Атака тьмы
Шрифт:
– Пойдемте с нами, – предложил Олесь. – Мы сумеем накормить детей. Оранжерея пришельцам больше не принадлежит.
– Ничего другого и не остается, – тяжело вздохнул мужчина.
Примерно через пятнадцать минут колонна вышла из здания школы и двинулась по четвертой полусфере. Некоторых ослабевших от голода и жажды ребятишек разведчики несли на руках. В среднем возраст юных колонистов колебался от пяти до десяти лет. Это были учащиеся младших классов.
Изредка, указывая на тот или иной жилой блок, мальчики и девочки говорили о доме. Впрочем, заходить внутрь никто не решался. Страх перед мерзкими
Миновав купол, спасшиеся школьники попали в тоннель. Здесь колонистов поджидала новая неприятность. Они отвыкли от яркого света и теперь, жмурясь и закрывая глаза ладонями, пытались сохранить ориентацию. Колонна вынужденно остановилась.
Когда детская волна нахлынула на центральный перекресток третьей полусферы, аланцы уже знали об уцелевших людях. Наблюдатели поначалу приняли малышей за врагов, но быстро поняли ошибку и дали отбой. Солдаты встречали несчастных сирот со слезами на глазах. Пищевой рацион и почти вся вода были истрачены буквально за десять минут. Глядя на отощавших школьников, десантники чувствовали, как в душе закипает гнев. Агрессоры должны заплатить за кровь и страдания невинных жертв.
Выйдя чуть вперед, Клерон с нескрываемым восхищением проговорила:
– Господин Лендон, вы умеете удивлять. Я думала, на базе никто не спасся.
– Иногда чудеса случаются, – пожал плечами русич.
– И трагедии, – добавил Грондоул. – Прибудь сюда «Сондор» согласно намеченному плану семь декад назад, его экипаж попал бы в цветущий город. Однако по ужасному стечению обстоятельств в то же самое время в систему Аридана прилетела разведка чужаков. Противник нас опередил...
– Мы до сих пор не представились, – вежливо вымолвил мужчина. – Мое имя Ник Барот. Я служащий архива. А это учителя – Лиз Лайн и Нила Ребейн.
После того, как аланцы назвали себя, Дан предложил колонистам сесть и тут же произнес:
– Извините за поспешную настойчивость, но не могли бы вы рассказать о своем городе. Мы ведь о нем ничего не знаем.
– Вас интересует последний этап его существования или начать с того момента, как базу бросили? – спросил Барот. – Двести лет полной изоляции...
Ученый посмотрел на часы и проговорил:
– Время есть. Мы хотим услышать всю историю. Согласно древним документам в колонии проживало около тридцати тысяч человек.
– Это было очень давно, – грустно улыбнулся Ник. – Когда-то здесь не хватало жилых блоков. Люди ночевали в кабинетах, лабораториях, цехах. Перспективная работа, стремительный карьерный рост, имидж первооткрывателей. Основатели города надеялись превратить планету в прекрасный сад. И задача не казалась такой уж неосуществимой. А потом прилетел унимийский крейсер, и полковник Илот сообщил, что больше на Акву не придет ни один транспортник. Алан...
Мужчина остановился и тактично поправился:
– Война уничтожила Таскону. Все звездные суда, собранные в эскадру, ушли в неизвестном направлении. Где-то очень далеко разведчики обнаружили полностью пригодную к жизни планету. Эвакуировать базу никто не собирался. Военные считали, что колонистам и так повезло. Наступил
– И как долго продолжался хаос? – уточнил Грондоул.
– Почти пять лет, – ответил Барот. – Затем жизнь понемногу наладилась. Снова появился прирост населения. Именно он и привел к трагедии. На базе возникла серьезная проблема с продовольствием. Расчетные возможности оранжереи невелики. Биологи долго икали выход и, в конце концов, предложили высадить некоторые культуры в местный грунт. Тщательные исследования показали, что плоды съедобны. Люди бросились разрабатывать плантации...
– Массовое отравление? – вставила Эвис.
– Гораздо хуже, – вымолвил Ник. – Я, разумеется, не был свидетелем драмы, но сохранившиеся дневники описывают ее довольно подробно. Примерно через два-три месяца после употребления этих продуктов в пищу, несчастные начали умирать в страшных мучениях. Эпидемия поразила тысячи. По-видимому, в организм попал какой-то грибок. Он быстро разрушал у человека желудок, почки и печень. Изучить болезнь и найти противоядие врачи, к сожалению, не смогли. Людей сотнями хоронили в братских могилах.
– Сколько же колонистов уцелело? – спросил Храбров.
– Четыреста, – произнес мужчина. – За пять декад население города уменьшилось в семьдесят раз. Колонисты провели санитарную обработку всех помещений и долгое время жили обособленными группами. Иссякли последние запасы лекарств.
– Кошмар! – невольно вырвалось у Шиндлера.
– Я нашел записи некоего Граска, – переведя дух, сказал Барот. – Бедняга назвал Акву проклятым местом. Тогда эта фраза вызвала у меня улыбку. Сейчас я понимаю, что его слова – ужасное пророчество. Злой гений буквально витает над планетой. Сто семьдесят лет люди поднимались из ямы, в которой очутились. Кто-то ведь должен обслуживать реактор и системы жизнеобеспечения. Тяжелый мрачный период. Рабочих рук катастрофически не хватало. Заброшены боксы, завод, склады, ангары, технические мастерские.
– И все же вы сумели сохранить инфраструктуру колонии, – заметил Дан.
– Ценой огромных усилий, – проговорил Ник. – Единственное о чем мы не подумали – об оружии. У флайеров закончилось топливо, защитные орудия не предусматривались проектом, а из индивидуальных видов в городе было два десятка бластеров. Воевать на Акве не с кем. Главным приоритетом стало воспитание подрастающего поколения. Мальчиков и девочек готовили специалистами широкого профиля. Гениальный план развития! Он спас жителей базы от деградации, но, увы, не излечил нас от наивности.
– Как получилось, что пришельцы захватили колонию практически без сопротивления? – поинтересовался Олесь.
– Обычная человеческая глупость, – с горечью произнес мужчина. – Каждое поколение мечтало увидеть в небе корабль с Тасконы. В городе даже возникла секта на этой почве. Ожидание судна превратилось почти в религию. И вот представьте себе, служба навигации сообщает о приближении космических ботов. Началось всеобщее помешательство. Побросав обычные дела, люди устремились на посадочную площадку. Их не пугала даже нехватка кислорода. Мы дорого заплатили за свою беспечность.