Атомное сердце
Шрифт:
Пока двигались по длинному и узкому коридору, Гор подумал: у него слишком мало времени, чтобы засиживаться под замком. Нужно снова менять маску.
Но до этого стоит заполучить союзника.
Ведь ничто так не сплачивает людей, как совместное предательство.
…Вкрадчивый шепот коснулся ушей Прыща:
– Я все про тебя понял, друг. Ты – предатель, и пощады тебе не будет. Рано или поздно нас расколют – и тогда не избежать наказания…
– Кто ты? – со страхом спросил Прыщ.
– Я
– Ты… Ты не можешь быть Правым… Он погиб…
– Ты уже понял это? Молодец. Да, я всего лишь выдаю себя за твоего погибшего товарища. Только с одной целью – спасти наши шкуры. Как я понял – ты очень любишь собственную шкуру?
– Что ты задумал? – хрипло спросил Прыщ, озираясь. – Почему они нас не слышат?
– Мусорщики? Долго рассказывать. Скажем, это одна из моих способностей, которые помогут нам спастись.
– Кто ты?
– Для потенциального покойника ты задаешь слишком много вопросов. Готов удрать со мной в Вольные миры?
– Куда?! – Прыщ аж подпрыгнул на месте.
Это было похоже на волшебный сон, что вел его к давней мечте, к заветному счету, на котором все эти годы не переставали расти проценты.
– Я готов, готов! Но… – осекся Прыщ. – Как же они…
Он скосился на Мусорщиков.
– Договорились, – только и сказал Гор.
И сменил маску.
– Стоять!
Мусорщики послушно замерли. Некоторые даже ощутили робость. Это нормально – робеть перед начальством столь высокого уровня. Даже если оно, по определению, не могло находиться на рядовом пограничном бриге.
Перед ними, словно бы ниоткуда, возник Хирург.
Командная единица высшего уровня. Над Хирургами стояли лишь Звездные Хирурги, да Стратеги. Ну и Созерцатели, не будь они помянуты всуе…
Хирург окинул тяжелым взглядом закованных в броню Мусорщиков. Выглядел он крайне недовольным. А все знают, чем чревато недовольство Хирурга.
– Так, так, – сказал он и медленно приблизился, заложив руки за спину, – Ну, что, бойцы, работаете на руку мятежникам?
Мусорщики, опешив, переглянулись. Даже задержанный недоуменно пялился на нежданного гостя: живьем он видел Хирурга впервые.
Хотя… Что-то в нем не так…
– Погодите, – медленно, словно приходя в себя, произнес один из Мусорщиков и даже сделал шаг вперед. – А вы кто такой?
Да, трудно играть Хирурга без его роскошной парадной амуниции. Даже силы Убеждения может не хватить. Хорошо, что Мим заранее припас свой главный аргумент.
Острое жало хищно метнулось вперед – и броня усомнившегося будто взорвалась изнутри, забрызгав товарищей густой смесью крови и плоти.
Броня нижестоящих никак не может быть барьером для ланцета высшего командира.
Изуродованное тело излишне любознательного бойца грохнулось на металлизированный пол. Субординация восстановлена.
– Жду приказаний! – отчеканил Старший.
– Вот и хорошо, – сказал Хирург, мгновенно успокоившись. – Итак, слушай
Убеждение – сильная штука. Главное – действовать в рамках существующих представлений и опираться на врожденные рефлексы Сильных. Мусорщикам не полагается разбираться в тонкостях заговоров и измен. Их дело – охрана правопорядка. Что является правопорядком в данный момент времени – определяется Приказом.
И сейчвс инициатива на стороне мнимого Хирурга.
Действовать надо быстро, пока в замутненных сознаниях не скопилось слишком уж много противоречий.
– Где вражеская яхта? – быстро спросил Хирург. – На борту могут быть диверсанты…
– В трюме. Охрана: двое наших, один робомодуль.
Так, соваться трюм – дохлый номер. Даже если удасть убедить или уничтожить охрану, одурачить робота невозможно. Яхта, считай, недоступна…
Хотя…
На кой вообще нужна яхта, если под рукой – настоящий боевой корабль? Более того: на его стороне – настоящий Летун, да еще и Вожак! Пусть даже с довольно темным прошлым…
– Нужно добраться до рубки и обезоружить команду, – сказал Хирург.
– Это непросто, – проговорил Старший. – В рубку нет доступа – если Вожак сам не откроет мембрану…
– Кому он откроет?
– Разве что, Нюхачу…
Всевидящий Сервер… Он совсем забыл про Нюхача. От него нужно срочно избавляться, пока тот не пришел в себя.
Не успел Гор подумать об этом, как объявился и сам Нюхач. Взмыленный, с безумным взглядом, он ткнул корявым пальцем в сторону задержанных, крикнул:
– Старший! Они опасны! В кандалы их!
– Нюхач предатель, – спокойно сказал Хирург. – Убейте его.
Старший, не колеблясь, метнул в сторону Нюхача легкий и страшный скальпель. Короткая рукоятка уже на лету щелкнула, расходясь тонкими лезвиями. Звук пронзаемой плоти, короткий удивленный вскрик – и Нюхач отлетел к переборке, прибитый к ней, как коллекционное насекомое.
– За мной! – скомандовал Хирург. – Охраняйте задержанного!
Мусорщики подтолкнули вконец растерявшегося Прыща и двинулись вслед за Гором. Старший, не останавливаясь, выдернул из переборки скальпель и будто стряхнул с него мертвое тело контрразведчика. Сомнения Мусорщиков рассеялись окончательно.
Чужая кровь всегда действует на них успокаивающе.
Маска Нюхача далась с куда большим трудом.
Это была странная и крайне неприятная роль. Миму приходилось играть разные роли. Но ни в одной не было столь многослойного, противоречивого и отвратительного цинизма. Вся сущность Нюхача была клубком лжи и предательства, и трудно себе представить, что целая Ветвь Линии Сильных живет по таким принципам, воспитывает детей и умудряется оказываться настолько полезной обществу Конгломерата.