Ашер 6
Шрифт:
— Оближи, — приказал, протягивая ей два пальца.
Зрачки, и без того расширенные от возбуждения, стали еще больше; она приоткрыла рот, пошленько высунула язык и коснулась им подушечек моих пальцев.
Почувствовав, что они достаточно мокрые, я вынул их из ее горячего ротика и провел ими между половыми губами.
В целом этот пикантный нюанс можно было и пропустить — ее киска и без того сочилась влагой, но меня слишком заводила картинка с пальцами между ее пухлыми губами и фантазии о том, что на их месте
— Ооооо, — она громко вскрикнула, когда я, размазав ее смазку, проник сразу двумя пальцами внутрь.
— Вот так, котенок, — прошептал, по очереди целуя ее соски, а потом присосался к одному и прикусил его.
— Мааааакс, — постанывала моя кошка. Ее бедра уже дрожали, потому что к пальцам внутри нее я добавил еще большой палец на клитор. Мне потребовалось сделать всего несколько движений, чтобы она кончила.
— Детка, ты великолепна, — улыбнулся ей и придержал за талию одной рукой, пока она билась в оргазме и пыталась соскочить с моих пальцев от чрезмерной чувствительности.
— Я так хочу почувствовать тебя внутри, — она схватила меня за пояс и потянула на себя.
— Подожди минутку, котенок, — я достал из штанов пульсирующий член.
Рита прогнулась в спине, чтобы стянуть штаны до конца, но я остановил ее, прижав рукой обратно к себе.
Потом сдвинул ее брюки немного вниз, пока они не оказались на уровне колен, закинул ее ноги себе на плечо, до предела вошел во влажную киску и покрепче сжал ее бедра.
Из-за этой позы она обхватывала мой член очень плотно. Мы оба зашипели, когда я наполовину вышел из нее, а потом сразу толкнулся обратно.
— Аааа! — Рита вскрикнула и запуталась одной рукой в своих светлых волосах. — Макс, ты такой большой! Пожалуйста, двигайся… Тебе так же хорошо?
— Черт, Рита… — пробормотал, медленно толкаясь в узкую киску. Она ведь даже не представляла, какой эффект имеют ее развратные фразочки — просто озвучивала все, что чувствует. — Мне невероятно хорошо, любимая.
— Я так хорошо чувствую тебя, — сдавленно прошипела она и вцепилась в мою руку, которой я придерживал ее ноги. — Быстрее, Макс. Пожалуйста, быстрее… О, Богиня…
Я и так двигался очень быстро, но постарался выполнить ее просьбу.
Каждый толчок как будто бил по оголенным нервным окончаниям. У меня искры из глаз летели каждый раз, когда ее тугие стенки сжимались вокруг моего стояка.
Интенсивность наших движений нарастала; я был близок к финалу, но хотел заставить жену кончить еще раз, прежде чем позволю себе то же самое.
— Рита… — я подкинул ее бедра вверх и стал входить до упора, хлопая животом по ее бедрам.
— Аааа! — она громко застонала, и я понял, что нашел внутри нее ту точку, стимуляция которой дарила ей безумное удовольствие; поэтому стал врезаться под этим углом снова и снова, пока она, наконец, не сорвала голос от криков и не кончила
— Фуууух, — сперма вытекала из меня мучительно долго, одна волна за другой. Я продолжал лениво двигаться, чтобы продлить удовольствие. Нижняя часть пресса сокращалась и дергалась, как будто меня хлестали током.
— Вот так, любимый, наполни меня своим семенем, — бормотала Рита, переживая второй, более яркий оргазм.
Наконец мы оба стали слишком чувствительными, чтобы продолжать эту эротическую пытку.
Я осторожно выскользнул из своей довольной и удовлетворенной жены-кошки и крепко ее обнял.
Она вздохнула и чувственно потерлась об меня, продлевая нашей близостью незамысловатыми ласками.
Меня как будто отформатировали — так хорошо я себя чувствовал.
Откуда-то взялась непоколебимая уверенность, что все наладится.
— Я верну ее, Рита. Я… — мой запал, чего уж там, довольно патетический, бесцеремонно сбило урчание в животе. Черт бы его побрал, не вовремя!
Рита звонко рассмеялась и чмокнула меня в нос. Я только хмуро покосился на свой желудок-предатель, который умудрился влезть в такой момент.
— Знаю, любовь моя, ты ради этого горы свернешь. И догадываюсь, что ты задумал, — сказала она, присаживаясь, чтобы одеться. — Но сперва дай-ка мне о тебе позаботиться. Пойдем на воздух, а?
Приведя себя в относительный порядок, мы выбрались из сарая и уселись на бревна, сваленные неподалеку. Солнце уже клонилось к закату, окрашивая небо в тревожные багровые тона, а вестей все не было. Эта неизвестность давила, но я старался не показывать виду. Мы доели рагу, что состряпал Олли — надо сказать, вполне съедобно, — и взялись за горячий шоколад. Такой мог сварганить только один человек в этом поместье, это уж точно.
— Итак, Грэг постарался для нас, да? — заметил я, отхлебывая из чашки. Шоколад был с характерной кислинкой, и, кажется, парень учел все… кроме того, что пара скорлупок от орехов все же умудрилась проскользнуть в ковшик. Мелочь, а не очень приятно. — Что-то он нас не встретил, даже попрощаться не зашел. С ним все путем?
— Он из-за Шелли сам не свой, переживает, что подвел тебя. И, думаю, чует, что ты все равно попросишь его дома остаться, — ответила Рита, помедлив. — И я тоже знаю, что ты и меня собираешься об этом попросить.
— Соврал бы, если б сказал, что такая мысль мне в голову не лезла. Конечно, мне спокойнее было бы, если б ты осталась здесь, под присмотром мадам Брайт и всей нашей братии. В тепле, в безопасности. Но, положа руку на сердце, без тебя я там… ну, далеко не уеду, это точно. Может, и до дороги на Бронзовую Гавань не доберусь, — признался я. Сердце, честно говоря, рвалось на части: и укрыть ее хотелось, и понимал, что ее поддержка мне сейчас как воздух нужна. Так что пусть решает сама.
— Хозяин!