Ава

Pretty Rippey

Ава на его замечание только закатила глаза и, уперев локоть в матрас, устало подперла голову кулаком.

— И не жалко тебе? — вздохнула она.

— Ни капли, — легко ответил Роберт. — Деньги должны тратиться, иначе смысл их зарабатывать?

Сложив всю собранную одежду на ближайшем стуле в аккуратную стопку, мужчина подошел к Аве и сел рядом с ней на постель.

— К тому же, раз наши отношения теперь официальные, я рассчитываю, что будешь сопровождать меня на приемах и других мероприятиях, — ласково напомнил он и прежде, чем Хейз попыталась возразить, предупреждающе поднял ладонь. — Не сразу, не волнуйся. Постепенно,

чтобы ты смогла освоиться и расслабиться. Но тебе все равно будет нужна немного другая одежда и украшения. У тебя ведь нет ни одного вечернего платья, я прав?

— А это обязательно? — жалобно состроив брови домиком, комично взмолилась Ава.

— Дресс-код не я устанавливал, — снисходительно напомнил Рид и лукаво прищурился. — Но разве тебе самой не любопытно оказаться в совсем ином круге, отличном от своего?

— Главное, чтобы карета в полночь обратно в тыкву не превратилась, — метко парировала Хейз, и тут их разговор прервала Ванда. С возмущенным мяуканьем кошка прошествовала в спальню, запрыгнула на постель и настойчиво потерлась об локоть Роберта, требуя положенную утреннюю порцию любви и ласки.

— О, кажется для нее я уже свой, — засмеялся Рид, усаживая кошку к себе на колени, и к огромному удовольствию животинки провел ладонью по гладкой черной шерстке от самого основания острых ушей до кончика хвоста. Ванда тут же громко заурчала и удовлетворенно прикрыла глаза. Ава снова закатила глаза и усмехнулась.

— Предательница, — в шутку шепнула она своей кошке, подхватила корзинку с секс-игрушками и унесла в ванную отмывать и чистить девайсы.

— Впрочем ты прав, — громко произнесла она, разбирая вибратор и вынимая батарейки. — Мне действительно любопытно взглянуть на тот мир, в котором ты вертишься. Но только не проси меня так сразу знакомить тебя с моими родными и друзьями. К подобному я пока еще морально не готова.

— Не волнуйся, не стану, — заверил ее Рид, появившись в дверях ванной с разомлевшей Вандой на руках. — В данном вопросе все исключительно в твоих руках.

Ава глянула на него мельком и улыбнулась. Оставив полностью разобранный вибратор в корзинке рядом с другими игрушками, девушка достала из шкафчика за зеркалом флакон с антисептиком и ватные диски и почти принялась за чистку, как Роберт снова ее отвлек.

— Так, что там дальше было с тем парнем, Уиллом? — спросил мужчина, поглаживая подставленную под его пальцы шею кошки. — Он долго еще не решался вновь заговорить с тобой про Тему?

Все еще сжимая пропитанную антисептиком вату и флакон, Ава опустила руки на края раковины и внимательно посмотрела перед собой. Она смотрела в зеркало, но словно бы не видела ни собственного отражения, ни чего-либо еще. Перед глазами замелькали образы из прошлого, и вытащенные наружу воспоминания жестко напомнили Хейз о том, что она так старалась забыть. О том, как до Чарли она страстно любила Уилла и в душе верила, что кроме него больше никого и никогда не полюбит. О том, как они были вместе, как любили и что в итоге натворили. Что она натворила.

Она так старалась обо всем забыть, и любовь Чарлза помогла ей в этом. Вплоть до того, что иногда Аве начинало казаться, что до него никого не было, а после — никогда не будет…

Но Уилл все-таки был, и была ее огромная, больше самого неба, любовь к нему. И вся та необъятная боль, от которой проще было умереть, чем пережить. А что осталось в итоге? Пара шрамов, воспоминания и широкополая

фетровая шляпа, которая, после того, как ее вчера случайно сбили с вешалки, все еще лежала на полу в коридоре. Не было больше ни любви, ни боли и привязанности. Зато навек сохранилось кое-что гораздо важнее. Жестокий урок о том, как не пристало себя вести сабмиссиву. Никогда и ни при каких обстоятельствах.

Медленно вздохнув, Ава опустила глаза и повернулась к Риду. Прислонилась бедром к краю раковины и, меланхолично теребя край намокшей ватки, продолжила свою историю.

— Первые месяцы мы с Уиллом ничем не отличались от других пар. Ходили на свидания в кафе и кино, много гуляли и болтали часами напролет. И, конечно же, подолгу могли не выползать из пастели. Ничего особенного мы делали — просто занимались самой обыкновенной любовью. То страстно и дико, то нежно и неспешно, но всякий раз со всем желанием и удовольствием. По какой-то неведомой причине мы не вспоминали о Теме. Да, конечно, я все еще была увлечена БДСМ, но в тот период мне хватало посиделок на соответствующих форумах и прочего суррогата. Видимо, сильная влюбленность временно перебила мазохистский голод, и я не особо спешила предлагать Уиллу немного поэкспериментировать в постели. Тем более он все так же не вязался в моей голове с ролью Верхнего.

Что касается его самого… Думаю, памятуя о своем первом провале, Уилл попросту стеснялся заводить со мной разговор на эту тему. Но, как я теперь вижу, рано или поздно, так или иначе мы к ней все равно бы пришли. Что в конечном итоге и случилось.

В то лето между вторым и третьим курсом я жила вместе с Эммой, пока ее соседка по квартире, прихватив своего парня, уехала кутить в Калифорнию. Сестра всегда очень плохо переносила жару, поэтому сгоняла вместе с ними на недельку и быстро вернулась назад, приютив меня у себя до начала семестра.

Я к тому моменту уже несколько месяцев работала стажером в небольшом архитектурном бюро, а Уиллу повезло со стажировкой в крупном офисе. Мы оба занимались одинаковой ерундой: варили кофе другим сотрудникам, таскали бумаги, делали копии документов и все такое прочее. Не возьмусь сказать, как много почерпнул из своей стажировки Уилл, но мне все же нравилось хотя бы так наблюдать за реальной работой опытных архитекторов, слушать их разговоры о текущих проектах, проблемах, новостях, да и просто абстрактные рассуждения об искусстве, дизайне и архитектуре. Даже так я узнавала для себя много нового и мотала на ус.

Что касается свободного времени, то большую часть я, естественно, проводила вместе с Уиллом. Эмме он нравился намного больше, чем Том, так что она спокойно относилась к моим ночным загулам.

Лето складывалось самым наилучшим образом, и вот в один погожий денек я пришла к нему раньше, чем обещала…

— Дорогой, я дома! — громко объявила Ава, ввалившись в комнату своего парня. По случаю неистовой жары на дворе на девушке красовалось только тонкое воздушное платьице и светлые балетки. Искрящиеся на солнце волосы были заплетены в косу, уложены вокруг головы огненной короной и полностью открывали шею с коротеньким светлым пушком на затылке, который выглядели лучше и милее любых дорогих украшений. В своем летнем наряде Ава выглядела очень женственно, легко и даже невинно. Если бы только не тот факт, что в небольшой сумочке у нее на плече пряталась большая пачка презервативов и тюбик смазки, так, на всякий случай.