Арка 2.0

Пастырь Роман

Под делом на первые часы он подразумевал работу в городе. Матвей и его приближенные планировали заняться набором рекрутов и их обучением. Делая ставку на быструю подготовку и закрепление навыков на практике.

Что касается меня, что командир, что другие высказывающие правы. Мне надо идти к вражеской крепости и набивать уровни, пока есть возможность.

Но не хочется.

Понимаю, что надо, что это может обеспечить тактическое преимущество, но я ещё после вчерашней ночи не отошёл.

Внутри у меня царила опустошенность.

Столько всего произошло, от моих рук столько людей погибло, я столько крови видел, ещё и воспоминания о собственном попадании сюда, все требовалось осмыслить. Где-то внутри меня резервуар стресса, который я мог выдержать, заполнился и грозился вот-вот лопнуть.

Стоило подумать о том, что мне куда-то надо будет переться полдня, а потом снова охотиться — как натурально начинало тошнить.

Причем я четко понимал. Прикажи сейчас Матвей выдвигаться, и я бы пошёл.

Но он не приказал. Наоборот, дал команду всем отдохнуть. Мне в том числе. Правда, понимание об отдыхе у него специфическое. Решение бесконечного числа проблем и тренировки до упаду. На тренировку меня уже пригласили, сказали подходить через полчаса.

Прихватив грязную миску, вышел со всеми на улицу. Калитку сразу же закрыли. Привычно просканировал окружающих, принюхался. Когда это для меня привычным-то стало? Видимо, сразу, как от этого моя жизнь зависеть начала.

Как сказал в ходе общего обсуждения, на войне быстро учишься.

Миску я отнёс к Еве. Не прямо ей, а к тележке, куда загружали бочонки и посуду, чтобы отвести к колодцу и там наполнить и помыть, соответственно.

— Как прошло? — спросила Ева у меня.

— Много говорили.

— Это плохо? — присмотрелась она к моему мрачному лицу.

О том, что оно мрачное, я задумался, увидев внимательный и подозрительный взгляд.

— Нет, не плохо, — заставил я себя расслабиться и встряхнуться. — Не отошёл ещё после ночи.

— Тяжело было?

— Нормально.

Ева ткнула меня кулачком в плечо, без слов говоря: да ладно тебе, не хорохорься, я всё понимаю.

Поболтали с ней немного, да она убежала и дальше делами заниматься, сказав, что Матвей скинул на них задачу накормить двести человек. Я посмотрел на костры, на котлы, на мешки с крупой и понял, что здесь тоже пахать приходится.

— Парень, — опустилась мне на плечо рука Тихого, — хватит пялиться на её задницу, идем заниматься.

— Кхм, — прокашлялся я, смутившись.

И вовсе я не пялился. Взгляд сам опустился ниже, когда Ева повернулась.

— Где ты научился драться на ножах? — спросил я, чтобы сменить тему, когда отошли.

— В армии увлекся. Потом на гражданке продолжил. Это моё хобби. Не надо меня считать мастером, но лучше ты здесь никого не найдешь. По крайней мере, он не заявил о себе, — спокойно ответил Тихий. — Вставай, как учил, — протянул он мне нож.

Самый настоящий, между прочим.

—

Раз уж теперь точно известно, что любая смерть временная, а раны, если не сдох, заживают в течение часа, то тренироваться будем всерьез, — пообещал мне Тихий.

Как будто он мне в прошлый раз не оставлял порезы.

— А как же занятие с Матвеем?

— Наш командир обладает множеством хороших качеств, но слишком спешил и время определяет неточно. За полчаса они толпу не соберут.

Тихий оказался настоящим пророком.

Матвей с командой объявили, что готовы набрать новичков числом сто человек. От новеньких требовалось заниматься, выполнять все приказы, ходить сражаться. Взамен они получают еду, обучение и возможность поднимать уровни в отряде. И, видимо, люди уже достаточно прониклись новыми реалиями, потому что желающих было куда больше сотни. На совещаниие этот момент тоже обсуждали — Матвей не хотел набирать больше людей, потому что собирался сбить костяк.

Поглядывая на то, как Дмитрий с Александром на пару, под присмотром Матвея и остальных, выстраивают людей и заставляют их проходить отборочные, становилось понятно почему. Тут бы с сотней справиться, чтобы это не рассыпалось.

Так что Тихий был прав. Отбор шёл больше часа, что дало нам провести тренировку.

Что на занятиях с Тихим, что на общей тренировке я чувствовал себя чистым листом, на котором записывают знания. Нужно просто делать, что говорят. Повторить раз, два, три… пятьдесят раз, если нужно, чтобы запомнить приём. Ни о чем не думая и не мешая телу учиться.

Как и сказал, наше занятие длилось около часа. После чего я привалился к стене храма и какое-то время сидел, отдыхая и давая ранам закрыться. Полностью те не исцелились. Да и кто бы мне дал час отдыха. Дмитрий увидел, что бездельничаю, и погнал заниматься, выдав копье.

Выпад, выпад, выпад… Нас поставили друг напротив друга, учили держать оружие и всего одному приёму. Чем многие возмущались. Дмитрий им отвечал своей харизмой. В смысле отвешивал затрещины и не стеснялся жестко доминировать, а иногда и наглядно показывать, чего стоят на деле новички, которые занимаются первый день. Ничего.

— Я учу вас так, чтобы вы смогли убить хотя бы одного противника, — пояснял он. — Если повезет, то двух-трех. Это уже позволит вам получить первые уровни и стать сильнее. Не сдохнуть бесполезно, усилив врага. Так что хватит задавать тупые вопросы и ныть, а то я разозлюсь по-настоящему.

Если честно, я не представляю, как Дмитрий не озверел ещё в первые минуты. Ничто не мешало мне крутить головой и смотреть на людей. Они задавали десятки вопросов, давали советы — это при том, что сами ничего не умели и в вылазки пока никуда не ходили, кто-то даже спорил. Чего уж, мне самому хотелось прибить некоторых экземпляр. Более-менее народ успокоился, когда пару придурков выгнали.