Арка 14
Шрифт:
Там, в ночной бойне в Броктон Бей, он не забыл об Астер, сумел, защитил, сбежал, едва не умер от ужаса возле Сибири, но все же преодолел и защитили. Чтобы теперь обосраться от страха и сбежать? Подставить и подвести Астер? Он защищал ее, заботился, не отступил там, в Стэнфорде, когда Девица Опасности пробила дыру в его асфальтовом теле, едва не убив
Да, именно тогда Тео не просто остановился в своей безумной гонке и бегстве из Броктон Бей, нет, он словно бы проснулся и пришел в сознание, понял и оценил трезво свои способности. Он ответил "нет" остаткам Империи, почти выплюнул отказ в лицо Менье и Руне, сдал Девицу местным маскам -- героям, Эдикту и Закону, и сам сдался. Все во имя Астер, чтобы она была под защитой, чтобы за ней был уход, чтобы у нее осталась семья, пускай и такая жалкая, как сам Тео.
– - Молодец!
Тео оглянулся и понял, что в ярости воспоминаний и самоуничижения очень быстро превратился обратно, снова стал пухлым мальчиком. Нет. На нем костюм и маска, он -- Голем! Земляной, каменный, глиняный, неважно -- он должен сразиться и отстоять, прославиться, вернуться домой, чтобы было кому защищать Астер!
Он должен защитить всех, здесь и сейчас!
Тео оглянулся, ища новый материал, ведь Жаба не просто так просил его превратиться, значит, что-то рядом есть более прочное? Остатки корабля Дракон? Какой-то подземный бункер? Бегемот уже развернулся, чтобы уйти в сторону пылающего на горизонте леса, и огонь плясал вокруг самого Губителя, плясал на домах и трупах, развалинах и машинах, и от этого кроваво-черная фигура Бегемота выглядела еще ужаснее.
– - В круг!
– скомандовала маска, затянутая в черный костюм, и тут Тео ее узнал.
Алхимик! Ведь это же Алхимик! Тео моментально все понял, и почти скачком впрыгнул в круг, огромную печать, нарисованную на земле. Стыд за то, что не узнал Алхимика, стыд за свой страх, стыд за то, что всех подвел, все это смело прочь и в сторону.
Сражаться!
– -
– снова взревел Тео, в такт вспыхнувшей печати.
Вокруг него простирался металл, нет, сплав, прочнейший сплав, и Тео начал расти так резко, что у него заныли металлические зубы, зазвенела голова, словно в нее врезали молотом. Страх потерять себя ушел, растворился, Тео балансировал на грани, и в то же время знал, что не соскользнет, не упадет, не имеет на это права, во имя Астер!
Печать расширилась, выбросила луч, и металлическая дорожка выплеснулась в сторону Бегемота, ухватила его за обрубок уцелевшей ноги. Тео побежал, звеня ногами о дорожку, мысленно вознося хвалы Алхимику и Жабе за подаренный ему шанс. Едва Тео терял контакт с материалом, в который превращался, как сразу начинал сдуваться, и чем больше он был до этого, тем быстрее "сдувался" обратно, и сейчас Тео был на голову выше Бегемота, ведь у Губителя голова так и не регенерировала пока толком.
Минута.
Едва Тео потеряет контакт с металлом, как у него будет минута, а скорее всего и еще меньше, потом он сдуется, спадет, и Бегемот наступит на него, превратив в лужицу расплавленного металла. Если сам Тео раньше не сдуется от страха и неумения сражаться, но! Но в таком бою, в нынешних условиях, когда нужно спасать и отступать, минута -- это же практически вечность! Эйдолона уже унесли, спасти всех остальных, стать героем, завести друзей, защитить Астер и для этого нужно лишь одно: сражаться!
Сражаться!
Нужно было крикнуть что-то героическое, возвышенное, подходящее случаю, но все слова куда-то разлетелись и растерялись, и Тео, пятнадцатиметровый стальной гигант, обрушился на развернувшегося к нему Бегемота с громовым криком, слышным за несколько километров вокруг.
– - Сдохни, тварь, сдохни!!!