Армагеддон объявлен
Шрифт:
– Кстати, – Зенон обратился к Скрабу, сумевшему в отличие от своего вконец раскисшего подельника сохранить толику присутствия духа, – что-то ваш товарищ запаздывает, кажется, Хааром его кличут?
– Падла он ссученная, – сплюнув на мостовую, процедил сквозь зубы юноша, – пижон очкастый – сам кашу заварил, а потом всех кинул. Из-за его подначек Сим поперся приглашать твою кралю…
Парень не успел договорить, как на другом конце улицы, неподалеку от дома семейства Ноумен, завелся двигатель локомобиля, затем вспыхнули фары, и транспортное
– Вот, опять сухим из воды вылез, – уныло прокомментировал отъезд локомобиля Скраб, – ни хрена у него ничего не сломалось, просто решил нас подставить, сволочь…
– Погоди, парень! – оборвал его словоизлияния Зенон. – Это был ваш приятель Хаар? Ты уверен?
– Он… сучара! – зло пробормотал Скраб. – Я его драндулет по звуку за километр определю – третий и шестой котлы, слышь, как ухают? Потому как безалаберный пижон и к технике относится без должного уважения. Когда-нибудь довыкобенивается, падла!..
Зенон подивился тонкости слуха юноши и его способности разбираться в силовых агрегатах локомобилей. Сам-то он ничего такого не услышал, так как интересовался техникой постольку-поскольку, то есть на уровне непрофессионального пользователя. Неожиданно в его голове что-то щелкнуло, после чего, как это иногда бывает, наступило внезапное озарение. Другими словами, разрозненные и, казалось бы, совершенно не связанные между собой факты сложились в одну ясную и не очень радостную картину. В груди Зенона все вдруг похолодело от нехорошего предчувствия. Бесцеремонно растолкав толпу, он рванул что было мочи к домику своей любимой, обращаясь мысленно к тому, кого мы в гордыне своей вспоминаем зачастую лишь в самые неприятные мгновения нашей жизни:
«Господи, сделай так, чтобы я ошибся! Господи, пусть все будет хорошо! Господи, не допусти величайшей несправедливости на свете!..»
В окнах жилища семейства Ноумен горел свет, на первый взгляд там все было спокойно. У Зенона немного отлегло от сердца – все выглядело бы совершенно иначе, если бы кто-то решил ворваться в дом и надругаться над его обитательницами. Едва он надавил кнопку звонка, как дверь распахнулась. На пороге стояла перепуганная до смерти Марыся.
– Зенон, как я рада вас видеть!.. Но… ты… то есть вы, тяжело ранены, и вас отвезли в госпиталь…
– С чего вы это взяли, госпожа Марыся?
– Ну, как же, пять минут назад к нам в дом пришел приятный молодой человек в офицерской форме. Такой обходительный, вежливый. Представился следователем прокуратуры. От него мы и узнали о том, что вы ранены и доставлены в окружной госпиталь. Между делом он сказал, что едет туда для проведения этих… как их?.. Ну ваших следственных мероприятий. Юноша оказался настолько любезен, что согласился взять с собой Кайлочку…
– И вы отпустили дочь с незнакомым человеком?! – может быть, излишне громко воскликнул Зенон.
Он хотел добавить еще что-то
«Вот же незадача! – с досадой подумал он. – Вместо того чтобы немедленно броситься на поиски пропавшей Кайлы, приходится приводить в чувство будущую тещу».
Благодаря своему наметанному глазу Зенон еще во время первого визита в этот дом заприметил местоположение домашней аптечки. Уложив даму на диван гостиной комнаты, он по-хозяйски направился в столовую, где в одном из настенных шкафчиков хранился семейный набор лекарственных средств от всех мыслимых и немыслимых недугов. Пузырек с нашатырным спиртом и распечатанная упаковка медицинской ваты оказались на видном месте…
– Зенон, – очнувшись от обморока, хозяйка схватила юношу за руку, – ответьте, пожалуйста, только честно, куда увезли мою дочь?
– Пока не могу сказать ничего определенного, уважаемая Марыся, – стараясь держаться как можно спокойнее, произнес молодой человек. – Если вам не трудно, попробуйте описать внешность того типа, представившегося следователем прокуратуры.
Сначала женщина закатила глаза к потолку, затем и вовсе их прикрыла, чтобы как можно точнее воспроизвести перед внутренним взором образ куртуазного офицера, оказавшегося обыкновенным проходимцем и похитителем ее дочери.
– Чуть ниже вас, Зенон, где-то на полголовы, строен, черноволос, на верхней губе тонкие щегольские усики, нос длинный с легкой горбинкой, лоб высокий интеллигентный, страдает каким-то заболеванием глаз…
– Это почему вы так решили? – спросил Зенон.
– Все очень просто, Зенон. – Марысе, несмотря на расстроенные чувства, удалось даже улыбнуться. – Этот офицер носил темные не по времени суток очки. Из этого я сделала вывод, что он не выносит яркого света, а значит, у него болят глаза…
– …или отсутствует душа, – не удержался от комментария наш герой.
– Не поняла, что вы сказали. Поясните, что вы имели в виду? – недоуменно захлопала своими длинными ресницами Марыся Ноумен.
– Да так, ничего, – горестно вздохнул юноша. – Как вы себя чувствуете, госпожа Марыся?
– Да, в общем-то, нормально.
– В таком случае я немедленно бегу на поиски Кайлы. Вполне вероятно, произошла какая-то накладка, и это был действительно следователь прокуратуры. Я попрошу тетушку Маару, чтобы присмотрела за вами.
Успокоив, как мог, еще не оправившуюся до конца женщину, он направился прочь из дома. У самого выхода из гостиной до него долетело:
– Спасибо, Зенон! Ты уж постарайся найти нашу девочку. Иначе я попросту сойду с ума.