Артазэль
Шрифт:
Теперь осталось понять, где же она находится, судя по подрагивающему полу и стуку колес, это фургон. Открыв глаза, Шинва утвердилась в своей догадке, уперевшись взглядом в матерчатый потолок. Постаравшись повернуть голову и приподнять правую руку чтобы снять укрывшее ее одеяло, воительница чуть не застонала, от пронзившей правое плечо резкой боли, но прикусив губу, сдержалась и оставила попытки пошевелиться. Незачем никому сообщать, что раненая очнулась, судя по количеству нападавших и бездействию магов охраны, караван точно уничтожен, тогда и ее труп должен был бы лежать на месте битвы — грабители живых не оставляют. Между тем, ее раны обработаны,
Резкий толчок плавно едущего фургона оказался неожиданностью и резкая боль, ослепительной вспышкой взорвавшаяся в голове, исторгла из пересохшего горла тихий хриплый стон. Шинва понадеялась, что он пройдет незамеченным, но почти сразу раздался тихий звук шагов и в поле ее зрения появилась рука, опустившаяся на покрытый испариной горячий лоб. Ощущение сухой и прохладной кожи оказалось неожиданно приятным.
— Спи, — произнес тихий голос так и не увиденного существа и викаэлка провалилась в глубокий сон.
Привстав с колен, я вернулся обратно к управлению ящером и наблюдению за дорогой. Странно, что моя подопечная так скоро очнулась, наведенный сон должен был бы действовать еще как минимум час. Хотя, это на человека, а воздействие на викаэльцев никто не проверял, при их массе не удивительно, что срок действия оказался меньше. А с такими ранениями не то что шевелиться, вообще очнуться в ближайшие сутки не должна, залечивая полученные повреждения.
Уже почти стемнело и можно устраиваться на ночлег. Проехав еще пару минут, в поисках наиболее удобного места, я свернул с дороги, загоняя фургон за небольшие заросли кустарника, тем не менее, прекрасно скрывшие нас от случайных взглядов с дороги. Перед тем, как распрячь ящера, я прочертил большой защитный круг, на этот раз непроницаемый и изнутри. После чего занялся остальными делами по обустройству ночевки. Придется в этот раз лечь спать не поев, еды останется только на завтрашнее утро для моей больной, уж к тому времени наведенный сон развеется и она придет в сознание.
Как все-таки хорошо, что я наткнулся на атакованный караван, бесплатно обзавелся неплохим средством передвижения и теперь не надо добираться до города своим ходом, а на дороге наверняка безопасно, особенно после проезда такого большого отряда стражи и магов.
Забравшись обратно в фургон, я подвинул развалившуюся на все пространство воительницу ближе к борту и взяв оставшееся одеяло, постелил его на деревянный пол, а сверху укрылся своим универсальным плащом, теперь можно спокойно помедетировать. После излечения викаэлки, мой резерв оказался почти опустошен и его срочно требуется восстановить.
Ночь пролетела почти мгновенно, никто не побеспокоил нашего спокойствия. Что и не удивительно, когда недалеко произошла такая бойня, все, жаждущие поживы охотники давно собрались там. Поднявшись с первыми лучами солнца, я отметил заметно лучший вид спящей больной, воительница стремительно шла на поправку, благодаря могучему здоровью, а мои заклинания и зелья делали этот процесс еще быстрей. Надев плащ и выглянув из фургона наружу, убедился в целости жующего траву ящера, после чего вылез и снял защиту, как только он наестся, можно трогаться в путь. Небо затянуло тучами, и неприятная мелкая морось заставила натянуть капюшон. Несколько
Так как выехать пока не представлялось возможным, передо мной встал закономерный вопрос. Чем бы сейчас заняться? Разбирать трофей лучше даже и не начинать, там возни, минимум, на пару дней, если не больше. Работа с незнакомыми магическими предметами должна проводиться в надлежащей обстановке и при должных мерах защиты, а не на коленке посреди леса. Да и возможные патрули стражи не хочется нервировать.
Пока я размышлял, сквозь тканевые стенки послышалось слабое шевеление и едва слышный стон. Ну вот и нашлось занятие, воительница очнулась, значит сейчас пойдем знакомиться, а после можно будет и накормить ее, если захочет, конечно. Забравшись в фургон, я подошел к уже севшей и тяжело дышащей раненой. Очевидно, именно это действие заставило ее застонать и почти потерять сознание от боли, на что ясно указывали закатившиеся глаза, не способные пока ничего разглядеть. Осторожно обняв ее за плечи, я аккуратно уложил не сопротивляющуюся из-за болевого шока девушку обратно на одеяло.
— С такими ранами тебе еще рано вставать, — произнес я накладывая обезболивающее заклинание.
Сведенные судорогой боли мышцы постепенно расслабились и воительница задышала ровнее и спокойнее, приходя в себя. Я тем временем осмотрел наложенные лечебные заклинания. Силы, вложенной в них, хватит еще дня на три, по крайней мере, на самой тяжелой ране, а там уже сам организм пусть заботится о не до конца залеченных тканях. Нужно будет дать еще пару раз укрепляющего зелья, ведь викаэлка ничего не ела уже почти двое суток, а это негативно скажется на скорости излечения.
— Кто ты? — раздался хрипловатый, но мягкий голос.
Пока я отвлекся на проверку общего состояния больной, она открыла глаза и попыталась разглядеть мое лицо под тенью так и не снятого капюшона.
— Можешь считать меня просто прохожим, наткнувшимся на побоище, на месте стоянки каравана.
— Где я?
— В данный момент — в фургоне, стоящем в стороне от дороги, ведущей в Лирвен.
Воительница перевела дыхание, собираясь с силами, и задала следующий вопрос.
— А остальные в караване?
— На данный момент, все они представляют собой разной степени обезображенные и протухшие куски мяса, выжила ты одна, и то, по счастливой случайности, тебя не дорезали бандиты, как всех остальных раненых, — никогда не помешает увеличить впечатление от своих слов, пусть знает, чего она избежала благодаря мне. — Тут свою роль сыграла и куча трупов сверху, поэтому, можешь считать, что тебе просто божественно повезло и ты не погибла до того момента, как я тебя обнаружил.
От подобного известия лицо раненой перекосилось в гримасе ненависти и горя, но она взяла себя в руки и успокоилась.
— Сколько я была без сознания?
— Всего ничего, чуть меньше суток, сейчас раннее утро следующего дня полсе нападения.
Немного помолчав, викаэлка опять нарушила тишину.
— Страже сообщить надо.
— Уже знает, еще со вчерашнего дня и обладает неплохими уликами для поиска нападавших, — успокоил я ее, а о моем наблюдении за битвой ей знать незачем, кто знает, вдруг обвинит в бездействии и косвенной причине смерти каравана.
Облегченно вздохнув, воительница приподнялась на локте и склонила голову в подобии поклона.