Атаульф
Шрифт:
Дядя Храмнезинд был такой же храбрый, как дядя Агигульф. Храмнезинд в бурге рос, у нас дома про него и не знали. А потом как-то раз дедушка поехал в бург и привез к нам дядю Храмнезинда.
Как-то раз дядя Агигульф вернулся из похода, но войнолюбивость свою не избыл. И предложил он дяде Храмнезинду вдвоем отправиться к герулам и увести у них коней. Ибо Теодобад в том году больше в поход не пойдет. Они пошли за конями.
У герулов в это время гостевал один лангобард, по имени Лиутпранд. У него большой живот. Лиутпранд — великий герой. Никто не может перед ним устоять. Так сам Лиутпранд говорит.
И угнали коней дядя
А Лиутпранд не отстал. И в полудне пути от нашего села догнал Лиутпранд героев. И была битва великая между Лиутпрандом и сыновьями Рагнариса. И стонала земля, и солнце затмилось пылью, и кони кричали. И срубил Лиутпранд голову дяде Храмнезинду. И покатилась голова…
После того долго бились еще Лиутпранд и дядя Агигульф. И полюбились они друг другу, ибо в лихости сравнялись. И решили не враждовать больше. Лиутпранд сказал, что не вернется к герулам. Дядя Агигульф его к нам пригласил. Лиутпранд смущался, но дядя Агигульф его уговорил. Дядя Агигульф кого хочешь уговорит.
Голову привезли домой в кожаном мешке. И коней герульских пригнали. И сказал Лиутпранд: вот вергельд за Храмнезинда. (О том они еще раньше договорились с дядей Агигульфом). Но дедушка все равно не хотел мириться с Лиутпрандом и все горевал по Храмнезинду, а Лиутпранда хотел убить. И ругал дядю Агигульфа за то, что тот не хочет убить Лиутпранда.
Дедушка Рагнарис тогда только-только взял себе наложницу Ильдихо. И ценил он Ильдихо, ибо была она для него в новинку.
Зная об этом, дядя Агигульф придумал хитрость. И друг дяди Агигульфа — Валамир — помогал ему в этом. Валамир зазвал Ильдихо и стал ей рассказывать, что был он, Валамир, в походе и видел в одном герульском селе, на одной толстой герульской бабе, дивную гривну золотую с рубинами. И коли окажет Ильдихо одну услугу Агигульфу, другу валамирову, то берутся они, Валамир с Агигульфом, голову той толстой герульской бабе срубить и дивную гривну золотую для Ильдихо добыть.
А Ильдихо — она жадная. Ильдихо согласилась помочь Агигульфу.
Собрали в селе тинг по просьбе дяди Агигульфа. И пришла на этот тинг Ильдихо. И Лиупранд прилюдно пролез у нее между ног, а Ильдихо объявила его своим сыном, рожденным от Рагнариса. А дядя Агигульф назвал Лиутпранда своим братом.
Хоть и ярился дедушка Рагнарис, а пришлось ему с Лиутпрандом помириться.
Но потом Лиутпранд дедушке полюбился. А дедушка Лиутпранду еще прежде того полюбился.
Дедушка Ильдихо прибил за самоуправство. А коней в бурге за хорошую цену продал.
Лиутпранд часто говаривал — да так, что на весь двор слыхать — что много он, Лиутпранд, по свету бродил и везде видел одно и то же: плохо люди живут, благочиние древнее не блюдут, нигде строгости нет. Только у Рагнариса эту строгость обрел, наконец, Лиутпранд.
О том же зычно ревел на все село Лиутпранд с самого начала, как в наше село пришел и поселился еще не в нашем доме, а в доме Валамира. Такова была военная хитрость Лиутпранда. Ибо слышал его рев дедушка Рагнарис. Этой хитрости научил Лиутпранда дядя Агигульф, который хорошо знает дедушку Рагнариса и все, что дедушке Рагнарису любо.
Дядя Агигульф научил еще Лиутпранда бранить старейшину Хродомера. И это тоже любо было дедушке Рагнарису. Лиутпранд не то чтобы прямо бранил Хродомера. Он сравнивал дела Хродомера с делами Рагнариса.
Дедушка Рагнарис говорит, что лангобарды — страшный и свирепый народ. И что почетно родство это.
А еще дедушка говорит, что и без Ильдихо бы принял Лиутпранда. Но это он сейчас говорит, а тогда убить Лиутпранда хотел.
А дядя Агигульф с Валамиром вспоминают иногда, как учили Лиутпранда у валамирова раба, старого дядьки, между ног пролезать (этот раб одного роста с Ильдихо). Богат телом Лиутпранд; вот и боялись Агигульф с Валамиром, что нарушит он обряд и уронит Ильдихо, пока под ногами у нее ворочаться будет. И терпеливо учился Лиутпранд, а валамиров раб зубами скрипел и ворчал, пока толстый лангобард должного умения и проворства не достиг.
Лиутпранд большой, дородный и шумный. С ним было весело. Потом Лиутпранд поехал в бург и прослышал там, что вандальский вождь Эрзарих большой поход затевает. Тогда сел Лиутпранд на своего коня и ушел к вандалам. Сказал, что богатую добычу привезет. И привез. Дедушке же еще большее почтение оказывал, чем прежде. Жаловался, что везде, куда ни приедешь, порядка нет — сердце болит.
Потом Лиутпранд снова уезжал, но после возвращался.
А однажды ушел в поход и не вернулся, хотя уже несколько зим прошло.
Когда Лиутпранд в последний раз уходил, моя сестра Галесвинта плакала.
Дедушка тоже горевал.
Мой дедушка Рагнарис — глава семьи. Он самый старший. У него длинные волосы, длинные усы и длинная борода. Он очень храбрый. В бурге он ругает нашего военного вождя Теодобада. В селе он ругает всех, но больше других — старейшину Хродомера. В доме он ругает свою наложницу Ильдихо и моих сестер, Сванхильду и Галесвинту, а когда выпьет — то отца моего Тарасмунда и дядю Агигульфа, если он не в походе.
Когда мои сестры Сванхильда и Галесвинта проходят мимо дедушки, а дедушка в хорошем настроении, он ловко щиплет их и грозит разметать конями, если они визжат. Дедушка Рагнарис так шутит.
Когда мы все садимся за стол, дедушка Рагнарис запускает руку в котел и выбирает оттуда кусок мяса побольше, потому что он старший. Иногда он кладет мясо мне. Я его любимец, когда дяди Агигульфа нет дома. Когда же дядя Агигульф дома, то он — любимец дедушки.
Дедушка часто говорит, что дядя Агигульф — любимец богов. Дедушке Рагнарису сказали об этом его боги.
Дедушка очень храбрый. Однажды, когда мой отец Тарасмунд был в походе, и дядя Агигульф был в походе, только в другом, и дядя Храмнезинд с ним ушел, а Ульф был в плену у герулов, к нашему дому приблизились добрые пастыри. Дедушка схватил свой большой щит и большую палку и бил палкой по умбону. Моя мать Гизела плакала. Она хотела дать добрым пастырям еды, но дедушка не позволил. Дедушка терпеть не может добрых пастырей.
Щит у дедушки сверху обгрызен. Щит обрыз ему вутья Арбр. Он его обгрыз в священной ярости. Дедушка часто вспоминает Арбра. Дедушка был тогда очень сильный. Дедушка Рагнарис убил Арбра. Из черепа Арбра дедушка сделал кубок. Он сердится, если моя мать дает ему вино не в этом кубке, а в другом. Дедушка Рагнарис с Арбром были друзьями. Когда Ильдихо варит свое особое темное пиво, дедушка смотрит в череп на пиво, дует на пену и шумно плачет.