Арлекин
Шрифт:
Я хотела возразить, но Натаниэл сжал мою руку.
–Рафаэль - хороший вожак.
–Он не может искать мне льва. Он может предоставить еще крыс, но поиск льва для меня - совершенно не его дело, - сказала я.
–Лисандро прав в одном, Анита. Джозеф боится. Каждый, кого он приводил за последний месяц, был мало того, что слаб, так еще и невинен. Твоя жизнь - не хранилище невинных.
Я заглянула в эти лавандовые глаза, я не могла не любить то, что в них увидела. Я была старше него на семь лет, но он видел за свою более короткую жизнь гораздо больше насилия, чем я. Он видел то, что власти старались
Он позволял мне видеть в его лице то, что он скрывал обычно под маской невинности. Независимо от того, скольких я убила, я никогда не смогла бы узнать то, что знал он.
–Ты считаешь, что я была неправа, когда заставила Хэвена вернуться в Чикаго?
–Нет, он напугал меня, но ты все еще нуждаешься во льве, и они знают это.
–И что это значит?
– спросила я.
–Двое из львов, которых он тебе прислал, были девственниками.
– Сказал Натаниэл.
– Ты суккуб, Анита. Тебе не стоит общаться с девственниками.
–У тебя должно быть был жуткий опыт, раз ты так ценишь хороший секс, - заметил Лисандро.
Натаниэл кивнул.
–Я так же хотел сказать, что мы так и не встретили льва, который был бы достаточно сильным во всех отношениях.- Он взглянул на прислонившегося к звери охранника.
– Некоторые из них были жестоки в человеческом виде, но все мы живем в мире, где оружие и секс, и насилие всех видов окружают нас. Нам нужен кто-то, кто не заставит нас чувствовать себя растлителями малолетних.
Мы уставились на Натаниэла.
–Что?
– спросил он.
–Это то, что ты чувствуешь ко всем им, даже к Джастину?
– спросила я.
–Да, - ответил он.
–Джастин считает, что насилие имеет правила и ограничения. Тот факт, что он альфа для Джозефа, вредит им всем.
–Джозеф хорошо в бою, - отметил Лисандро.
–Но не настолько, как Ричард или Рафаэль.
–Или твой Мика?
– переспросил Лисандро.
–Я думаю, что Мика сделал бы все, чтобы сохранить своих людей в безопасности.
–Я слышал что-то такое, - откликнулся Лисандро.
Так, как мы говорили об одном из моих любимых, я не была уверена в своей объективности. Мика и я оба очень практичные люди. Иногда практичность и безжалостность - разные названия для одного и того же.
–Вы оба говорите, что думаете, будто Джозеф сделал бы, что требуется.
–Единственная вещь, что поддерживает его прайд в сохранности - в стране слишком мало львов-оборотней. Кошачью ликантропию обычно сложнее подхватить, чем любую другую, - сказал Лисандро.
–Любая ликантропия хладнокровных еще менее заразна, - заметил Натаниэл. Лисандро кивнул.
–Это так, но все равно львов слишком мало в стране. К тому же ближайшие живут в Чикаго.
–Они не пойдут на слияние. Жан-Клод и я не дадим им это сделать, - сказала я.
–Неужели ты не видишь, Анита, что ты и Жан-Клод - гарантия того, что слияния не будет, а не Джозеф. Это подрывает его власть, - сказал Лисандро.
–Никто
–Да, но если в Чикаго поняли, что он слаб, могут быть и другие, что это поймет.
–Я не знала, что есть прайды кроме этих двух.
–Один на Западном Побережье, один на Востоке, - ответил Лисандро.
–Это оттуда Джозеф пригласил последнего кандидата?
– спросила я.
–Прайд Ист-Коуста, да. Но ты отвергла его так же, как и остальных.
–Я не могу дать вам право искать мне льва, Лисандро. Это противоречит политике невмешательства между различными группами оборотней.
–Не для тебя, - сказал Лисандро.
– Помнишь, как Джозеф просил тебя не оставлять здесь Хэвена. В тот момент он попросил у тебя защиту для себя и своего прайда, попросил, чтобы ты вмешалась. Ты Нимир-Ра для леопардов и Лупа для волков, ты никак не была связана со львами. Как только он попросил защиты, он дал тебе связь со своими львами.
–Я не думаю, что Джозеф имел в виду именно это, - возразила я.
Лисандро пожал плечами.
–Не имеет значения, как ему все это виделось, но дело обстоит именно так.
Я не знаю, что бы я ему ответила, но в это время в дверь постучали. Лисандро отступил к нам, как хороший телохранитель. Его рука прошлась вдоль его спины, и я уже знала, что там есть оружие.
–Кто там?
–Реквием. Жан-Клод просил, чтобы я пришел сюда.
Лисандро взглянул на меня. Я поняла, что он спрашивает моего разрешения. Я ценила его именно за это. Я на самом деле не хотела видеть Реквиема сегодня вечером. Я все еще тушевалась из-за того, что он добавился к моему меню. Он был из Англии, так что был одним из тех, кто успел столкнуться с Арлекином лично и не так давно. Он был нам нужен. Или я просто так думала, но я кивнула Лисандро, чтобы он его впустил.
Глава 7
Реквием вплыл в своем длинном и таком же черном, как его волосы, плаще. Он был единственным вампом из тех, кого я когда-либо встречала, кто носил плащ.
Байрон скользил позади него, неся в руках полотенце, казалось, чем-то наполненное. На нем не было ничего кроме стрингов. И они все еще были полны деньгами. Он усмехнулся в мою сторону.
–Привет, голубка.
–Привет, Байрон.
Он всегда говорил, будто только что сошел с экрана старого доброго британского фильма: все у него «ласковый мой» да «голубка». Он ко всем так обращался, ничего личного. Он перекинул полотенце через спинку кушетки возле меня. Внезапно меня окатило дождем денег.
–Удачная ночь, - констатировал Натаниэл.
Байрон кивнул и стал вынимать деньги из своих стрингов.
–Жан-Клод воспользовался своим сказочным, неземным голосом во время моего выступления. Голубки так и кинулись на меня после этого.
– Он стянул с себя стринги, и несколько купюр порхнули на пол. Я обычно возражаю против того, чтобы кто-нибудь оголялся в моем присутствии, но все они были стриптизерами, и через некоторое время вы либо начинаете привыкать, либо просто валите из клуба. Нагота для танцоров значила совершенно иное, чем для простого обывателя. Стриптиз - иллюзия, что клиенты могут получить то, чего хотят - секс, но это не реальность. Мне потребовалось время, чтобы до меня это дошло.