Астрал
Шрифт:
— Бессмертные на то и бессмертные, их не так-то просто прикончить. — Развернувшись на месте, Элли обратила внимание на солнце, что вот должно было уже уходить за горизонт, но все еще висело подозрительно высоко. — И прикончить меня у вас определенно не получилось.
Элли взглянула на след, что остался после атаки Винтера. Одно-единственное заклинание оказалось способна причинить
И именно поэтому она собиралась прекратить ее существование.
— Делай что должно, моя Принцесса. — Упершись руками в меч, воткнутый в землю последними силами, что у него остались, Винтер смирился со своей судьбой и опустил голову. — Позволь этому закончиться.
Кинув презрительный взгляд, Элли сжала рукоятку меча. Она совершила молниеносный удар мечом, который было так тяжело заметить. Поначалу даже не было понятно, куда именно пришелся удар Принцессы, но, когда голова Путешественника слетела с его собственных плеч, дальнейшие объяснения потеряли смысл сами собой. Даже будучи обезглавленным, его тело продолжало стоять на месте, говоря тем самым о том, что он не пытался оказать хоть какое-то сопротивление… потому что он знал, что проиграл.
Винтер пал.
В глазах Элли не было ни капли жалости, и в этот момент… она стала противна самой себе. Именно в этот момент она осознала, что сейчас для нее действительно нет дороги назад. Она убила всех, кто был ей дорог, и все ради того, чтобы подарить миру возможность существовать без магии.
Стараясь не обращать внимания на тело Путешественника, Элли вытащила меч Винтера из камня и отправилась к самому краю. Взяв треснувший Клинок Бесконечности в правую руку, а Клинок Зимы, белоснежный клеймор Винтера в левую, она собрала все свои силы и вонзила их крестом-накрест прямо в скалу. Удивительно, что ни один из мечей не сломался — сейчас, состояние клинка бесконечности было очень сомнительным, но он все же выдержал такой удар.
На ладони Элли появилась рана, из которой в тот же момент хлынула кровь. С помощью нее, она начертила пустой магический
— Обратись же в ничто. — Сказала она, глядя на небо.
Поначалу ничего не происходило, но вскоре в небе начали появляться яркие огоньки, превращающеюся в массивные спирали, вращающееся с невероятной скоростью. В последствии, они либо взрывались, либо просто исчезали, будто их никогда там и не было. И хоть не все огоньки появившееся огоньки взорвались или если, что-то явно было не так. Все это произошло неспроста, а значит, заклинание Принцессы действительно заимело должное действие.
Подобно огонькам, потускнело и само закатное солнце на пару с луной… вскоре стало ясно, что этими огоньками в небе, было ничто иное, как звезды. За звездами «потускнел» и сам мир — присутствие магии в пространстве заметно уменьшилось, и с каждым мгновением ее становилось все меньше и меньше.
Даже кроваво-красные глаза Принцессы, свершившей это, перестали гореть. И хоть она продолжала стоять на ногах, внутри нее бушевало невозможное истощение, способное свалить с ног даже самого стойкого человека.
Мир вокруг не только замер, но и затих: не было слышно ни ветра, ни птиц, ни чего-либо то ни было еще. Элли так и продолжала стоять на краю скалы, потому что не знала, что ей делать дальше. Ведь теперь все было кончено… у нее буквально не осталось ничего и никого, к кому бы она могла вернуться. Остались только два меча, что послужили для нее катализатором заклинания.
Клинок Бесконечности, таивший в себя силу черной дыры и магии пустоты, и Клинок Зимы, перенявший часть изначальной силы Винтера. Оба меча некогда принадлежали ему, и Принцесса воспользовалась их силой, чтобы подкрепить свое последнее заклинание, которое уничтожило всю магию во всем мире.
Магия, в привычном своем понимании, исчезла навсегда.