Атабаска
Шрифт:
— Ты считаешь, что главным координатором является кто-то из агентов?
— Необязательно. Но в чем я абсолютно уверен, так это в том, что очень скоро мы услышим о новой беде, которая случится в Атабаске. Кукловоду должно уже казаться, что куклам время поплясать снова.
— Координация, — сказал Маккензи мрачно.
— О чем ты?
— Ты слышал, что я сказал Блэку. Что он хочет избавиться от нас хотя бы на несколько дней с какой-то определенной целью. Если он не сможет избавиться от нас, попросив уехать, он добьется этого, организовав новую беду на Атабаске.
Демотт вздохнул.
— Имена, подлежащие расследованию, будем надеяться, нашим другом Моррисоном из ФБР. Что ты об этом думаешь?
Маккензи взял лист и стал просматривать. Брови у него поползли вверх.
— Заставит Моррисона подскочить, уж это наверняка, — сказал он.
— Да по мне, пускай подскакивает хоть до луны, важно, что он сделает, когда опустится на землю, — сказал Демотт веско. — Нам нужно с чего-то начать действовать. — Он хотел продолжить, но зазвонил телефон. Демотт взял трубку, послушал, и лицо его постепенно обрело меловую белизну. Казалось, он не заметил, как треснул у него в левой руке раздавленный стакан, и на ладони появились капельки крови.
11
Вот это место! — воскликнула Стелла, входя к Карин в офис. — Не могла даже себе представить, что он такой огромный. Мы проехали, наверно, миль пятьдесят.
— Да, действительно, очень большой. — Карин усмехнулась, довольная, что гостям было интересно. — Надеюсь, вам тоже было интересно, миссис Брэди?
— Потрясающе! — Джен откинула капюшон парки и встряхнула волосами. — Эти драглайны — никогда не видела ничего подобного. Они похожи на доисторических монстров, которые вгрызаются в чрево земли.
— Действительно, похожи. — Воображение не оставило и Стеллу. — Бронтозавры. Абсолютно. Конечно, такой тур мог состояться только благодаря любезности мистера Рейнольдса, а он пригласил нас еще и на ужин.
— Не стоит благодарности. — Карин попыталась сменить свою постоянную улыбку на некую разновидность, выражающую протест. — Мы все любим гостей. Они вносят разнообразие в нашу жизнь. Вам понравится Мари Рейнольдс тоже. Давайте узнаем, готов ли босс уже выйти.
Она включила устройство внутренней связи и сказала, что леди вернулись с прогулки. Они услышали из динамиков:
— Прекрасно. Буду готов через минуту.
— Сейчас придет, — сказала Карин. — Все в порядке? — Она прибралась на столе, заперла ящики, положила ключи в свою сумочку и надела пухлый комбинезон из светло-голубого стеганого нейлона и пару голубых сапожек, отделанных мехом. В этот момент из смежной комнаты появился Рейнольдс, тоже экипированный в комбинезон, только темно-синий с белым.
— Добрый вечер, леди, — сказал он приятным голосом. — Надеюсь, вам понравилась экскурсия. Было не очень скучно?
— Ну, что вы! — Джен не испытывала трудностей с выражением энтузиазма. — Это было замечательно. Потрясающе.
— Вот и славно. — Он повернулся к Карин. — Где наши настоящие мужчины в таком случае?
— Ждут в холле.
— Чудесно. Лучше не забывать их нигде, а то ваш отец будет гневаться. — Он повел Стеллу к выходу.
Терри Бринкман, начальник охраны «Санмобиля», и его заместитель Йергенсен слонялись по вестибюлю.
На пути к главной проходной Рейнольдс связался по радио с охраной и назвал себя, номер и тип машины, чтобы людям не нужно было выходить из помещения на мороз. Поэтому уже при их приближении ворота из стальной сетки начали автоматически открываться. Немногочисленные снежные хлопья быстро проносились, попадая в свет дуговых ламп, освещающих периметр ограды. Рейнольдс бибикнул пару раз, благодаря охрану, и уже минутой позже они оказались в темноте, разрываемой только светом фар их автобуса.
В машине было тепло и удобно. Поездка должна была продлиться всего двадцать минут. Однако Карин чувствовала какое-то смутное беспокойство. Ее босс был весь день на взводе, и хотя ей удавалось внешне сохранять солнечное настроение, она не надеялась на приятный вечер: может оказаться очень тоскливо. Может организовать какую-нибудь самодеятельность, попеть, например. Она наклонилась вперед и спросила Стеллу, умеет ли она играть на гитаре.
— А что? Могу, если никто не слышит.
— Не нужно стесняться. Я подумала, что мы сможем немного попеть.
— Она хорошо играет, — сказала строго Джен, — подхватит любую мелодию, которую вы напоете.
— Очень хорошо. — Карин откинулась назад, снова устраиваясь между двух крупных мужчин. Автобус оставил позади обитаемые окраины завода и двигался по серпантину дороги, проложенной по невысоким холмам, отделявшим битумные пески от форта Мак-Муррей. Рейнольдс вел машину очень ровно, без ускорений и торможений, поскольку поверхность дороги скрывал постоянно движущийся слой снега, который блестел в свете фар.
Только они успели пройти крутой вираж, который, по словам Бринкмана, назывался Вираж Хэнгмэна, как Рейнольдс был вынужден нажать на тормоз. Он выругался, когда автобус занесло влево, но смог удержать его на дороге. Впереди дорогу перегораживал черный трак, занимавший и обе обочины.
— Смотрите! — крикнула Карин. — Кто-то лежит на дороге.
Автобус остановился в нескольких ярдах от человека, лежащего вниз лицом. В появившемся разрыве летящего снежного покрывала обнаружилось еще одно тело, тоже, лежащее на животе, но двигающееся.
— Боже мой! — воскликнула Джен. — Здесь произошла авария.
— Вы, леди, остаетесь в машине, — сказал Рейнольдс резко. — Терри, пойдите посмотрите, что там случилось.
Бринкман открыл дверцу и вышел из машины. Карин почувствовала, как волна холода ударила ее справа. Потом она увидела еще одну фигуру, бегущего к ним от машины человека, скорее даже не бегущего, а вихляющего из стороны в сторону. Человек поднял руку, защищая глаза от света фар автобуса. Он хромал и качался, и Карин подумала, что он, видимо, серьезно ранен.