Армагеддон
Шрифт:
— И все-таки, — упрямо продолжал гнуть свою линию Клайд, — вам не кажется странным, что, совершив такой рывок в области применения новейших технологий в гражданском секторе, они не переносят освоенные технологии в военный? Ведь тот же магнитодинамический транспорт — это прямой выход к рельсовому оружию. Даже у нас уже есть экспериментальные разработки, а у русских — пусто? Не верю.
Рейнард поморщился:
— Молодой человек, отвечаю вам как человек, знающий о военном потенциале России не в пример больше вашего, — ни в одном русском военном
— И в Терранском университете тоже, Пит? — послышался голос Президента. Рейнард повернулся к шефу:
— Десять против одного — не ведется, сэр. Исследования такого уровня требуют инвестиций, сравнимых со всем бюджетом университета.
— Но точно ты не знаешь?
Рейнард пожал плечами:
— Я работаю над этим, сэр. Просто эта задача оказалась намного сложней, чем мы предполагали. Мы вступили в контакт со всеми двумястами сорока выпускниками Терранского университета, которые в настоящее время находятся на территории Соединенных Штатов, и ни один из них не выказал готовности к сотрудничеству.
— Ну-ну, я надеюсь на тебя, Пит, а то меня несколько беспокоят эти ребята. — Шэф хлопнул по подлокотникам кресла. — Ладно, ребята, все равно эти сукины дети заплатят мне за все. Теперь уже я в этом совершенно уверен. Не так ли, Мак?
Стрентон осторожно кивнул. Он всегда поддерживал шефа, но у Клайда было ощущение, что Стрентон, как и он сам, до сих пор слегка опасается того, к чему может привести упрямство Президента.
— Да, мне кажется, нам почти удалось убедить наших союзников поддержать нас, если мы укажем России ее место. Впрочем, — тут он слегка усмехнулся, — в этом нам немало помогла сама Россия.
— Вот и отлично, — хохотнул шеф, — а сейчас пошли, пора перекусить, а то я проголодался. — С этими словами Президент встал и двинулся к выходу, а остальные потянулись за ним. Клайд шел последним. Подойдя к двери, он услышал, как Минарди спросил у Рейнарда:
— Не понимаю, почему Президент терпит рядом с собой этого сопляка?
Тот ответил:
— Сентиментальность. К тому же мальчик был зятем Стрентона.
5
— Ну сколько еще вы будете испытывать мое терпение?
— Дарья Александровна, да у меня же щит утонул!
— Как, опять?!
— Да нет, ну тогда, вы помните?
Долинская шумно втянула воздух сквозь зубы:
— Послушайте, Крамышев, долго еще вы будете оправдываться? С тех пор прошло уже два месяца. И все это время я обеспечивала вам приоритетное снабжение, чтобы вы успели войти в график. И что? Вы только увеличили отставание. Не справляетесь — пишите заявление. Я найду вам работу с меньшим объемом обязанностей. — Она на мгновение замолчала, переводя дух, и жестко закончила: — У вас неделя. Если не нагоните — приму меры.
Грузный мужчина с проседью, в мокром дождевике, еще несколько мгновений сумрачно пялился на потухший
— И нечего было кричать. Ты еще под стол пешком ходила, а я уже строил метро в Свердловске.
Это было не совсем правдой, поскольку в то время, когда он пришел на Свердловский метрострой, генеральный директор объекта «Восточная стена» Долинская скорее всего училась в старших классах средней школы, но начальнику семьдесят второго проходческого участка Крамышеву было приятней думать именно так. Впрочем, какой уж тут приятней…
Все началось с того, что Дарье Александровне позвонил Император. Это случилось, когда она уже начала подумывать о пенсии. Выйти на пенсию по возрасту она пока не могла, но стажа «на северах» уже хватало для льготной, хотя пенсия эта была существенно меньше, чем Дарья получила бы по возрасту. Однако у нее были кое-какие сбережения, достаточные, чтобы лет десять беззаботно прожигать жизнь, путешествуя по миру и грея косточки на пусть не самых фешенебельных, но достаточно дорогих и комфортабельных курортах. А куда ей было тратиться? С семьей так и не сложилось, детей не было, все время отнимала работа, работа, работа… К тому же на нынешнем месте ей уже слегка поднадоело. Да, она достигла немалого, занимает высокий руководящий пост, у нее очень широкие полномочия… Есть ли еще что-то, что могло бы ее привлечь? Вряд ли.
Звонок раздался в полночь. То есть в Москве еще был белый день, но у них «на северах» люди уже по большей части отошли ко сну. Так что когда ее личный мобильник, номер которого, в отличие от служебного, был известен крайне ограниченному кругу лиц, тихонько запил икал, она с трудом оторвала голову от подушки.
С возрастом она стала довольно тяжело выныривать из сна, ну да у кого с годами жизнь становится легче…
Потерев лицо ладонью, она прижала мобильник к уху и севшим со сна голосом рявкнула:
— Слушаю!
Голосовая программа пару мгновений озадаченно анализировала получившийся отпечаток — уж больно голос, пришедший через микрофон, отличался от эталонной записи, — но все же неуверенно разрешила доступ. В ухе раздался мелодичный сигнал открытия связи, и Долинская облегченно вздохнула. Не хватало еще спросонья вспоминать цифровой пароль… Спустя мгновение в динамике раздался голос, который она никак не ожидала услышать.
— Дашуня?
— Да, Ваше Величество.
— Во-первых, поздравляю тебя с наступившим днем рождения.
Долинская оторопело бросила взгляд на табло, ну да, уже 0:03.
— Спасибо… я как-то совсем…
— Ничего, еще отпразднуешь, вокруг тебя столько галантных мужчин, не верю, что они позволят тебе забыть про этот праздник.
Долинская польщено улыбнулась:
— Ну, я уже в том возрасте, когда это уже не совсем праздник, или, даже, совсем не праздник.
— И все же, согласись, проводить его в одиночку, когда за неделю начинаешь гадать, вспомнит ли кто о нем или нет, не слишком приятно.