлюпками резко ушел вправо и пошел по проливу между островами к новому пирсу.
– Федя, встречайте, к вам пошли, – сказал я в рацию и добавил: – Михалыч…
– Ась… Тута я.
– Давай к Федору на новый пирс гоните, фары не зажигайте! Там сейчас жарко будет.
– Понятно… Сережа… ты тута осторожно…
– Постараюсь.
Сейнер на полном ходу, давя корпусом тех, кто барахтался в воде, сломав пирс, уткнулся в берег, с борта отстреливаясь посыпались люди, ища укрытие.
– НП, огонь на сейнер!
– Принял.
– Макс!
– В канале.
– Догоняйте «пожарника», работайте по десанту в шлюпках!
– Принял.
У обломков пирса нападавшие перешли в оборону и отстреливались, надо сказать, весьма прицельно. В ответ я высадил уже второй магазин, присел перезарядиться… Пулемет… почему молчит пулемет?
– НП! Да что такое! Придавите их к чертовой матери огнем сверху!
Пулемет ожил и долбанул с сопки по противнику, заставив прижаться их к земле.