Шрифт:
– Не-е-е… Вадян, я всё равно в космос выйду! В самое ближайшее время! Я два года не выдержу… – настойчиво произнёс мой друг, Мишка Мышкин. Он снова завёл этот разговор, по пути в школу. И это каждый раз скатывается к спору.
– Миш, нам же ещё на первом уроке, в прошлом году помнишь, что говорили про космос?
– Ещё бы не помнить! Ха, на первом уроке. Да нам вообще-то это каждом уроке по пилотированию челноков как мантру читают!
«Космос опасен, а тот, кто в это не верит, погибает там!»
«Космос не место для детей!»
– Но я никак не выкину еще одну фразу! –
– Ну и? – Удивился я новому аргументы от Михи.
– Не дошло? Э-эх! Учишь тебя учишь!..
– Кто ещё кого и учит! Не юли, колись, что ты там придумал?
– В виртуалке в космосе опасно? – задал он наводящий вопрос.
– Ну, первое время было страхово, а сейчас, привык уже. Опасности конечно же есть. Но нас же научили как их избежать, и превозмогать!
– А если отличий между виртуалкой и реальностью нет, то и … – произнёс он, когда мы подошли к школе, и смешно заиграл бровями предлагая логически закончить фразу.
– Нет, Миха! Не зря же Первый полёт в реале выполняется с инструктором, учениками не младше семнадцати лет? Всё-таки отличия есть! Как минимум не программируемые последствия, и отсутствие респа! Смотри, если что, «оттуда» я не смогу тебя вытянуть.
Он еще что-то хотел сказать, скорее всего возразить, мол на этот всё будет “на уровне”. Но за этой болтовнёй мы уже подошли к школе, и тему обоюдно решили закрыть. Ещё не хватало что бы кто-нибудь нас услышал.
Главный школьный коридор наполнен гулом от учеников, почувствовавших свободу, и выбежавших на перемену. После первого урока из кабинета Миша выскочил одним из первых. Последние пять минут стоял «у доски» и просто тянул время и заодно нервы учителя. Первым кончился урок, в этом ему повезло.
Я стоял у входа в кабинет, облокотившись спиной о стену, наблюдая за казавшимся хаосом под названием – Перемена. По привычке скрестив руки на груди, чтобы часы на дисплее браслета были на виду. Всматривался в толпу гуляющих рядом сверстников – учеников параллельных классов, пролетающих на высоких скоростях ребят из младших классов, и вальяжно вышагивающих старшеклассников. Пытаясь найти среди них Мишку, своего лучшего друга-сорвиголову и беду учителей, а также занозу у Инспектора по посещаемости Мрачевского Пал Потапыча.
Сильно зевая, посматривал на дисплей смарт-браслета «Айна», где среди кучи функций сейчас фоном были часы. Пять минут до начала урока. Если Миха сегодня снова опоздает или еще хуже – вообще не придёт, то появится Пал Потапыч, и лучше бы ему, Мишке, успеть, мало того, что подготовка к контрольной, так ещё и последнее предупреждение от Классного Руководителя.
Минута до начала урока. Из-за поворота вышел учитель и быстрым шагом направился в сторону класса. А вот и Евгеньевич, и он очень удивился, увидев меня вне класса.
Зашел в кабинет чуть раньше учителя, как за спиной послышались быстрые шаги, скрип резиновой подошвы кроссовок, и Мишкино запыхавшееся: «Ф-ух! Еле успел…»
– Котов, Мышкин! Вы где должны быть? – строго произнёс учитель, в спину ученикам, прошмыгнувшим у него под носом.
– Здравствуйте Сергей Евгеньевич! – хором произнесли дети, как только учитель подошел к своему столу.
– Здравствуйте дети. – Буднично произнёс он и включил монитор почти на всю стену. – Мышкин, ещё одно опоздание, и я буду обязан сообщить Павлу Потаповичу! Надеюсь, ты меня услышал. Котов, я думал, сможешь как-то повлиять на своего друга, а ты наоборот берёшь с него пример. – Это фразой учитель привлёк внимание всего класса, и большинство обернулись посмотреть.
Ответа не нашлось, да и вообще, лучше вообще промолчать, я лишь бросил взгляд на своего друга, Мишку Мышкина, который снова копался в «смартбрасе», личном «мобильнике», как его все называли.
До восемнадцати лет, все дети обязаны его носить, чтобы не потеряться, а если сломается, сразу заменить. Вспомнилось, мне как рассказывали об этом и на уроках, и дома. А отец рассказал, что на восемнадцатый день рождения мне подарят какой-то «имплант». С гордостью рассказывал, что он будет один из лучших.
Что это такое и как оно выглядят, мне еще не рассказывали, говорят маленький еще для этого. Хотя уже целых пятнадцать лет! – мысленно возмутился я. – И все говорят, что они с Мишкой уже взрослые. Старшеклассники и выпускники лишь посмеивались над нашими вопросами. Один, правда, хотел рассказать. Но как-то быстро об этом забыл.
– Сперва объявление, – вновь начал учитель. – Как вы знаете из уроков истории мы все живём на космическом корабле-планетоиде под названием «Последний Ковчег», ставшим для нас домом. Вы уже проходили этот материал? – спросил он, и дети вразнобой закивали. – Вскоре близиться большой праздник. Ковчегу исполняется тысяча лет, и поэтому поводу в каждом городе будут празднования. – Сергей Евгеньевич выдержал паузу, дав проникнутся детям горячо любимым словом «Праздник». – Было принято решение что на него пустят только тех учеников кто не имеет хвостов по учёбе и сдаст все тесты, включая будущую контрольную!
По классу пронеслись слабые возгласы возмущения, тем что их могут лишить праздника. Чуть ли не громче всех возмущался Мишка Мышкин.
– А теперь открываем программу «Астролябия». – Произнёс учитель, и перед учениками из стола поднялись сенсорные экраны. – В понедельник будет контрольная по астронавигации и основам работы с Айну. А сейчас повторим уже пройденный материал, а в конце урока все получат домашнее задание на выходные – ориентирование вблизи астероидного пояса.
На экранах учеников и главном экране появился вид на космос, с дополнительной системной информацией…
После урока, я решил узнать, где Миха пропадал до начала урока.
– Мих, что на этот раз? – Спросил я, как только мы покинули кабинет, и не спеша направились на следующий урок. – Опять ходил на Мошек и Поисковиков смотреть?
– Вадян, я с классной девчонкой познакомился. – Протянул он, потрепав свои белобрысые волосы наводя привычный шухер на голове избавляясь от облика прилежного ученика.
– Старшеклассницей? – Уточнил я. – А с кем именно? Одна из тех, которых мы вчера видели?