Атын

Дубровский Виктор

— Неважно, что они издалека и убивает. Убивают люди, а всё остальное – это инструменты для убийства. Важнее то, что твои люди и кони не приучены к сильному грохоту, поэтому пугаются и вносят неразбериху в ход сражения. Если я правильно понял, у бандитских ружей не очень большая скорострельность и точность.

Понятно, что оружие у мятежников – не нарезное, и, тем более, не автоматическое. Хотя как знать, долго ли его ждать. А для гладкоствола – важнее знать, был ли у них унитарный патрон или они пользовались более простыми решениями. Я нарисовал на земле, как смог гильзу от ружья.

— Надо послать человека в Хотон Урях, чтобы он попытался найти вот такие штуки в тех домах, откуда стреляли.

А еще надо учить лошадей и людей не бояться сильного и резкого грохота. Иначе твои кони сами людей потопчут, если придется еще раз столкнуться с огнестрелом.

Тыгын после моих объяснений успокоился. Всё-таки сильный мужик. Для него было достаточно объяснений, что это стреляли люди, а не какие-нибудь абаасы или, того хуже, дэвы, а уж с людьми-то он ещё поборется. И, что странное, он не потребовал немедленно себе такого же оружия. Потом отправил парня восвояси, а у меня спросил:

— Вы готовы выступать? Скоро соберутся все акыны и сэри. Праздник будет. Много народу собирается.

Я вздохнул. Тут, блин, война на носу, а у них праздник. Хотя, что это я. У них война – это просто разновидность праздника. Никак не привыкну.

— Мы готовы. Арчах и Боокко уже сами выступают, без моей помощи. И даже есть первые результаты – в Хастахе нам сдали мятежников жители. Без всякого понукания, а исключительно по доброй воле и в соответствии с Законом Отца-основателя, да пребудет с ним слава.

Улахан Тойон удовлетворённо хмыкнул.

— Тут недавно приволокли желтоповязочников. Пришлось выдать деньги. Значка не было. Это ты с Бэргэном выдумал – значки давать?

— Я и придумал. Пусть все видят на груди у боотура знак доблести и уважают его. Можешь, кстати и целиком какой-нибудь род награждать. Будет неувядаемая слава.

А сам я чуть не рассмеялся. Краснознамённый трижды Ордена Тыгына род какой-нибудь серой белки. И тут же продолжил мысль:

— Надо в таком случае для разных подвигов разные ордена придумать и награждать отличившихся. Народу понравится.

Тыгын уже быстро сообразил, как такой важный стимул приспособить к собственному авторитету.

— Ты иди. Я подумаю. Приходи на ужин.

Хитёр, гад. Уже он подумает!

— Хорошо, уважаемый Улахан Тойон, я обязательно приду.

И я отправился по своим делам. Которых, как оказалось, у меня нет. Я тогда отправился в местный ботанический сад, любоваться цветущими магнолиями и лотосами. Но дальше персиков не ушел. Спелый персик с дерева – это не персик из магазина! Потом пошел отмывать морду от сладкого сока. Красота. Если есть рай, то он вот тута. Здеся [21] . Повалявшись в кровати, отправился ужинать к Тыгыну.

21

простите мой нижегородский.

Обычно, после ужина, Тыгын устраивал мелкое производственное совещание, типа дать втык кому-нибудь или похвалить, так и сегодня он раздал пару тычков охране своего стойбища а в целом встреча прошла в теплой, доброжелательной атмосфере. Только Сайнара смотрела не меня странным взглядом. Не к добру это, точно не к добру. И тут Тыгын объявил, что прибыл посланец от Старух. Сайнаре нашли-таки жениха. Улахан тойон ждёт делегацию сватов. Это во-первых. А во-вторых, те Улахан Тойоны Старших Родов, которым Тыгын писал письма о беспорядках на землях Эллэя, то есть Рода Чёрного Медведя, ответили в оскорбительной форме, что… Неважно что, но им стало смешно. Хорошо смеётся тот, — я вставил свои пять копеек, кто смеётся без последствий.

Эротические сны с участием Сайнары становились всё более откровенными. Я проснулся среди ночи в мокрых, скрученных в жгут, простынях, с твёрдой уверенностью,

что следующую ночь простыни будут мокрые по другой причине. Надо срочно возвращаться к своим мадамам. Заодно поинтересоваться у Сайнары начёт её сексуальных пристрастий. Ну и что с того, что она еще не познала, как здесь говорят, мужчину? У меня в молодости была подружка, непревзойдённая мастерица в области петтинга, орального и прочих видов секса, которая считала, что печать девственности должен сорвать её будущий муж. Во всём остальном её фантазия не знала границ, я так думаю, что формальные признаки невинности – это для наивных женихов. Интересно, что это так на меня действует? Может тут, на тыгыновых аласах излучение какое, специальное? Для местного населения, с целью повышения рождаемости? В следующий раз надо брать с собой в путешествия кого-нибудь, Алтану, к примеру.

С утреца на мою скорбную голову обрушился великий и ужасный Гудвин, сиречь, Ичил. Мозг он мне учёбой не парил, а начал ласково ворковать про то, знаю ли я, чем стреляли в Хотон Уряхе?

— Пулями стреляли, брателла, из ружжа. Было бы хуже, если бы стреляли картечью. Всех бы положили там.

— Улахан Тойон просит сделать такие штуки, чтобы был сильный грохот и огонь. Говорит, приучать надо людей и лошадей к странному, — пояснил он свой вопрос.

— Ты вот скажи мне, Ичил. Ты вообще с чего вдруг воспылал ко мне любовью и начал меня учить?

— Я тебя учу, ты учишь меня. Ты по-другому видишь обычное, а я запоминаю. Вот, например, сделал тебе мазь от щетины. Я бы сам никогда не додумался, у меня волосы на подбородке не растут. Теперь думаю, может такую мазь сделать, чтобы волосы росли? Или вот. Вода, которая действует, как водка. Как твоя вонючая водка! Я подумаю, может ещё что в голову придёт.

Вспомнил эту отраву с эффектом водки? Что с неё толку? Ради конечного результата только алкоголики пьют, это с равным успехом алкоголь можно по вене пускать. А у нас – во главу угла ставится не результат, а процесс, традиция, так сказать, культурного пития [22] . Пусть даже и с лосьоном или антифризом. Главное – хорошо посидеть в теплой компании, за умеренно сервированным столом. Налить водочку из запотевшего графинчика в рюмку, чокнуться, сказать: "Ну, будем!", прочувствовать, как она, холодная, проваливается в желудок и там тает, разогревая потроха, а потом закусить. Рыжиками, к примеру. Повторить. А потом и поговорить можно с хорошим человеком. А тут что? Выпил воды и вырубился. Фу! Никакого кайфа.

22

Кулинария, М, Госторгиздат, 1955., стр. 665.

Хотя его мысль насчёт мази для создания устойчивого волосяного покрова хороша. Такая мазь может пользоваться успехом в узких кругах. Среди зимовщиков полярных станций, например или альпинистов, штурмующих ослепительные вершины. Жителям сильно крайнего Севера тоже будет полезно. С осени намазался, покрылся шерстью с густым подшёрстком, и никакой шубы не надо, на отоплении можно экономить. А весной снова намазался, уже другой мазью, переждал линьку и можно ехать отдыхать в Турцию. Загорать, так сказать. Ну и лысым с плешивыми тоже пригодилось бы. Скока бабла можно срубить, уму непостижимо. Что-то замечтался опять. Может Ичилу одеколон подсунуть? Не для питья, в смысле, а для копирования? Дезодорант и прочие технические жидкости тоже. Придумает что-нибудь весёлое. Если довести идею до абсурда, то получится "Черёмуха". Но опять встает вопрос о доставке боеприпаса на территорию потенциального противника. Что-то прёт меня сегодня. Поскольку бриться мне теперь не надо, я отдал ему лосьон после бритья, и заодно впарил дезодорант.