Астра
Шрифт:
— Повернём на север, сэр? — предложил пилот. — Отсюда я смогу провести флиттер по направленному лучу корабля, нам больше не обязательно следовать за ними, — он очень хотел этого и с трудом удерживал руку, которая тянулась к приборам. И когда капитан сразу не ответил, Раф вдруг почувствовал прилив надежды, что капитан отдаст такой приказ и они уйдут от чужаков, которым больше никто не доверял.
Но опять дело испортил Лабле.
— Они нам дали слово, капитан. А одна антигравитационная установка, которую нам вчера показали…
Хобарт покачал головой, и флиттер покорно полетел за шаром
Проходили часы, но тревога Рафа только усиливалась. Теперь по причине, которую землянин не мог бы объяснить, его охватило странное непреодолимое желание следовать за шаром; это желание превзошло его недоверие и неприязнь к чужакам. Словно с того корабля исходил призыв о помощи. Раф начинал сомневаться в том, что пленник — один из чужаков.
Снова и снова пытался он восстановить в памяти картину пленения, которую видел с крыши здания — слишком далеко высоко, чтобы ясно всё рассмотреть. Он готов был поклясться, что упавшее в воду тело не покрывала шерсть. И одежда, да, на нём была одежда — причем, не бинты, в которые заворачиваются чужаки, — память неожиданно подсказала эту деталь. А разве не светлая была кожа? Может, на этом континенте живёт ещё одна раса, о которой им не сообщили?
Когда наконец они добрались до берега западного континента и прилетели в город чужаков, шар стремительно подлетел к своему месту стоянки, но не остался на крыше, а погрузился в само здание. Раф опустил флиттер на какую-то крышу как можно ближе к главному жилищу раскрашенных чужаков. Однако чужаки к ним не приходили. На землян вообще не обращали внимания. Хобарт расхаживал взад и вперёд по плоской крыше, а Сорики сидел во флаере, поддерживая тонкую нить, связывавшую их с кораблём во многих милях отсюда.
— Не понимаю, — голос Лабле звучал почти жалобно.
— Они так уговаривали нас полететь с ними. Готовы были поделиться своими сокровищами…
Хобарт развернулся.
— Что-то изменилось, — заметил он, — причём равновесие нарушено в их пользу. Всё бы отдал, чтобы побольше узнать о том пленнике. Вы уверены, что это было не одно их мохнатых существ? — спросил он у Рафа, словно надеясь, что пилот своим ответом развеет его сомнения.
— Да, сэр, — Раф колебался. Должен ли он поделиться сомнением в принадлежности пленника к чужакам? Но какие у него доказательства? Всего лишь непонятно почему растущее убеждение.
— Мятежник, вор… — Лабле отмахнулся, как от чего-то неважного. — Естественно, они расстроены из-за неприятностей. Но дело не в этом. Мы на краю новых открытий… Одна их антигравитационная установка стоит целого полёта. Представьте себе, что мы вернёмся на Землю с этим принципом!
— Представьте себе, что мы вернёмся на Землю с целыми шкурами, — шёпотом добавил Сорики. — Обладай мы здравым смыслом венерианской водяной гниды, мы бы стартовали так быстро, что с нами улетели бы и выхлопные газы!
Внутренне Раф соглашался с ним, но его не оставляло желание узнать хоть что-нибудь об этом загадочном пленнике. Вопреки своей обычной сдержанности, пилот испытывал непреодолимое желание действовать. Как будто — Раф отбросил эту дикую мысль — как будто он услышал беззвучный крик о помощи, как будто в голове его на неизвестной волне заработал приёмник.
Наконец космонавты решили, что. Лабле и Хобарт попытаются снова вступить в переговоры с чужаками. После их ухода Раф открыл во флиттере отсек, о котором непрестанно заботился. Присев на корточки, он задумчиво осматривал его содержимое. Набор средств для выживания существенно различается в зависимости от местности, где им собираются пользоваться. Водная планета требует одного, замёрзшая тундра — другого. Но кое-что обязательно для любой местности. Эти предметы и держал сейчас в руках Раф. Разрывные бомбы, запечатанные в пексилодную оболочку, способны остановить любого преследователя, каких встречали земляне на всех исследованных планетах; верёвка, чуть толще обычной нитки для вязания, но невероятно прочная и гибкая; флакончик с таблетками, которые держат человека на ногах, когда кончаются запасы пищи и воды. Всё это Раф держал в особом отсеке.
Он долго сидел, разглядывая свой набор. Потом, словно кто-то другой сделал за него выбор, протянул руку. Верёвку юноша плотно обмотал вокруг пояса, и теперь её можно было обнаружить только при обыске; бомбы положил в закрытый карман на груди, а два плоских флакона с таблетками скрылись в сумке на поясе. Захлопнув дверцу, он выпрямился и увидел, что за ним внимательно следит Сорики. Лишь на мгновение Раф смутился. Он знал, что не сможет объяснить, почему это делает. У него не было объяснения. Сорики на несколько лет старше его, но по должности пилот ему не подчиняется. Он не обязан исполнять приказы связиста.
— Ещё один поход в неизвестность?
Пилот ответил кивком.
— Ну, парень, почему-то мне кажется, что я не смогу удержать тебя. К чему тогда напрягаться? В случае чего, воспользуйся маяком — и глазами!
Раф остановился. В предупреждении связиста прозвучало открытое дружелюбие. Он почувствовал искушение объяснить. Но как объяснить чувство, у которого нет разумного объяснения? Лучше промолчать.
— Не выкапывай больше, чем сможешь похоронить, — пословица напомнила ему о Земле, она была в ходу, когда они улетали. Раф улыбнулся. Но направился не к выходу с крыши, ведущему в глубь здания. Напротив, воспользовался способом, который испробовал в том, другом городе, — перебрался с крыши на соседнюю, удаляясь от населённой части здания. И только потом спустится на улицу.
Либо чужаки вообще не наблюдали за землянами, либо сейчас их интересовало нечто другое. Отойдя на три-четыре квартала от своей цели, Раф забрался в тихое давно заброшенное здание и через него вышел на улицу, ни одного раскрашенного чужака он не встретил. В ухе успокоительно жужжал маяк, привязывая ею к флиттеру и тем самым к безопасности.
Раф знал, что в основном чужаки сосредоточены вокруг центрального здания, в котором он побывал. И считал, что пленника поместили либо в тот же дом, куда опустился шар, либо в центральное административное здание. Сможет ли он туда проникнуть? Пока Раф над этим не задумывался.