Армагеддон откладывается
Шрифт:
Господь дал очень подробные инструкции по строительству скинии, выбору места для нее и изготовлению самого Ковчега, включая нечто вроде инструкции по разборке и сборке всего сооружения и осторожной транспортировке Ковчега. Однако во времена Давида Ковчег уже не носили на деревянных шестах, а возили на повозке. Его перемещали из одного временного храма в другой, и одной из главных задач нового миропомазанного царя-пастыря было основать новую столицу в Иерусалиме и построить постоянное место для Ковчега в «Доме Господнем».
Однако этому не суждено было случиться. Через пророка Нафана Господь сообщил Давиду,
Сходство Киша и Иерусалима как новых столиц, царей-пастухов и задач постройки храма, план которого сообщен Богом, усиливается той ролью, которую играло число семь.
В Библии сказано, что Соломон приступил к сооружению храма (помимо прочих работников в строительстве участвовали 70 тысяч носильщиков и 80 тысяч «каменосеков») только после того, как в Гаваоне Господь явился ему во сне. Строительство продолжалось семь лет, начавшись закладкой фундамента в четвертый год правления Соломона, а «на одиннадцатом году, в месяце Буле – это месяц восьмый – он окончил храм со всеми принадлежностями его и по всем предначертаниям его». Однако полностью законченный храм не был освящен.
И только одиннадцать месяцев спустя, «в месяце Афаниме, который есть седьмый месяц» на праздник в Иерусалиме собрались старейшины и главы колен Израилевых. «И внесли священники ковчег завета Господня на место его, в давир храма, в святая святых, под крылья херувимов… В ковчеге ничего не было, кроме двух каменных скрижалей, которые положил туда Моисей на Хориве, когда Господь заключил завет с сынами Израилевыми, по исшествии их из земли Египетской. Когда священники вышли из святилища, облако наполнило дом Господень». Тогда Соломон обратился к Богу, который «благоволит обитать во мгле», дабы он пришел и услышал молитвы Его народа в новом храме.
Длительная задержка с освящением храма требовалась, по всей видимости, для того, чтобы это событие произошло во время праздника, отмечавшегося в седьмом месяце. Нет никакого сомнения в том, что это был новогодний праздник – в соответствии с указаниями, приведенными в Библии (Левит). В начале 23-й главы сказано: «… вот праздники Мои». Седьмой день недели, или суббота, является лишь первым в ряду праздников, интервалы между которыми кратны семи дням или которые длятся семь дней. Кульминацией их является седьмой месяц с праздником нового года, праздником очищения и праздником кущей.
В Месопотамии в это время Шумер уже сменили Вавилон и Ассирия, и наступление нового года праздновалось там в первый день первого месяца Нисан, который совпадал с днем весеннего равноденствия. В Библии не объясняются причины, по которым израильтяне перенесли празднование нового года на седьмой месяц, на который приходится осеннее равноденствие. Ключом к разгадке может служить тот факт, что в Библии этот месяц не сохранил свое вавилонско-ассирийское название, Тишрей, а получил другое – загадочное имя Этаким. До сих пор не найдено удовлетворительного объяснения этому названию, однако есть смысл обратить внимание на следующее обстоятельство. С учетом перечисленных выше сходных обстоятельств выбора царя-пастуха, основания новой столицы и строительства храма Божьего в пустыне и в Иерусалиме, объяснение названию месяца тоже следует искать в мифе об Этане. Может быть, используемое в библии название этаним
Как уже отмечалось выше, «небесная» планировка Киша выражалась не только в ориентации храма по солнцу, но и в определенной связи с семью планетарными «богами». Примечательно, что в своих рассуждениях о сходстве Храма Соломона в Иерусалиме с месопотамским «портретом небес» («Ex Oriente Lux», том 2) Август Вюнше приводил цитату из Талмуда – как в мифе об Этане – о «семи звездах, указывающих время», то есть о Меркурии, Луне, Сатурне, Юпитере, Марсе, Солнце и Венере. Таким образом, разнообразные свидетельства подтверждают календарно-небесные аспекты Храма Соломона – аспекты, связывающие его с традициями, установившимися в Шумере на тысячу лет раньше.
Это нашло свое отражение не только в ориентации, но и в делении храма на три части; такая планировка повторяет традиционную структуру более древних храмов в Месопотамии. Гюнтер Мартини, возглавлявший в 30-х годах исследования архитектуры и ориентации храмов Месопотамии («Die Gegensatze im Babylonischen und Assyrischen Tempelbau» и другие работы), так опи сывал традиционную планировку «культовых структур» (рис. 45а): прямоугольная передняя, удлиненный ритуальный зал и квадратная «святая святых». Вальтер Анд-реа отмечал, что в Ассирии по бокам от входа в храм располагались два пилона (рис. 45б), и это нашло свое отражение в Храме Соломона, у входа в который находились две отдельно стоящие колонны (рис. 44б).
В подробном описании архитектуры и конструкции Храма Соломона, которое приводится в Библии, передняя называется улам, ритуальный зал хекал, а святая святых – двир. Последний термин в буквальном переводе означает «там, где происходит разговор» – это несомненно отражение того факта, что Господь разговаривал с Моисеем из Ковчега Завета, причем его голос исходил из точки соприкосновения крыльев херувимов. Ковчег был единственным предметом в самом сокровенном помещении храма, в святая святых, или двире. Ученые считают, что названия первых двух частей храма происходят от шумерских терминов (через аккадский язык): Егал и Уламму.
Такое деление храма на три основные части, воспроизведенное впоследствии и в других местах (например, храм Зевса в Олимпии, рис. 46а, или Ханаанский храм в Таинате в Верхней Сирии, рис. 46б), на самом деле являлось продолжением древней традиции, когда путь на вершину самых старых шумерских зиккуратов вел через два помещения – внешнее с двумя пилонами снаружи и зал для молитв. Эта структура приводится в работах Г. Мартини (рис. 47).
В скинии на Синайском полуострове, в иерусалимском храме и в храмах Месопотамии сосуды и принадлежности, использовавшиеся в храмовых ритуалах, были, как правило, золотыми. В текстах, описывающих храмовые ритуалы в Уруке, упоминаются золотые сосуды для возлияний, золотые подносы и золотые курильницы, и именно эти предметы были найдены в ходе раскопок. Серебро тоже использовалось, и доказательством тому может служить резная ваза (рис. 48), которую один из первых царей Шумера Энтемена преподнес в дар богу Нинурте в храме Лагаша. На изысканных царских дарах обычно наносили надпись, в которой сообщалось имя дарителя – это должно было гарантировать царю долгую жизнь.