Астровитянка
Шрифт:
Никки вернулась к лифту и, предварительно постучав, заглянула к мальчикам. Коридор шёл в другую сторону вокруг холла и тоже кончался тупиком. Дверей во внешней стене коридора мальчиков оказалось больше — около полутора десятков. Ей стало всё понятно — стена в конце коридоров могла перемещаться и делила каждый год кольцевой коридор вокруг центрального холла на две неодинаковые части.
Судя по расположению стены, в этом году в Орден Леопарда поступило десять девчонок-Леопардов и пятнадцать мальчишек того же склада характера. Двери из кольцевого коридора вели в комнаты студентов, которые
Никки вернулась в коридор девочек, немного поразмыслила и толкнула дверь комнаты с номером семь. Дверь открылась в узкую, расширяющуюся прихожую со шкафом для одежды, где уже висел скафандр. В противоположной стене прихожей располагалась другая дверь, ведущая в более обширное помещение, где слева была дверь в душ и туалет, а справа — что-то вроде небольшого столика с зеркалом и электрическим кофейником. Никки заглянула в душ и восхищённо присвистнула.
Следующая дверь привела Никки в просторную комнату с окном во всю стену. Здесь размещались кровать, встроенный шкаф, стол с монитором и рабочим креслом. В углу возле окна стояли небольшой кофейный столик и два мягких низких кресла. Никки подъехала к закруглённой внешней стене-окну и в восторге ахнула — перед ней расстилался зелёный лес с озером, по которому плавали белые большие птицы и серые поменьше.
Левее высилась башня с золотым шпилем и флагом, изображающим серебряную Сову с раскинутыми крыльями на голубом фоне. Сквозь стеклянную крышу физико-математического корпуса между башнями Сов и Леопардов просматривались замысловатые приборы, сложные трёхмерные геометрические фигуры, растения в кадках и многочисленные столы с мониторами. Посмотрев из окна налево, Никки увидела часть внутреннего двора замка с платанами и скамейками.
Она вызвала т-фон Джерри.
— Ты уже выбрал комнату? — спросила Никки.
— Нет… мне ещё показывают башню, — ответил слегка смущённо Джерри.
— Позвони, когда будешь выбирать… — прохладно сказала Никки и отключилась, не дожидаясь ответа. Потом она показала терпеливому роботу, куда поставить её чемоданы. Когда багаж благополучно водворился в шкаф, кентавр укатил, ловко управляя дюжиной ного-колёс. Зачирикал т-фон.
— Уф, — сказал Джерри, — еле отвязался…
— Видишь меня из окна? — подъехала Никки к стеклу и помахала.
— Нет, я вижу только лес, — ответил Джерри.
— Выбери комнату, откуда видна башня Леопардов, — предложила Никки. — Я вижу из своей комнаты лес, башню Сов и даже внутренний двор.
В окне Совиной башни появилась маленькая фигурка Джерри и замаячила рукой.
— Отлично! — обрадовалась Никки. — Можно будет наладить зрительную или лазерную связь!
— Что собираешься сейчас делать? — спросил Джерри. — До торжественного ужина больше трёх часов.
— Пока устроюсь и отдохну… — уклончиво ответила Никки. Но, отключившись от Джерри, она стала звонить куда-то ещё, а потом уехала на лифте.
За десять минут до званого ужина Джерри вызвал Никкин т-фон.
— Собралась? — спросил он.
— Ты не мог бы зайти за мной? —
Когда Никки открыла ему дверь, Джерри решил, что ошибся номером. Перед ним стояла и смотрела на него высокая — почти как он сам — незнакомая девушка в светло-синем вечернем платье с закрытой шеей. Её волосы странно блестели в полумраке.
— Никки? — опешил он.
Та только улыбнулась. Её причёска притягивала глаз как магнит. Никки провела последние три часа в парикмахерской Колледжа, где модельер Луиза, присвистывая от профессионального восторга, смыла фальшивую рыжину с её хрустальных волос, протрудилась над причёской почти два часа, после чего дала ей кучу других полезных советов и очень помогла с выбором платья — в тон глазам. И сейчас Никки с большим волнением ждала оценки Джерри.
— Вот это да! — поражённо выдохнул Джерри, глядя на встревоженное милое лицо, обрамлённое полупрозрачными крупными волнами волос. Никки облегчённо вздохнула и пригласила его в комнату, где стояло пустое кресло. Джерри впервые видел Никки в полный рост, и это тоже впечатляло.
В комнате причёску девочки осветило солнце, и прозрачные локоны превратились в серебряные мерцающие струи с разноцветными искрами.
— Клянусь Мимасом! — продолжал неотрывно смотреть на неё восхищённый Джерри. — И ты прятала такую хрустальную голову под рыжей краской?!
— Ладно тебе, пошли на ужин, — сказала жутко довольная Никки.
Их появление в зале приёмов вызвало восторженный вой школьников, заполнивших стол в виде большого кольца. Этот восторг был адресован, конечно, Никки, выглядевшей потрясающе: в элегантном синем платье, с фантастической хрустальной причёской, она сидела в инвалидном кресле непринуждённо, как на троне.
Директор предупредительно встретил их на полпути к столу, образующем незамкнутое кольцо, и усадил слева от себя. Вокруг сидели уже представленные им преподаватели Школы Эйнштейна и ещё какие-то незнакомые люди. Директор Милич постучал по звонкому бокалу, призывая всех к вниманию или хотя бы к молчанию.
— Разрешите от вашего имени, — поднялся до торжественных высот голос директора Школы Эйнштейна, — горячо приветствовать за нашим столом… — директор сделал многозначительную паузу, — председателя и старейшего члена Попечительского Совета Колледжа — мистера Хиггинса и его супругу, миссис Хиггинс!
Величественный господин справа от директора благосклонно кивнул в ответ на вежливые аплодисменты, а сидящая рядом немолодая дама в платье с щедро декольтированной спиной одарила всех голливудской улыбкой.
— С удовольствием представляю собравшимся нового чемпиона и рекордсмена Школы Эйнштейна — мисс Никки Гринвич!
С концов стола, где сидели студенты, раздались гораздо более бурные аплодисменты и даже приветственные крики.
— Она проявила поразительные талант и мужество на экзамене, набрав рекордные баллы по физике и астрономии и продемонстрировав незаурядные знания по другим предметам. Даже в области истории мисс Гринвич блеснула удивительным знанием текстов древних философов, получив двести очков за ответ на один-единственный вопрос!