Аут
Шрифт:
Может, это уже не просто трещина? А например, агония. Гибель мира. Хаос, о котором говорил Раффл. Задница.
Но не исключено, что агония законов – это тоже такой закон. Или принцип. Кто их разберет.
В любом случае понять смысл этого открытия не под силу никому. Они все так мало знают о собственном мире! Так уверены в его нерушимости и незыблемости!
Но кому-то все-таки понадобилось знать больше.
А вдруг это не горл и не ирч? – испуганно подумал Кубик про того, кто оставил следы. Может быть, сим? В свете недавно узнанного об этих существах,
Вопросов было очень много, а ответов – ни одного. Чтобы получить хотя бы часть их, нужно быть смелым и решительным. Надо перешагнуть через табличку «Проход закрыт» и идти наверх.
Кубик уже почти уговорил себя сделать наконец это, но вдруг озарился идеей. Зачем идти одному, если есть Раф? Для чего вообще существуют друзья, если не для этого?
Он развернулся и отправился искать приятеля. И очень скоро выяснил, что тот опять запропастился.
Чуть погодя Кубик заметил, что вокруг происходит нечто необычное. Люди сосредоточенно бегали по коридорам, торопясь куда-то, причем все торопились в разных направлениях. На ходу выстреливали друг в дружку короткими непонятными фразами:
– Ну как там?…
– Перья летят…
– Первый-то, Первый… – удрученное качание головой.
– Да уж. Вот же как…
– Начудил…
– Э-э, вы еще скажите – напакостил. Это ж заговор! Измена! Да за такое…
– Когда же будет решение?
– Что-то они там не спешат…
– Нельзя быстро. Такое дело. Разбираться надо…
И лица у всех, хотя и огорченные, горели азартом. Общее возбуждение передалось и Кубику. Он точно так же стал носиться, налетая на других, дергая все подряд двери, ловя на лету обрывки и без того рваных разговоров. Иногда пробовал выяснить, что случилось и куда все бегут, но в ответ получал только торопливое и изумленное «Ты что, с луны свалился?».
Когда он случайно наткнулся на Рафа, на ходу засунувшего нос в какую-то папку, то был уже изрядно издерган неведением, рассержен и почти свиреп. Он хищно вцепился приятелю в плечо, отчего тот вздрогнул, и проорал:
– Я свалился с луны.
– Почему? – немного заторможенно поразился Раф.
– Потому что как идиот уже полчаса пытаюсь выяснить, что произошло, – чуть придя в себя, объяснил Кубик. – Но единственное, что до сих пор выяснил, – что все сбесились. И ты тоже?
– Почему? – Один глаз Рафа смотрел на Кубика, другой – в сторону, но оба были выпучены и глядели дико.
– Потому что таращишь на меня глаза и не можешь ответить на простой вопрос! – снова забушевал Кубик.
Раф опять вздрогнул и выронил свою папку.
– Какой вопрос?
Кубик поднял папку и впихнул в руки озадаченного приятеля.
– Почему все сбесились?
Раф повертел головой по сторонам. Короткий отрезок коридора, где они стояли, был пуст. Все полоумные успели разбежаться.
– Ты уверен? Ничего не путаешь? – Физиономия
Кубик вздохнул, обмяк и приклеился боком к стенке.
– Я сейчас сам сбешусь, – пообещал он. Впрочем, неагрессивно.
– По-моему, это уже произошло. – Раф сморщил лоб, осмысливая ситуацию. – Да что стряслось-то?
– Это и я хочу узнать, – в меру язвительно сообщил Кубик.
В этот момент на них из-за угла выскочил бесцеремонный и краснорожий Бош. Ругаясь вполголоса, пролетел мимо них, внезапно затормозил, повернулся и рявкнул:
– А я что говорил! Я всегда это говорил.
– Что ты говорил, Бош? – насупился Раффл.
Бош посмотрел на него, будто впервые увидел, и изрек:
– И нечего из меня вонючего предсказателя делать. Ничего я не говорил. Мракобесы, так вашу.
И скрылся за другим поворотом.
Раф и Кубик посмотрели друг на друга, помолчали, похлопали глазами. Наконец Раф догадался:
– Так ты про это, блин?
– Ну.
– Так бы сразу и сказал. А я-то подумал… – И ошарашил: – Импичмент у нас! Уже идет разбирательство в совете Высших.
Кубик не сумел как следует удивиться. Слишком много сил ушло на борьбу с обуявшим всех припадочным слабоумием.
– А до этого опять созывали общий совет клана, – продолжал Раф. – Между прочим, где ты был? Почему не присутствовал? Это всех касается. Или тебе без разницы интересы клана?
– Я… – Кубик смутился. – Я не обратил внимания. Получил вызов и забыл. Я кое-что нашел, Раф. Я копался в старых базах данных. Ну, по прошлым реалам…
– Потом расскажешь. – Раф взял его за руку. – Пошли ко мне. Пожрать надо…
Картофельное пюре вывалилось из жерла комбайна в тарелку с очень неаппетитным звуком, наводящим на мысль о расстройстве живота. К тому же и цвет у него был соответствующий – темно-рыжий. Раф обожал смесь картофельного пюре с кабачковой икрой. Сверху на кучку с тихим шлепом свалилась коричневая сосиска – столь же однозначного вида.
– На, – сказал Раф, подавая тарелку Кубику. – Чего рожу скривил? Нормальная здоровая жратва.
Кубик тарелку принял и осторожно понюхал.
– Разве что не воняет. – Но Рафа обижать не хотелось, пришлось брать вилку и лопать. – А что дальше? – спросил он с набитым ртом, продолжая прерванный разговор.
– Дальше – самое интересное. Кое-кто из запаниковавших горлов, из Высших, так обильно наклал в штаны, что сдуру побежал к нашему Первому просить защиты и политического убежища. Представляешь – убежища от гнева ихнего Божества!
– Да-а, видно, сильно их перепугал этот «посланец».
– А наш Первый – ну, ты же видел его фиолетовую физиономию на прошлом общем совете – тоже, наверно, мозги растерял. Созвал специальную комиссию для рассмотрения просьбы того перебежчика. Нет, конечно, такие вопросы только комиссия и решает, но он же мог как-нибудь замолчать, послать подальше бегунка этого. Мол, у нас с вашим Божеством нейтралитет, нарушать – не в наших интересах и обычаях.
Кубик мрачно кусал сосиску и неодобрительно сопел.