Атолл Империи

Львов Максим

А ответом на мою не объявленную войну было появление нового действующего лица. Из мрака лестницы зародилась пятая тень. Да-да — именно зародилась. Только что никого не было рядом, и вдруг в меня летят ножи от непонятно откуда взявшейся тёмной фигуры. Если бы не родовая техника, которую я применил во время короткой подготовки, то прямо тут и остался, пригвождённым к лестнице.

Защитный барьер просел почти в ноль, но выстоял от двух попаданий. Пара ножей отскочили от меня как горошины от стены, а от третьего я смог немного увернуться прыжком вверх, так что он саданул меня по плотным штанам и застрял в них у бедра.

Недолго

думая я выткнул нож за ручку и метнул вниз, откуда уже показался другой представитель теней, старательно ползущий вверх по практически ровной стене трюма.

Два ноль, но предо мной их главный, он двигается словно порыв ветра, а глаза пылают яростью. Я и так знал, что этот противник намного опаснее остальных. А когда воздух рядом со мной со свистом раскололся от его скрытных клинков из наруча я уже подумал, что мне крышка, но тут проснулась Маша. Она одним ударом из перчатки проделала в его груди дыру с футбольный мяч, а парная лестница напротив, принимая остатки заряда, буквально взорвалась расплавленным металлом, обильно брызнувшим во все стороны.

Тело главаря защитило нас от новой напасти, но на удивление сам он кувырнувшись назад испарился. А я выстрелом из арбалета добил ещё одну обожжённую металлом тень. Последнему ассасину Дрейк вырвал кадык и умудрился разодрать шею и тот до моего появления над ним уже был не жилец.

Неравный бой чудом закончился в нашу пользу, я даже не поверил, что всё уже позади. Я всё ещё стоял в мыле и разъярённо искал след следующих убийц, когда Маша потянула меня, настойчиво призывая смыться отсюда.

Наш забег к каютам был коротким, мы лишь пару раз шарахнулись в сторону от бегущих в трюм бойцов имперской охранки, но до нас им не было дело.

В своей каюте я немного пришёл в себя, ополоснулся и покрепче приперев дверь какой-то палкой из хранилища завалился спать.

Глава 8

Проснулся я поздно, Маша оставила под дверью краткую записку, суть которой: «Спасибо и до новых встреч»

Я осторожно открыл дверь и отправился на верхнюю палубу, где с наслаждением зажмурился под ярким солнцем.

«Симбирск — Магнитогорск».

Именно такая надпись красовалась на небольшом прямоугольнике плотной бумаги, который я держал в своих руках. Скомкав ставший мне нужным билет, я выкинул его за борт. Бумажка закрутилась в воздухе и беззвучно упала на воду, где её подхватили мягкие морские волны. На море был штиль.

— Магнитогорск, — я покатал на языке название, которое было отпечатано на удаляющемся от нас билете.

Прошерстив память Алексея, я не нашёл там какой-то стоящей информации по нему. Лишь скупые знания о том, что это достаточно крупный город, который расположился неподалёку от столицы империи — Екатеринбурга.

Екатеринбург. Город, принявший императора после произошедшего катаклизма. Сердце империи, ставшее таковым не по своей воле. По сей день ещё оставались те, кто называл его временной столицей. В первые годы после этих печальных событий, в кругу аристократов часто возникали жаркие споры о его судьбе. Многие из них искренне верили в то, что нужно подождать ещё буквально чуть-чуть и воды схлынут вспять, освободив из своего плена столь любимый ими Петербург. Когда стало понятно, что вода не собирается сдавать свои позиции, поползли разговоры о том, что скоро построится новая Москва, и император перенесёт свою резиденцию

туда. Новая Москва, конечно, строилась, но далеко не с той скоростью, которую многие ожидали. И до того, чтобы стать достойной столицы крупнейшей империи в этом мире, ей было ещё очень далеко. С каждым годом слухи рождались всё безумнее и невероятнее.

А Екатеринбургу было всё равно. Он рос и хорошел изо дня в день, благодаря тем, кому не было дела до глупых сплетен. Деятельные люди быстро смекнули что к чему и, приняв суровую реальность, начали развиваться в этом регионе.

Этим и ограничивалось знание юноши о столице, по части исторических сведений.

— Магнитогорск, — тихо повторил я, понимая что придётся всё выведывать самостоятельно, — Дрейк!

Дракончик, делавший вид, будто задремал прямо на леере, сонно и лениво приоткрыл один глаз. Наткнувшись на его укоризненный взгляд, я махнул рукой и последовал его примеру. Облокотившись грудью на перила, я подставил лицо прохладному ветерку и ласковым лучам утреннего солнца. Годы, проведённые в ледяной пустоши, видимо оставили свой отпечаток, и я наслаждался теплом и светом каждую секунду, которую проводил под небесным светилом.

Тем временем, берег неумолимо приближался, и город, который сначала виделся как небольшая светлая точка, изрядно увеличился в размерах и начал обрастать деталями.

И первое, что бросалось в глаза — это порт. Он был просто огромен и в нём кипела жизнь. Мне он напомнил гигантского спрута, который притягивал к себе десятком своих щупалец-кранов подходящие к нему суда и неспешно потрошил их, извлекая из их недр всё содержимое.

Я открыл скрижаль и активировал жетон жизненной силы. Приятное тепло разлилось по телу, местами переходя в терпимое жжение. Прекрасно! Судя по жжению, в моём теле ещё остались повреждённые каналы, но в целом я уже не являюсь той развалиной, в которой оказался в самом начале своего пути по этому миру. Ещё несколько дней, и я восстановлюсь полностью.

В животе предательски заурчало.

Мда, неплохо было бы по прибытию в город найти какую-нибудь забегаловку и подкрепиться.

Тем временем, мы приблизились к суше настолько, что воздух начал наполняться звуками лязгающего металла и громкими криками работников порта. К ним примешался звук взвизгнувших сервоприводов, и две невысоких башни, расположившихся прямо по урезу воды, неспешно заворочали своими куполообразными головами. Спустя минуту они сурово смотрели на наше судно двумя чёрными зрачками артиллерийских орудий. И калибр этих зрачков невольно внушал уважение. Память Алексея подкинула образ того, что случается с теми, кому в борт прилетает фугас, выпущенный подобным монстром. И будь я даже на пике былой формы, ощутить на себе подобное у меня не было ни малейшего желания.

Краем глаза я уловил смутное движение на воде.

Метрах в двухстах от парома, как раз по тому борту, где находились мы с Дрейком, по воде начали расходиться странные круги. Сначала редкие, но с каждой секундой всё более интенсивные.

— Конунг! Это не людишшшки! — прошипел Дрейк, заинтересованно смотря на рпзорачивающееся действо.

— Ага, — согласился с ним я, вглядываясь в огромное тёмное пятно, которое поднималось к поверхности.

Я распахнул скрижаль, пробежался глазами по её ячейкам и тихо выматерившись, схлопнул её обратно. Мне бы сейчас очень не помешали жетоны, как минимум десятого круга.