Аудитор
Шрифт:
Один партнер «Фронды» безуспешно пытался получить в банке отсрочку по кредиту. Обычная история: бюджет не платит уже несколько месяцев, а банк хочет наложить лапу на заложенное оборудование, без которого остановится основное производство предприятия. А хозяйка банка (по словам партнера – старая злобная грымза) ни в какую на уступки идти не желает. Зная дипломатические способности Стаса, партнер умоляет включить все его хваленое обаяние, умение вести деловые переговоры в критических ситуациях и спасти его от неизбежного краха. Настя, помощница Савельева, позвонила в офис банка и все-таки
Встреча состоялась. Свирепой даме было лет этак под 70, но ухоженная она была просто как Красная площадь перед парадом 9 Мая, на вид больше полтинника не дашь. Этот Сорос в юбке интенсивно излучает крайнее недовольство: дескать, какой-то выскочка отнимает ее драгоценное время по самому ничтожному поводу.
Железная бабуля выслушивает самые искусные доводы Стаса и заявляет, что все напрасно. И время она потратила зря. Даже поесть вкусно не удалось, готовят в ресторане ни к черту. Только свежевыжатый апельсиновый сок неплох. Ну и до свидания.
Стас слегка озверел, оттого что все его старания оказались напрасными. Ну да терять уже нечего. И тут Савельев отмочил такую штуку, которой от себя сам не ожидал.
– А знаете, почему вам сок таким вкусным показался? Помните, вы отходили от стола на звоночек ответить? Так я в этот момент вам в стакан плюнул!
Пауза. Стас мертвеет от собственной наглости. И тут банкирша разражается таким приступом хохота, что произведение высокого стоматологического искусства – фарфоровые зубы – становится предметом всеобщего внимания посетителей ресторана. Через долю секунды Стас присоединяется к ржанию.
– Ладно, весельчак, – говорит, отсмеявшись, банкирша. – Скажи своему приятелю, что я даю ему отсрочку.
Вскоре Стас узнал, что подшутил он над бабушкой своей однокурсницы – Ольги Кузнецовой.
Теперь же Ольга возглавляла бабулин банк, который со временем купил довольно известный московский финансовый олигарх. «Старт-банк» вошел в состав корпорации «СтаБиКо». Насколько Савельеву было известно, Ольгина карьера развивалась успешно: два года назад ей была вручена престижная награда за вклад в российскую экономику.
Стас решил не откладывать дело в долгий ящик, поехал на встречу с Ольгой.
– Не буду ходить вокруг да около. Сразу перехожу к сути дела. У меня есть клиент в небольшом городе, но с большими оборотами. Так вот, наш собственник дал команду «фас». Мы должны это предприятие любыми известными нам (и тебе) способами прибрать к рукам. Произвести, так сказать, замену неэффективного собственника. И делать это надо будет в экстремальных условиях.
– История, прямо скажем, не уникальная. Тебе-то что до этого? У тебя личный интерес к этому делу?
– Очень даже личный. Кайгородов, директор этой фабрики, когда-то моей бабушке дал деньги на приобретение того самого банка, которым я сейчас управляю. А по семейным долгам надо платить.
5. Клиент
Директор текстильной фабрики в небольшом районном центре крупного приуральского региона Иван Семенович Кайгородов пять лет назад заключил с компанией «Фронда» контракт на проведение инициативного аудита. Савельев лично встречался с ним шесть раз: при заключении контракта, потом в связи с первым отчетом по обзорной проверке. Потом Стас предложил Кайгородову схему оптимизации налогов, которая просто ошеломила директора.
Тот не мог понять, почему он на протяжении стольких лет так бездарно платил родному государству огромные налоги притом, что средняя зарплата его работников составляла 3 тысячи рублей. Понадобилось еще четыре встречи для того, чтобы убедить твердолобого «красного директора» в абсолютной законности предлагаемых схем. После этого они были запущены, и дела предприятия резко пошли в гору.
По обыкновению, Стасу звонила главный бухгалтер фабрики. Но последние два года подряд по неизвестным для него причинам она стала наотрез отказываться от аудита и просила его не спрашивать о причинах. А тут вдруг Кайгородов лично позвонил Савельеву.
– Иван Семенович, что случилось?
– Да вроде бы ничего особенного… Но уж больно у меня душа болит, перемудрили мы с тобой, наверное.
– Мы это уже в те времена, столько раз обсуждали! Я вам говорил, что любая оптимизация – это риск, и налоговка таких вещей страшно не любит. Вы на этот риск пошли вполне сознательно. Вспомните, сами же мне цифры показывали: рентабельность не выше 6 %, зарплата у людей мизерная. Да вас с чисто экономической точки зрения давно прикрыть надо было. Так ведь нельзя, градообразующее предприятие, семь тысяч работников. А мы с вами вырулили! Учет налажен, как часы, доходность в разы выросла. В чем проблема?
– Да все вроде бы так. У нас только что налоговая проверка за прошлый год прошла, главбух говорит, все нормально.
– Ну, вот видите!
– Но вот какая штука, – прервал Стаса директор, – пару дней назад я пересекался с заместительницей начальника налоговой. Она мне намекнула, что расслабляться не стоит. Дескать, едет к нам краевая проверка, и начальнику налоговой ничего хорошего не светит, он план не выполняет. А проверять они будут там, где дела идут получше, да где народу работает побольше. Так что меня точно не обойдут. Начальник у них новый – Архаров. Он борзый, расти надо – так что только держись.
– Так, Иван Семенович, вспомним наши инструкции. Предупредите всех сотрудников о проверке, чтоб где-нибудь в курилке не сболтнули лишнего – раз. На все вопросы контролеров пусть отвечают «не в моей компетенции», «любые разъяснения только с письменного разрешения руководства» и всё в таком духе – два. Если просят подписать документ о правонарушении, рядом с подписью обязательно добавляют фразу «с возражениями» – три. И вообще, как только проверка нагрянет, пусть сразу созваниваются с администрацией, а уж потом проверяют документы этих контролеров, снимают копии, переписывают данные, спрашивают экземпляр решения о проверке, мурыжат их по полной, торопиться-то некуда.