Арка
Шрифт:
– Чего те, Драк?
– сонно бормочет лучник.
– Что происходит?
– Матвей приказал пока ждать и ничего не предпринимать.
– Мы идем со всеми или нет?
– Непонятно пока. Расслабься лучше, да отдохни. Денек в любом случае жаркий предстоит, так что запасайся силами.
Расслабиться получилось аж на час. Я успел задремать, позавтракать, поболтать с парнями и замаяться
Матвей сидел здесь же, поглаживая верное оружие и смотря на выход из помещения. Наконец, пришел один из разведчиков, что был послан наблюдать за тем, как собирается армия под предводительством Кирилла.
Я стоял вдалеке и не слышал, что он доложил, но после этого Матвей поднялся, повернувшись ко всем нам.
– Друзья, я обещал, что мы отправимся на битву. Мы действительно на нее идем, но я решил, что идти общим строем опрометчиво. Слишком мало доверия вызывают эрмерцы. Поэтому мы выдвигаемся на прямую к базе дрогворцев и атакуем первыми.
– Ты предлагаешь атаковать нашим числом целую крепость?
– Я предлагаю сыграть на опережение. Последователи бога войны кто-кто, но не идиоты. Готов спорить, что они узнают о столь масштабном войске, а следовательно выдвинутся ему на встречу, чтобы сократить число нападающих. Вот в этот момент, когда они покинут крепость, мы и атакуем. Это один из вариантов развития событий, но решать будем на месте. Сейчас же нам предстоит хорошая пробежка по горам, чтобы всех опередить.
Идея пришлась по вкусу. Риски возрастают, но, как говорится, победителей не судят. Остается победить. В случае успеха, нанеся сокрушительный удар по силам противника, мы станем героями. Но вот задумывался ли Матвей, что будет, если наоборот, наш отряд испортит ситуацию? Например, дрогворцы напрягутся именно из-за нас и подготовятся к сражению. Остается только верить в лидера и что он просчитал ситуацию. Не просто же так, он закрутил интригу с неведением конечного плана.
Спустя пятнадцать минут сто восемьдесят человек покинули крепость, направившись в немного другую сторону от направления, куда ушел общий отряд. Дрогворцы и эрмерцы находились в противоположных концах, поэтому Кирилл должен будет выдвинуться не напрямую, а на встречу союзникам.
Мы же отправились самым коротким маршрутом, вдоль гор. По идеи, объединенная армия подойдет лишь к следующему утру или в лучшем случае ночью, коль хорошенько поднажмут. Наш же отряд, за счет мобильности, доберется к вечеру, что откроет простор для маневров.
Ожидаемо, меня и Славу выслали вперед, чтобы разведывать. В этой местности деревья редкость, но за счет скал видимость низкая. То одно, то второе заграждало обзор. Но напарник успел изучить маршрут, когда водил отряд в разведку к вражескому
Через шесть часов бега устроились на привал. Я вспомнил, как мы отправились в такой же забег в первые дни прибывания в этом мире. Тогда пришлось тяжелее. Сейчас организм успел адаптироваться к регулярным нагрузкам и марафону.
Полчаса отдыха и боевой отряд снова набирает скорость.
Я бежал расслабившись, ожидая, что первые признаки дрогворцев начнутся часа через три. Какого же было удивление, когда впереди высветились сначала пара точек, а следом ощущение жизни расцвело буйным светом. Вражеский отряд бежал нам на встречу.
Рванув к Славе, я прыгнул на него и повалил, затаскивая за ближайшее дерево.
– Там враги. Бегут к нам. Много.
– Вот же...
– чертыхнулся мужчина.
Пригнувшись, мы синхронно рванули к своим. До столкновения оставались считанные минуты.
Матвей, увидев нас, правильно расценил мое паническое махание руками и отдал приказ всем залечь. Добегаем до него и падаем рядом.
– Пару минут до столкновения. Бегут к нам. Не скажу, сколько точно, но больше сотни. Дрогворцы.
– Насколько они близко?
– Сотни три метров.
Матвей на секунду прикрыл глаза, обдумывая ситуацию, после чего из него посыпались приказы. Я же размышлял, что здесь делают дрогворцы. Вскоре появились первые точки жизни. Еще и еще, они все заполняли мою чувствительность. После второй сотни я сбился со счета. Дело приняло дурной оборот. Что это? Они знали о совместной атаке или спонтанно решили нас атаковать? Было бы второе, то шли бы пешком, а не бежали.
Рассредоточившись между скал, мы позволили врагу вбежать в ловушку. Их отряд растянулся в длинную цепь, иначе в этой местности нереально бежать. Я стоял чуть ли не ближе всех и проводил холодным взглядом первую цель. Мужчина бежал легкой трусцой, не подозревая, что его ждет.
Но вот он что-то замечает, поворачивается и в следующий миг лавина из всего нашего отряда обрушивается на растерявшегося врага.
Без изысков, я прыгнул на ближайшего подвернувшегося, вонзив ему кинжал в бок. От толчка мы улетели в сторону, врезавшись в скалу. Я отскочил и бросился к следующему врагу, оставив мертвое тело сползать на землю.
Бойня хранила первые секунды тишину, словно боясь нарушить хрупкое равновесие, а потом горы оглушили крики боли и злости.
Завязалась потасовка, где быстро стало непонятно, кто где. Я переключился на зрение жизни, чтобы ориентироваться и видеть скопом всех врагов.
Секунда замешки стоила пропущенного удара ногой и меня отбросило на землю, где я несколько раз кувыркнулся. От добивающей атаки ушел в последнюю секунду, дернувшись в сторону. Меч вонзился в считанных сантиметрах от головы, где и застрял в земле.