Атаманщина
Шрифт:
Так или иначе, амнистия деморализовала оставшихся в лесу повстанцев, они «перестали доверять друг другу». В лесах Холодного Яра продолжала действовать партизанская «республика», там осталось около 200 боевиков во главе с атаманом Деркачом. Осенью 1921 года у атаманов района Холодный Яр–Елизаветград еще оставались небольшие мобильные конные отряды: Черный Ворон имел 60 сабель, Гонта — 50, Хмара — 50, Орлик — 50, Завгородный — 40 сабель.
Как сообщали чекисты, в 1921 году в Холодном Яру «по национальности большинство восставших — великороссы (саратовцы, уральцы и сибиряки из бывших красноармейцев). Это —
Что же касается регионов Украины, то в апреле–мае 1921 года отряды атаманов Подолья — Шепеля, Хмары, Лыха, Подковы, Пушкаря (до двух тысяч повстанцев, 15 пулеметов) — объединились для совместного наступления на Винницу. Части атамана Волынца (500 повстанцев) захватили местечки Гайсин и Брацлав. В июле в Украину выступила укомплектованная в Польше «Повстанческая бригада» (400 бойцов) атаманов Орла — Гальчевского[73] и Шепеля. Прорвавшись через советскую границу в Подолье, бригада численностью в тысячу повстанцев захватила несколько мелких городков.
* * *
Сбивая боевой пыл атамана Ю. Тютюнника, польский генштаб заявил, что «летний пик» восстания пропущен, а потому в Украине уже нет подходящих условий для успеха акции и что поляки смогут «выпустить» в Украину из лагерей интернированных в Польше украинских военных только 1200 человек. Польше не нужна была широкая военная акция, которая бы могла спровоцировать войну с Советской Россией. Достаточно было прощупать красный тыл, разорить приграничную инфраструктуру.
В сентябре 1921 года Юрий Тютюнник потребовал от польской стороны провести поход «любой ценой», предоставить хотя бы 1500 винтовок, 60 пулеметов, 300 коней. Петлюра приказал начать поход (который получил название Второй зимний поход), возложив на Ю. Тютюнника обязанности командования Повстанческой армией «вторжения». Но польская сторона затянула подготовку похода до ноября. Исходя из реальной оценки ситуации, представители польского генштаба заявили, что последним «приемлемым сроком» для похода был август 1921-го, когда проходило изъятие нового урожая продотрядами. Поляки вооружили только 50 % бойцов, которые были подготовлены к походу в Украину, у четверти из них не было даже зимней одежды и теплой обуви.
Через своих агентов в УППШ ЧК стал известен подробнейший план похода в Украину, структура повстанческих районов, явки и базы подполья, благодаря чему они сумели ликвидировать повстанкомы и диверсионные группы. Наибольшей удачей чекистских агентов в окружении Ю. Тютюнника было затягивание начала «акции» до ноября 1921-го. На самом высоком уровне было решено выманить на территорию Советской Украины наиболее боеспособные части армии УНР, лишить партизан продовольственной базы и, окружив их, полностью уничтожить. Подразделения Красной армии были размещены таким образом, чтобы армия Тютюнника попала в западню в районе Житомира.
Прорвав границу, Подольская группа повстанцев численностью 530 человек (командир — атаман Палий-Сидорянский) 26 октября выдвинулась из Польши на советскую территорию. Эта группа, рейдируя между крупными частями Красной армии, сумела сохранить свой потенциал и присоединить к себе повстанцев из отрядов атаманов Орлика и
Бессарабская группа численностью 200 бойцов (командир — атаман Пшонник) 18 ноября 1921 года переправилась через Днестр и попыталась захватить город Тирасполь, но была полностью разбита. Ее остатки спешно вернулись назад в Румынию.
Через неделю похода по заснеженным лесам Волынская группа потеряла цель своего пути, успевая только уворачиваться от ударов кавдивизии Котовского. Группа Тютюнника так и не нашла в лесах Правобережья серьезных повстанческих атаманских отрядов. 17 ноября 1921 года у села Миньки она была полностью разгромлена. Юрий Тютюнник и часть командиров группы исчезли с поля боя, оставив обмороженных, раненых, больных солдат в окружении красной конницы. Через три дня около сотни бойцов во главе с Ю. Тютюнником вернулись в Польшу.
Полная неудача Второго зимнего похода подорвала положение Юрия Тютюнника как лидера украинского повстанчества. Польское и румынское командование утратило веру в возможность широких повстанческих акций и в потенциал украинских атаманов, сократило финансирование подобных выступлений, стремясь самостоятельно использовать атаманов в интересах своих разведок.
Однако, несмотря на поражение Второго зимнего похода, Симон Петлюра заявил: «Мы обязаны продолжать борьбу... Мы должны воссоздать повстанческую армию для похода в Украину». Но с начала 1922 года Повстанческо-партизанский штаб фактически прекратил свою работу. И эмиграция, и местные атаманские формирования разочаровались в своих силах.
К началу 1922 года большевики сумели разгромить 80 % повстанческих отрядов, только в Украине было изъято 33 тысячи единиц оружия и две тысячи пулеметов. Тогда ЧК оценивала численность «политических банд» Украины в три тысячи бойцов (эта цифра занижена приблизительно вдвое). Весной 1922 года, после серии провалов подпольных повстанческих структур, чекистами были ликвидированы отряды атаманов Салоненко, Заболотного, Музыки, Лыха-Храбро, Орла. На конспиративной квартире в Одессе был арестован координатор повстанчества юга Украины атаман Гулый-Гуленко. ЧК активно внедряла в среду повстанцев своих агентов. Повстанческие отряды были разгромлены, рассеяны, самораспустились или отошли за границу.
В апреле 1922 года петлюровцы все еще планировали поднять восстание в Украине. Агенты ЧК–ГПУ фиксировали по Киевской губернии «усиление бандитизма». Но уже в мае Заграничный центр петлюровского повстанчества был вынужден констатировать, что надежды на возможное восстание не оправдались. Чтобы сохранить подполье, Петлюра, как уже упоминалось, приказал прекратить повстанческую борьбу крупными отрядами и перейти к «новым методам» подпольной деятельности, к тактике террористических нападений мелкими группами в 10–20 бойцов на поезда, советские хозяйства, сахарные заводы, на отдельных представителей власти. 90 % повстанческого потенциала решено было законспирировать «до лучших времен». Штаб Махно в том же 1922 году направил подобную директиву своим отрядам. Савинков в июне 1923 года также решил прекратить «повстанческую деятельность».