Архоада
Шрифт:
– Мы не можем этого сделать, – донесся голос из динамика.
– Это только предложение. Мы заметили, что плазмоид концентрируется небольшими колониями, ему не вредит чистый вакуум, холод, радиация. В основном он находится в неподвижном состоянии, а после растворяется, но по наблюдениям можем сказать, что плазмоид никуда не уходит, стоит приземлится зонту, как он появляется опять. Складывается впечатление, что плазмоид уходит в почву и там существует.
– А как насчет его распространения?
– Много пробелов. Со спутников не все можно увидеть. Однако мы сбросили несколько сотен датчиков и по их отключению смогли
– Значит мы так и не знаем, что это?
– Нет. Но предположительно это энергия, но не та что в молнии. Плазмоид находится в спокойном состоянии и его энергия холодная. Мы с таким никогда не сталкивались. Сейчас подготавливаются автономные боты, которые начнут его изучать непосредственно в контакте.
– И что это даст?
– Любая энергия рассеивается, но не плазмоид, распад, что-то сдерживает. Каждый бот будет выступать в роли смертника, чтобы найти способ нейтрализации. Мы смогли определить, что для паразита нет разницы к какому веществу он прикасается, будь-то металл или диэлектрик, тонкая или толстая обшивка. Он проникает сквозь стекло, керамику, резину, пластик – для него нет преграды. Однако вокруг станции Сокол шли силовые установки и мы думаем, что они каким-то способом удерживали плазмоид от дальнейшего проникновения в корпус. Точно не можем сказать попадания плазмоида было в корпус или рядом: отсутствует кратер или иное тому подтверждение. Но после первого проникновения, что привело к смерти колонистов, плазмоид покинул зону станции и все это время остается снаружи.
– Хорошо, если у вас появятся результаты по уничтожению этой заразы, сообщите.
В динамике щелкнуло и в комнате наступила тишина. Серебров все еще не верил в какой-то поток из вне, он предполагал, что плазмоиды – это холодная энергия самой Луны. Ведь за время своего существования спутник мог накопить колоссальные запасы и приступая к ее нейтрализации можно спровоцировать цепную реакцию, что приведет к взрыву. Но ему как ученому хотелось знать, что такое плазмоид, по этому к концу недели на поверхность Луны были опущены первые зонты. Затем потянулись дни экспериментов. Дроны, отправляемые на разведку, гасли один за одним.
– Похоже плазмоиду все ни почем, – уставшим голосом произнесла Дятлова, – сегодня потеряла три.
– Мы подаем электричество на корпус, меняем частоты колебания, лазер и свет. Нам даже разрешили использовать капсулы с радиоактивными элементами: актиний, индий, кадмий, радий, торий, уран.
Плазмоид оказался живучим и все же несколько тысяч экспериментов дали положительный результат. Это была гремучая смесь напоминающая бомбу в которую входили металлические иглы и частотный разрядник. Перед взрывом иглы заряжались, а после – летели в сторону плазмоида.
– А ведь работает! – радостно кричал Бондарев, наблюдая на экране, как после очередного взрыва снаряда, в радиусе десятков метров плазмоид вспыхивал, а после гас.
– Интересно-интересно, – так же радуясь положительному результату произнес Серебров. Он думал, что это только временный эффект и данный снаряд больше напоминал стрельбу из винтовки по комарам.
Но прошло еще немало времени, прежде чем отказались от игл – их заменила металлическая пыльца. Теперь можно не опасаться, что во время зачистки пострадает дрон. Был выбран участок на Луне и проведены испытания, которые
– Да что же ты не дохнешь?! – орал в динамик Барсуков. – Сдохни! Сдохни!
Для него это не просто эксперименты, а месть за брата, что погиб в поселении Сокол.
– Я вас размажу, сотру! Еще обойму? – крикнул и автоматическая клешня дрона достала новый рожок.
Синеватый оттенок плазмоида, что можно увидеть только в специальных очках, все же медленно отступал.
– Еще обойму!
В космосе впервые применялось оружие с пороховыми зарядами, отдача была колоссальной. Не смотря на то, что зонт выпустил тормозные лапы и постарался закрепится на грунте, после каждого выстрела вздрагивал и чуть смещался.
– Еще обойму! А! Обходите! Нате, получите! – ствол орудия развернулся и произвел несколько выстрелов.
Конон был зол. Для него плазмоид не просто сгусток холодной энергии, для него – это враг и враг смертельный.
– Боеприпасы закончились, – донесся механический голос дрона. – Приказ покинуть зараженную зону.
– Хорошо, – смирившись с отступлением, произнес Конон и, сев в кресло, пристегнулся. – Трогай.
5. Собака
После того, как были разработаны новые виды оружия для борьбы с плазмоидами, каждая страна своими силами очистила территорию вокруг собственных Лунных поселений. И только после этого, уже объединив усилия, приступили к дезинфекции спутника.
– Я прошу, зачислите меня на передовую, – умоляюще произнес Конон.
– Это не война, – ответила ему женщина в форме космических войск, – дезинфекция.
– Да как угодно пусть называется, я должен быть на передовой, а не отсиживаться здесь и управлять роботами.
– Опасно, – даже не подняв головы, ответила она ему.
– Да я там уже второй год, третий комбинезон сносил. Я должен их уничтожить.
– Их?
– Да, проклятых плазмоидов, они…
Азарова знала, что у Конона в поселении «Сокол»погиб старший брат, но в последнее время плазмоид вел себя странно. Каждый вирус приспосабливается – вот и он не исключение. Стоило боевому зонту опуститься на почву, а дрону активироваться, как плазмоиды растворились, словно чуяли угрозу. Может они уходили в почву, а может через свои энергетические каналы, как вода, перетекали в другое место. По этому уже были разработаны первые прототипы лунных бомбардировщиков, что атаковали зараженные зоны сверху.
– Ты ведь пилот, верно? – наконец посмотрев на Конона, спросила Азарова.
– Так точно!
– Полетишь на станцию Плутон, тебя приписали к летному составу, что занимается орбитальной зачисткой. Не подведи.
– Так точно! – радостно вскрикнул Конон и вытянувшись по стойке смирно, отдал честь.
– Свободен.
После того как были запущены спутники по контролю за поверхностью Луны, дела пошли еще быстрей. Вокруг поселений на десятки километров все чисто. Датчики контроля, установленные в три кольца должны предупредить новых поселенцев о непрошенном госте. И вот на поверхность вступили первые инженеры: они шли осторожно, озирались по сторонам, знали, что территория обеззаражена, но так же и знали, что в комплексе все еще лежат тела погибших.