Архивариус
Шрифт:
От греха подальше забрав из руки охранницы пистолет – модель парализатора, очень похожую на полицейскую, – я привожу девушку в норму анти-паралитическим зарядом из своего оружия.
– Вы всё сами слышали, не так ли? – Я помогаю ей встать на ноги.
Охранница кивает.
– Извиняюсь, что так вышло, – добавляю я. (Тем временем свет на станции включается). – У вас есть контакты Агентства Безопасности? – Я протягиваю ей отобранный пистолет.
– Да, конечно. Идем скорее.
В будке охраны она немедленно набирает
Я делаю охраннице знак, чтобы она говорила сама.
– У нас чрезвычайное происшествие, – слышу я ее взволнованный голос, уже идя по коридору обратно в диспетчерскую. – Похищена заряженная батарея...
Оба техника сидят, уставившись на ожившие графики и цифры, и что-то живо обсуждают.
– А что если Архив-Служба, – делюсь я ужасной мыслью, которая только что пришла мне в голову, – не смогла из-за нас... из-за меня... нормально провести воскрешение какого-нибудь человека? Не хватило энергии для нужного искривления пространства-времени, и...
– О, об этом не волнуйтесь, – успокаивает меня главный техник. – У них свои собственные запасы энергии. От нас ничего не получают.
– И городской телепорт, – встревает Радислав, – тоже не от нас кормится. Вы когда-нибудь задумывались, почему он пристроен к зданию Архив-Службы?
– Нет. Почему?
– С ним делится энергией Архив-Служба. Представляете, сколько ее надо, чтобы мгновенно отправить человека из одной точки пространства в другую? Особенно если не из города в город, а на Землю.
– Должно быть, много, раз дерут за это сто тысяч ремо, – вздыхаю я.
– Вот именно. И подземную установку они, кстати, используют одну и ту же. Ну, которой производят искривление пространства-времени, – поясняет Радислав. – Зарыта где-то под зданием Архив-Службы. Если будете когда-нибудь телепортироваться, то спустят капсулу с вами в эту свою преисподнюю.
Мне на имплант поступает входящий вызов от Филиппа.
– Да-да, это из-за меня, – говорю я, даже не выслушав вопрос. – Обещаю свет больше не отключать.
– Я так и понял. Но я по другому поводу. Помнишь, я тебе говорил, что утром некая горожанка обратилась к нам в участок с заявлением о порче ее личного автомобиля? Там у нее стекло какой-то жидкостью разъело.
– Эээ. Очень смутно что-то такое припоминаю. А что?
– Офицер, который этим делом занимался, выяснил, что автомобиль был угнан. В час и три минуты ночи. Преступники проникли через окно, испортив стекло жидкостью... Компьютер транспортной службы выдал нам маршрут, по которому они ездили.
– И что за маршрут?
– Угнали автомобиль возле Центральной городской площади – в час ноль три, как я уже сказал, – и дали ему команду ехать к дому Радислава. Туда автомобиль прибыл спустя десять минут. Следующая команда в бортовой компьютер поступила в час и двадцать две минуты.
– На энергостанцию, – даже не задумываюсь я.
– И в час тридцать пять, – продолжает Филипп, – автомобиль уже помчался оттуда обратно к дому Радислава. Затем угонщики вернулись к Центральной площади. Без пяти два машина уже была на месте.
– Угонщиков вычислили? – кричу я от нетерпения.
– И да, и нет. Китаянка-криминалист собрала в салоне автомобиля биоследы. Преступников, говорит, было двое. Один – тот самый тип, судя по биоматериалу, что и убийца Радислава. Кроме него – рыжеволосая девушка. На сидении остался длиннющий рыжий волос. И правда «до попы», как твой свидетель говорил... Но программа по геномной реконструкции у китайцев до сих пор отсутствует. Думаю, где-то уже в течение часа им вышлют копию из Резервного фонда.
– Ясно, спасибо!
– Да, еще, Ингви... Шеф тут грозится отдать тебя по суд. Бегает по участку как ненормальный. Как только узнал, что ты десятерых полицейских уложил парализатором, стал прямо сам не свой.
Что ж, не удивительно.
Я еще раз благодарю Филиппа, и экран исчезает.
От Центральной городской площади и обратно? Так это же от телепорта и опять к телепорту!
Похитив на станции резервную батарею, эти двое могли смыться с опасной добычей куда угодно. Хоть в другой город, хоть на Землю.
Пока Агентство Безопасности расшевелится, пока китайцы дождутся своей чертовой программы – что если будет уже слишком поздно? Скорее всего, в Париже и Риме на энергостанциях от резервных батарей тоже давно и след простыл...
Меня посещает неожиданная идея.
– Где здесь у вас туалет? – спрашиваю я техников.
– Вон там, направо, – показывает старший.
Я беру две толстые защитные перчатки, лежащие на столике. Надеваю одну из них себе на руку, вторую протягиваю Радиславу.
– Наденьте на правую руку и следуйте за мной.
Он крайне неохотно повинуется.
Закрыв за нами дверь, в туалете я шепчу ему на ухо:
– Нас могут прослушивать через импланты. Надеюсь, эти перчатки помогут. А туалеты для системы мониторинга – слепая зона.
Радислав, поняв, кивает.
– В телепорте, – продолжаю я шепотом, – должны оставаться данные обо всех прилетах и отлетах. Если вы опознаете среди пассажиров ту рыжую шлюху – мы моментально выйдем на след террористов, понимаете?! Добираться туда на дельтаплане нет времени. Придется рискнуть общественным транспортом. План такой. Мы выходим из энергостанции и бежим в метро. Оно в нескольких метрах отсюда, вы и сами знаете. До Центральной площади – одна остановка, доберемся за пару минут. Поскольку нас сейчас никто не может видеть и слышать, террористы не успеют нам помешать. У них просто не хватит времени, чтобы подстроить автокатастрофу или еще что-нибудь.