Арпонис
Шрифт:
— Я вижу, что не ошиблась!
Андрей непонимающе уставился на обоих. Он хотел было что-то сказать, но передумал, решив подождать развития событий. Тетя Зина же ожидала, что ответит Сашка, а он молчал. Тягостная пауза повисла в воздухе.
Первым не выдержал Андрей.
— Сашка, а что это такое? — тихо спросил он.
Сашка продолжал молчать.
— Это раковина, — ответила вместо него тетя Зина, и в ее выцветших глазах что-то мелькнуло. — Самая обычная, неприметная раковина, попавшая к Саше не совсем обычным путем.
Сашка упорно молчал.
— Саша, послушайся моего совета, — в голосе тети Зины зазвучали участливые нотки. — Не упрямься! Это глупо и недальновидно. Мне твоя раковина не нужна. Просто я случайно узнала о ее существовании и, так уж вышло, близко знакома с человеком, который ее давно ищет. Он готов отдать за нее самое дорогое, что у него есть, — свою книгу. Ту, что вы только что видели! Я считаю, это справедливый обмен.
Сашка постарался собраться с мыслями.
— Можем мы с ним встретиться, с этим человеком? — спросил он неожиданно, что вышло у него довольно хрипло.
— Это невозможно, — с сожалением ответила тетя Зина. — По некоторым причинам.
Сашка дернул плечом.
— Тогда нам больше не о чем говорить.
Бархатным голосом тетя Зина сказала:
— Я всё же думаю, есть о чем. То, что я показала вам, будет работать всегда и везде. — Сашка заметил, как в ее глазах сверкнули льдинки. — Раковина же в твоих руках не сработает никогда! — с вызовом закончила она.
— Будем считать, что она дорога мне как память, — сухо ответил он.
Сашка медленно поднялся с дивана, навстречу ему поднялась тетя Зина. Лицо ее изменилось — приятная улыбка исчезла, губы сжались в тонкую линию.
— До свидания, — сказал Сашка, в упор глядя на нее. Он направился к двери, спиной ощущая на себе тяжелый взгляд.
— Ты дурак! — яростно прокричала тетя Зина, когда он был уже у порога. — Она бесполезна для тебя! Тебе никогда не удастся разгадать, что это такое!
— Это мы еще посмотрим, — глухо произнес он. И плотно закрыл за собой дверь.
11
Сашка выскочил из ворот и побежал к станции. В тенистом переулке он едва не наступил на кота, выскочившего в этот момент из-под забора и шарахнувшегося с мявом в сторону. Мельком глянув на него, Сашка решил сократить путь через парк. Всё время, пока он пересекал парк и ехал в электричке, толкался в вагоне метро и шел к дому под начавшим накрапывать дождиком, одна лишь мысль билась в его голове.
Откуда она знает? Откуда?! Она не могла так хорошо разглядеть ее в темноте. Он же убрал раковину за спину, едва она вошла! Если только мама ей не рассказала… Что вполне возможно и скорее всего так и есть. Но зачем? Хотя она боится, не чокнулся ли он совсем с этой раковиной, и могла попросить совета. Значит, это мама!
Сашка ворвался в квартиру, швырнул куртку в угол и, рванув на себя ручку двери, влетел в мамину комнату. Однако там никого не оказалось. Сашка развернулся, чтоб пойти на кухню, но разом встал, наткнувшись
— Ты зачем рассказала тете Зине о раковине? — спросил ее Сашка, с трудом сдерживая гнев. Губы его дрожали, глаза метали молнии.
— Что ты имеешь в виду? — растерялась мама. — И где ты с ней говорил?
— Какая разница! — выкрикнул ей в лицо Сашка. — Она всё знает! Она ЗНАЕТ, что раковина не из этого мира!
На мамином лице в один миг отразилось множество эмоций.
— Опять этот бред, — закипая, сказала она и повернулась, чтобы уйти. Ее остановил отчаянный крик Сашки, идущий из самой глубины души.
— Откуда она узнала, что раковина не отсюда?! — заорал он, надвигаясь на мать. — Только ты могла ей это рассказать! Ты! ЗАЧЕМ?
Мама повернулась к нему.
— Я ЕЙ ЭТОГО НЕ ГОВОРИЛА! — взорвалась она, и это было почти так же страшно, как в тот день, когда она выставила тетю Зину вон.
— Почему же тогда… — с пылающим лицом начал Сашка, но мама не дала ему закончить. Она успела отойти от его натиска, вздохнула и перевела дыхание.
— Прежде всего успокойся, — властно произнесла она, голосом гася так поразившую ее в Сашке ярость. — Успокойся, чтобы понять, что я хочу сказать… Хорошо? — добавила она, напряженно глядя на него.
Сашку трясло, но он сумел собраться и кивнул, не в силах выговорить связно и слова.
— У тети Зины весьма специфическая профессия и такие же интересы, — намного спокойнее произнесла мама, — и я не полная идиотка, чтобы привлекать ее внимание к реальным фактам. Для психиатров это как красная тряпка для быка. Одно дело, когда кому-то что-то показалось, и совсем другое — когда утверждают, что нечто реальное, что можно потрогать, предъявить, было переправлено из одного мира в другой.
В глазах мамы мелькнуло сострадание.
— Всё, что я ей сказала, это то, что тебя поразила иллюстрация в одной старой книге и ты уверен, что когда-то там был. Классическое дежа-вю!
— Тогда, стало быть, она успела разглядеть ее, — склонив голову, прошептал Сашка. — Видела ее… Всё же успела заметить!
Он вдруг понял, что тетя Зина, во-первых, догадывается, о каком месте он рассказывал матери, и, во-вторых, точно знает, что может представлять собой раковина, принесенная им оттуда. Но откуда она могла вызнать, в какую именно книгу Сашка заглядывал?
Ну конечно же, от старика, сообразил он. Больше не от кого! Волей или неволей, старик им это сообщил — ей и тому мужику, которому он врезал потом своей тростью и который встретился им раньше в библиотеке. Ну дела! Осиное гнездо какое-то…
— А ты всё-таки меня обманул, — не обращая внимания на его раздумья, горько сказала мама.
Сашка поднял на нее покрасневшие глаза.
— Когда признался, что разыграл, — пояснила она.
— Если бы ты не рассказала ей про рисунок в книге, она не сложила бы два плюс два, когда заметила раковину! — сердито сказал Сашка.