Шрифт:
I
Уже сутки, как Валю засыпало промёрзлой землёй. Сквозь небольшие просветы рыхлого слоя она видела куски рваного неба, то серого, то чёрного. Когда вновь зажглись звёзды, Валя поняла, что пролежала ночь, день и вновь ночь. Холодные небесные тела протягивали ей свои тонкие ломкие лучи как спасительную нить. Словно маня, зовя в вечный ледяной бездушный покой. Валя тихонько улыбнулась, опять попыталась пошевелиться, но внезапная боль в ногах, острая и пронизывающая, выключила её сознание.
– Зотова!
Валя отняла руки от рации и умоляюще посмотрела на младшего лейтенанта.
– Я не виновата, что связи нет. Вот стучу два часа подряд. Нет связи.
– Во-первых, отвечайте по Уставу. Во-вторых, приказы надо выполнять незамедлительно. А, в-третьих, что вы такое натворили, что вас командир вызывает?
– Слушаюсь! – Валентина вытянулась по струнке, поправила собранные волосы и, накинув ватник, вышла вслед за младшим лейтенантом.
Стояла холодная зимняя ясная ночь. И было так тихо, словно и войны-то не было. Валя вдохнула полной грудью, наклонилась и зачерпнула горсть только что выпавшего чистого пушистого снега.
– Вкусно как, будто мороженое!
– Будет тебе сейчас и мороженое, и пирожное.
Валя насупилась.
– Да ладно, не боись, кажись, задание какое. Только тсссс – я не говорил.
– Ой, смешной какой вы, Володя, когда важным хотите казаться.
– Младший сержант Зотова, не забывайтесь.
– Слушаюсь! – улыбнулась Валентина и поправила ему ушанку.
– Не забудь по Уставу поздороваться, – уже шепнул он ей вдогонку. – Начальство!
– Младший сержант Зотова по вашему приказанию прибыла! Здравия желаю, товарищ майор! Здравия желаю, товарищ капитан! – отчеканила Валентина.
– Вольно. Проходите, Зотова, проходите. Чаю хотите? Товарищ капитан, сделайте чаю Валюше, да покрепче.
Было тепло, даже уютно. Валя села поближе к буржуйке и протянула озябшие пальцы. Командир батальона Валентин Иванович Певцов внимательно посмотрел на Валю, тонкая хрупкая фигурка которой жадно пропитывалась теплом. Сердце майора сжалось, это – минутная слабость, с которой он боролся. Война. Война – значит, все равны. На фронте нет ни женщин, ни мужчин, а есть солдаты. И есть цель – победа любой ценой, всё остальное потом, все сантименты и разделение полов.
– Значит так, тёзка. Я изучил ваше дело. Есть военная подготовка, Школа бойцов противовоздушной обороны да ещё и курсы радистов – это серьёзно. Вы поступаете в разведывательное подразделение.
Оставался последний шаг. Последний шаг до Ржева. Шла подготовка противовоздушной обороны Ржевско-Вяземской наступательной операции. Поставлены задачи: окружить и уничтожить основные силы группы армий «Центр». Привлечены четыре армии Калининского и восемь армий Западного фронтов. Февраль 1943-го.
– Это решающая битва. Валентина, мы с капитаном Золотовым решили отправить разведгруппу. Во-первых, связь явно повреждена. Ваша задача: найти повреждения, восстановить связь. Затем:
– После передачи данных вы должны найти укрытие и переждать нашу атаку, – вступил Золотов, – будет жарко, девочка, но иначе нельзя. Бои будут нелёгкие и жестокие. Количеством мы уже их взять не сможем. Возьмём хитростью и неожиданностью. Основываясь на ваших данных, мы безошибочно выстроим стратегию и нанесём тяжелейшие удары. С собой рация и карта.
– Задание понятно? Документы сдадите. С ними на задание никак.
– Понятно, товарищ майор.
– Вот ты и будешь командиром группы. Ну, а теперь, как говорится, кого с собой в разведку возьмёшь?
– Надо подумать. Нет, я не в том смысле. У нас-то все надёжные. Здесь другое… Здесь смекалка и внимание.
– Правильно рассуждаешь, дочка.
– Тогда Лену Стрельцову. Она и азбукой Морзе владеет хорошо, на всякий случай, подменить сможет, и Алексея Брутто.
– Уверена?
– Так точно. Мы ходили уже, два раза за линию фронта.
– Вот потому тебе и даём такое важное задание. Так уж вышло, девочка, время такое. Надо пережить.
– Ты чем занималась до войны? Училась в институте?
– Студентка второго курса архитектурного института. Училась, но потом пришлось бросить, так как совмещать с военными курсами было невозможно. Ну, и я не могла поступить иначе.
– Добровольцем, значит?
– Так точно.
– Ну ничего, будешь и мосты строить, и дома. Твоя профессия скоро самая нужная окажется, – майор вздохнул. – Документы сдать, пригласи своих товарищей. Сейчас выдадут маскировочную одежду. Выходите на задание через два часа.
Ржевская битва. 1941–1943-ые годы. Самые ожесточённые бои. Это бойня, уничтожение. Словно кровавое ненасытное чудовище, пожиравшее тысячи и тысячи жизней. Мясорубка. Полки и дивизии горели в пламени боёв. За сутки уничтожались посёлки и деревни. Дрались за всё: за кочку, за выгодную позицию, за обломок старого сарая, за каждый сантиметр земли. Шла бойня. Самая жестокая, до изнеможения, до истощения.
Ржевский выступ – трамплин на Москву. Удержать любой ценой.
Через два часа Зотова, Стрельцова и Брутто выдвинулись в путь. Морозный воздух, фиолетовое небо и неоновый свет звёзд. «А если есть жизнь на другой планете, там тоже война?» – подумала Валя.
– Сто метров идём, а затем ползком по моей команде. Предупреждаю сразу, лишние разговоры отставить, общаться знаками. Я занимаю позицию на переднем крае. Буду прикрывать. Стрельцова, как только заметим замаскированные огневые точки, сразу передаёшь координаты. Ну, в путь.