Аристократ из прошлого тысячелетия

Еслер Андрей

Павел усмехнулся.

Дом был окружён гвардейцами императора, над землей парили десять паладинов. Весомая сила. Даже льстит в какой-то мере, тешит старое сердце.

Старик подслеповато прищурился.

— Ещё молодцев пригласили? Этого мало? — он рассмеялся.

К дому ехал тёмный фургончик. Его остановили перед оцеплением, все замерли. С пассажирского сидения вышел Антон, осматриваясь по сторонам, Павел пошёл к внуку, отмахиваясь от напрягшихся паладинов.

Глава 3

Семейный

совет

Поместье Митрофановых, пригород Новгорода

Павел посмотрел на юношу, что поправил костюм и безразлично мазнул по присутствующим взглядом. Этот взгляд не принадлежал человеку сломленному, человеку испуганному. И никак не мог иметь ничего общего с человеком, который удивлён.

За многие годы жизни старый паладин уяснил одно. Кого-то горе ломает, придавливает многотонным грузом к земле. Кто-то очень долго оправляется, как от тяжелого ранения. А кто-то меняется в другую сторону, он становится злее. Доброта любит тепло, а смерть близкого человека вымораживает орган с аортой и оставляет неизгладимый след.

Юноша пошёл в его сторону. Пара бойцов из гвардии встали на пути, но, взглянув в глаза, тут же разошлись. Что они там увидели? Павел уже знал. Они увидели зверя. Если не убьёт, покусает, больно покусает.

Наблюдая за внуком, он печалился. Его одолевала грусть. Как старый волк пропустил мимо себя такое? Закрутился в вихре дней и поставил не на ту лошадь.

Сейчас перед ним был не сосланный к бабушке паренёк, ориентирующийся на чужое мнение, мягкий и робкий, как весенний побег, перед ним был аристократ, наследник империи. Его империи.

Почему-то именно сейчас, когда он увидел внука, всё встало на свои места.

После трансляции, на которой убили Станислава, сердце замерло, покрылось коркой льда. Но затем начало оттаивать, когда он понял, что всё не напрасно.

Кто останется после нас? Задавался вопросом старый паладин. Но поросль пустила побеги и углубилась в землю. Вырвать сердце на глазах миллионной публики и забрать саму душу человека, причинившего твоей семье вред.

Кто на такое способен? На памяти старика, никто из его близких не мог похвастаться такой решительностью. Пожалуй, только давно почивший в омуте времени Тёмный.

Внук подошёл к деду и остановился. Они посмотрели друг на друга и замерли.

Несколько секунд, после чего старик заключил юношу в объятия.

— Ты дома… — прошептал он.

— И мы никому не отдадим свой дом, — как само собой разумеющееся ответил внук.

— Ни за что, — хмыкнул Павел.

— Кхм… господин, Аресов, — усмехнулся Антон, поворачиваясь к паладину, которого будто бы не замечал. — Я привёз вашему отделу головы виновных.

— Вы хотели сказать, принесли, — учтиво ответил Аресов, оглянувшись на ухмыльнувшихся коллег и полагая, что ситуация под контролем. — И где же они?

Белобрысый недоуменно огляделся.

— Привёз, — Антон сказал это так, будто вбил в землю

сваю.

Аресов нахмурился. Из фургончика вышел водитель, кажется Михаил, так его звали. Открыл задние дверцы и сел за руль, крутанув машину.

То, что произошло дальше, заставило бывалых вояк отвести взгляды. Из заднего отсека посыпались головы. Как спелые арбузы. Фургон был забит ими наполовину, а когда машина рванула, они покатились на землю.

Авто замерло, замерли и гвардейцы, не понимая, как реагировать. Старик улыбнулся, жёстко. Это был вызов, плевок в лицо всему третьему отделу. И что вы намерены сделать?

* * *

— Как это понимать? — нахмурился шрамолицый, уперев взгляд мне в переносицу. — Объяснитесь…

Нет, юноша, меня такими трюками не взять.

— Знаете, Илья, я чувствую себя ассенизатором, кажется, так это называется. Я раскопал кучу дерьма и очистил столицу, сделав за вас вашу работу. Такой ответ вас устроит? — смотрю вдаль, на скользящие в облаках фигуры.

Сейчас всё решится. Нельзя дать семью в обиду, даже если мне придётся умыть каждого из прибывших кровью. Они откуда-то узнали, кто за всем стоит, а значит, Мандарин мог забраться очень высоко.

— Вы должны проследовать с нами, — обратился он к Матвею.

— Не должны, — ответил я и кивнул в сторону фургона. — Сначала ознакомьтесь с кхм… материалами дела.

— Император дал чёткий приказ, задержать господина Митрофанова, для дальнейшего расследования, — встал в позу Аресов, и, к сожалению, засранец был намерен не просто спорить, а применить силу.

Я прикинул позицию, десять паладинов, плюс Аресов. Все от четвёртого ранга, не ниже. Вариантов немного, если мы начнём сражаться, это будет бойня. В моей семье силой обладают только сыновья Матвея и, собственно, он сам.

Итого четыре против одиннадцати, плюс штурмовики. Сложный выбор, себя я не посчитал, куда там. Выдам бой жизни и уберу парочку, но всё равно игра не стоит свеч. Эти вояки не белые кролики, они те, кто едят десяток таких ушастых на обед. Возможности и подготовка у них далеко не рядовые, а значит, будет непросто.

— Что вы знали о готовящемся нападении на мою семью, Аресов? — спросил я.

— Ничего, — пожал он плечами.

— А должны были знать, ведь это ваша работа, — покачал я головой. — Но как только кто-то ответил на угрозу, вы заинтересовались…

— Вы не ответили, — раздражённо выдал он. — Вырезать род и спалить дотла их дом, это не ответ!

Он рычал, а не говорил, это задело меня.

— А взрывать машины посреди города, это абсолютная норма? — вспылил я и вскинул руку, будто отмахиваюсь от комара, одновременно с этим запуская действие.

Одна из машин позади белобрысого, мирно стоящая на земле, подлетела на несколько метров, а затем тяжело упала крышей вниз с шумом и скрежетом сминаемого металла.

— Но ты спустил это дело на тормозах, никто не стал искать виновного, не так ли? — прошипел я.