Армаген
Шрифт:
— Не бойся, — нежно прошептал колдун. — Я не сделаю тебе больно… Начинай уборку.
Незнакомка продолжала жаться к стенке и смотреть на эльфа испуганным взглядом.
— Давай, белоручка, наводи порядок. По-ря-док, понимаешь? Из-за тебя в кабинете будто смерч пролетел. Вставай… Ах, прости. Одну минутку.
Армаген подошел к гардеробу и достал чистый банный халат. Протянув одежку девушке, волшебник тактично отвернулся. Мало ли, вдруг действительно барская дочка, а ее разглядывают, как крестьянку
Когда шорох и копошение за спиной стихли, Армаген обернулся. Рыжая бестия замоталась в халат, словно в кокон, точеная фигурка совершенно перестала просматриваться. Но откуда у эльфа, который выше любой человеческой женщины раза в полтора могли водиться одеяния столь мелкого размера?
На первом курсе целители изучали язык жестов — на случай, если придется работать с низшим сословием иной расы. Ибо знать любого цивилизованного народа, за исключением орков, идеально говорила на всеобщем.
— Меня зовут Армаген, — вертел кистями эльф, стараясь ничего не говорить вслух. Среди первокурсников ходила байка, что языком жестов и правильным словом можно творить боевую магию. Как выяснилось позднее — никакая это была не байка…
— Как твое имя? Откуда ты?
По блеску в глазах волшебник догадался, что пассы девушке знакомы, но она не может их расшифровать. Видимо, в ее мире использовали иную систему невербального общения. В подтверждение догадки, рыжая указала пальцем на себя, затем на собеседника и соединила ладони.
Армаген потер подбородок. Щетина покалывала пальцы, следовало побриться.
Девушка повторила жест. Затем указала на свой рот и потерла живот.
— Так, ты и я вместе, — растолковал целитель. — Ты не умеешь разговаривать на всеобщем и мучаешься от коликов. До чего примитивный способ общения. Наверное, бедолага из дикого племени.
Эльф отыскал под завалами на столе небольшой хрустальный шарик. Спустя пару минут в нем возникла морда одного из прислужников.
— Первый, почему так долго? Опять спал в рабочее время?
— Никак нет, господин, — попытался оправдаться карлик, но сонный голос и помятое лицо вывели вруна на чистую воду.
— Принеси в кабинет метлу и мусорное ведро, живо! И передай Второму указ: испечь десять картофелин без шкурки. И зажарить кровавый стейк. Еще пусть достанет к обеду бутылочку вина. Нижний ряд в погребе. Верхний не трогать!
— Будет исполнено!
Шарик погас. Армаген мысленно посетовал, что не стоило выдавать столько приказов сразу — мелкие тупицы забудут или все перепутают.
В дверь постучали.
— О, у хозяина гостья, — протянул карлик. И как он заметил, если фигура эльфа в просторной мантии загородила весь проход.
Целитель взял метлу и хорошенько стукнул мягкой частью по темечку наглеца. Карлик пискнул и поспешил скрыться.
— Держи, — Армаген протянул
Последнее предупреждение возымело противоположный эффект. Хотя, эльф сам виноват — гостья не понимает ни единого слова.
Едва девушка опустила ногу с кровати, как раздался пронзительный визг. Блестящий осколок разрезал большой палец и застрял в ране. Рыжая не могла сидеть спокойно, а каталась по кровати, что-то вопя на родном языке. Результат — заляпанная кровью простыня, смятая в невообразимое нечто.
— Не дергайся! — шикнул эльф, хватая бедолагу за лодыжку. Незнакомка перестала беситься — в стальном зажиме длинных пальцев особо не покрутишься.
Свободной рукой Армаген провел над раненым пальцем и резким движением вытащил стекло. Девушка не отреагировала, просто сидела и размазывала слезы по зареванному лицу. Заклинание обезболивания — главный инструмент в наборе хорошего целителя.
Эльф выждал минуту и широко расставил пальцы. Между ними возникло облако блестящего золотистого тумана. Три секунды спустя ступня выглядела как новая. Исчезла даже грязь, стоптанная с пола.
Глаза девушки странно расширились, рот раскрылся. Будто она узрела явление богов народу.
— Маг! Маг! — залепетала она.
Армаген понятия не имел, что означает слово «маг». Скорее всего, некий аналог «спасибо».
— Пожалуйста, — ответил эльф. — Надо бы тебе обувь найти. Придется топать на рынок. И убираться самому. А то замучаюсь тебя лечить потом.
В дверь постучались.
— Открыто.
Послышалась возня и тихая ругань. Что-то, звякнув, упало на пол. Карлики не доставали до ручки даже на цыпочках вытянутой рукой. Пришлось отпускать чудесную ножку, вставать с постели и открывать самому.
Картошка была со шкуркой. Стейк зажарен до хрустящей корочки. Вернее, все мясо превратилось в хрустящую корочку. Вместо нормального вина с нижней полки, слуги приволокли магическую эссенцию с верхней. И наверняка что-нибудь разбили, пока доставали.
— Гномы! — со странной смесью удивления и восторга произнесла девушка.
— Да, дебилы, — согласился Армаген. — Выпороть бы их как следует. Или лучше сразу в шахту продать?
Карлики занервничали, затряслись. Если бы не ноша — убежали, наверное, только пятки сверкали. Но бросать хозяйскую еду слуги не решались.
— Прости нас, — первым начал Первый.
— Пожалуйста, — добавил Второй.
Армаген шумно выдохнул и присел рядом с перепуганными лодырями на корточки. Даже в таком положении карлики едва доставали целителю до груди. Бездельники немного успокоились — с такого жеста обычно начиналась спокойная беседа, а не разбор полетов.