Авантюристы, иллюзионисты, фальсификаторы, фальшивомонетчики
Шрифт:
Так и порешили. В конечном итоге жена шефа каждые пару дней получала по 18 000 долларов. Но этого ей уже давно не хватает. Поэтому теперь в семье всегда ссоры, и если ссора так бурна, как сегодня, жена шефа хлопает дверью, плачет и в сопровождении охранников отправляется к бабушке.
Есть вещи, которые даже у богатых людей временами отнимают удовольствие от капитализма. Впрочем, у шефа, супербогатого капиталиста Владимира Брынцалова, 49 лет, это длится не более получаса. Жена туда-сюда, а лучшим изобретением человечества он считает деньги.
«Деньги, — рычит он. — Деньги — самое большое произведение искусства, которое создал человек. Архитектура,
Брынцалов владеет водочными, фармацевтическими, мебельными, фарфоровыми и текстильными предприятиями по всей России. У него виллы в Швейцарии, Америке и на Лазурном берегу. Он вешает на стены картины старых мастеров. Он заказывает свои портреты у новых мастеров. А чтобы никто у него ничего не юг отнять, он охраняет себя с помощью хорошо вооруженной частной армии. На случай, если этого не хватит, Брынцалов постоянно носит с собой пистолет, подаренный одним министром.
Брынцалов может быть скандальным, но он не сумасшедший. Он только особенно бескомпромиссно воплощает в себе новый русский капитализм, чей девиз в Москве можно услышать в каждом гостиничном баре, где виски стоит больше 20 долларов: «Kill the poor» — «Убей бедного». А также: «Покажи соседу, что ты лучше, чем он». «К дьяволу то, что будет завтра». «Богатые — нормальные, бедные — сумасшедшие»
Поскольку Брынцалов понимает, что деньги делают счастливым, но не бессмертным, то наряду с флотом своих «мерседесов», своими часами за 1,2 миллиона долларов и всеми другими богатыми забавами он изобрел новый проект. Он открыл политику.
С декабря рядом с многочисленными кредитными карточками он носит в своем портмоне пластиковый чип, в котором записано, что он — член российского парламента. Но для Брынцалова, жадного до всего, этого далеко не достаточно. В середине февраля он решил, что должен изгнать Бориса Ельцина из Кремля и стать следующим российским президентом. Почему? «От голода по власти», — говорит Брынцалов.
Он полагает, что имеет свой рецепт для страны. Это смесь из капитализма и социализма, где богатые не платят налогов, а бедные обеспечены всем. Этого, по его мнению, хватит. Если же не хватит, то у него есть рецепт и на этот случай: «Это большая страна, — говорит он. — Если нам и дальше будет плохо, тогда будем продавать ее остальному миру — кусок за куском».
Чтобы попасть в список претендентов, нужно собрать миллион подписей. «Не проблема, — гремит Брынцалов, — я заказал два». А именно — своим 15 000 работникам. Кто не соберет 15 подписей, тот неудачник. «Тот отсюда вылетит», — говорит Брынцалов.
Человек, который в парламенте присоединился к коммунистам Рыжкова и хочет вскоре стать президентом России, похож на монстра капитализма, каким его могли бы выдумать стратеги КГБ во времена холодной войны: люди не должны его любить, люди должны его бояться; они должны забиваться в угол от его громового смеха; они должны знать, что они — добыча для его ледяных голубых глаз; они должны верить, что он их рано или поздно купит. Его мир тот, где на всем висит ценник: на машине, на женщине, на ребенке, на кресле президента.
Брынцалов летит вперед, мимо уборщиц, которые постоянно трут мраморные полы. Он срывает туалетные двери и кричит: «Чисто, как в Германии». Он останавливает одетую в серое женщину и кричит: «Вы выглядите дерьмово, вам дать взаймы денег?» Он распахивает двери кабинетов и кричит: «Как у Саддама Хусейна. Я везде повесил свои фотографии, чтобы они здесь не забывали,
На воздухе он показывает на хорошо охраняемый железный забор и говорит: «За ним начинается хаос, начинается дерьмо. Еще долго снаружи не будет такого же порядка, как здесь, внутри». Потом он вступает своими зелеными, из крокодиловой кожи, ботинками за 5 000 долларов на порог своего частного ресторана, где ест рыбью печенку и мычит: «Если человек хочет быть непобедимым, он должен сожрать печень своего врага». Потом — на массажную банкетку, принять послеобеденный сон.
Вечером у него запланирована речь перед медицинскими работниками. Но когда он видит слушателей, одетых соответственно их малым врачебным заработкам, он выскакивает из зала и говорит: «Они все нищие тут, я лучше пойду за покупками».
В часовом магазине он спрашивает часы за полмиллиона долларов. Таких нет. «Что за страна», — бурчит Брынцалов и вытаскивает часы за сто тысяч долларов. «Такие я подарил Жириновскому на его серебряную свадьбу», — объясняет он. Он друг Жириновского? «Нет, — говорит Брынцалов, — я его ненавижу. Я ненавижу его жену. И его сына я тоже не могу терпеть». Раз уж пришел, он покупает часы за 40 000 долларов — подарок сотруднику.
Когда-то у Брынцалова часов не было никаких. Он рос в Черкесске, в доме, где не было туалета и умывальника. Семья была бедна, отец работал по дому, мать была прачкой. Брынцалов хотел наверх. Он вступил в Коммунистическую партию и стал горным инженером. Но поскольку он выстроил собственный дом, то в 1980 году был из партии исключен. После этого он начал зарабатывать деньги разведением пчел, так что, когда в 1987 году были разрешены кооперативы, он уже имел достаточный капитал, чтобы открыть свою кондитерскую. Тогда же он познакомился с Наташей, белокурой бухгалтершей государственного гостиничного управления и случайно лучшей подругой своей дочери. Наташа поставила два своих условия, и пара отбыла в Москву делать деньги. «Я знал, что должен зарабатывать много, иначе она от меня уйдет», — говорит Брынцалов.
Когда же в начале девяностых годов государственные предприятия преобразовывались в акционерные общества и часть акций передавалась коллективам, Брынцалов забирал себе целые фабрики, где уговорами, где угрозами убеждая рабочих передать «купоны» ему. Многие, не зная цены этим бумагам, были даже рады, продавая их Брынцалову и делая тем самым из него Креза.
«Когда он захочет иметь какую-нибудь вещь, он ее добывает. В случае необходимости — любыми средствами», — говорят люди, которые его хорошо знают. Брынцалов этим гордится. Он чистосердечно признается: «Я — цивилизованный бандит».
Недавно создатели его рекламного фильма пришли к мысли заснять Брынцалова и его жену в собственном теннисном зале. Когда она сбоку от своего супруга ступает по снегу, начинается крик. Госпожа Брынцалова хочет, чтобы муж заплатил ей за выступление. Господин Брынцалов говорит: «Нет».
Спор, натурально, кончается слезами. Госпожа Брынцалова исчезает, господин Брынцалов бьет мячи в пустоту противоположной площадки и рычит: «Я ее вытащил из халупы, где не было даже дивана, и теперь — вот это. Некоторые люди так глупы, что им уже не поможешь». Потом он замечает, что камеры направлены на него. Тогда он радостно запевает «Ла Кукарача» и качает толстыми бедрами…