"Но здесь должне я Вашему Сиятельству зделать исповедь частных моих
приключений. Прекрасная Консепция умножала день ото дня ко мне вежливости,
разные интересные в положении моем услуги и искренность, начали неприменно
заполнять пустоту в моем сердце, мы ежечастно зближались в объяснениях,
которые кончились тем, что она дала мне руку свою..."
Письмо Н. Резанова Н. Румянцеву,
17 июня 1806 года.
"Теперь надеюсь, что "Авось" наш в мае на воду спущен будет..."
от Резанова же
15 февраля 1806 года, секретно
Вступление:
"Авось"
назывется наша шхуна. Луна на волне, как сухой овес. Трави, Муза, пускай худо, Но нашу веру зовут "Авось"! "Авось" разгуляется, "Авось" вывезет, Гармонизируется Хавос. На суше- барщина и фонвизины, А у нас - весенний девиз "Авось"! Когда бессильна "Аве Мария", Сквозь нас выдыхивает до звезд Атеистическая Россия Сверхъестественное "авось!" Нас мало, нас адски мало, И самое страшное, что мы врозь, Но из всех притонов, из всех кошмаров Мы возвращаемся на "Авось". У нас ноль шансов против тыщи Крыш-ка! Но наш ноль - просто красотища, Ведь мы выживали при "минус сорока". Довольно паузы. Будет шоу. "Авось" отплытье провозгласил. Пусть пусто у паруса за душою, Но пусто в сто лошадиных сил! Когда же, наконец, откинем копыта И превратимся в звезду, в навоз - Про нас напишет стишки пиита С фамилией, начинающейся на "Авось".
I. Пролог.
В Сан-Франциско "Авось" пиратствует - ЧП! Доченька губернаторская Спит у русского на плече. И за то, что дыханьем слабым Тельный крест его запотел, Католичество и Православье, Вздев крыла, стоят у портьер. Расшатываются устои. Ей шестнадцать с позавчера, С дня рождения удрала! На посту Давыдов с Хвастовым Пьют и крестятся до утра.
II.
Хвастов: А что ты думаешь, Довыдов...
Довыдов: О происхожденьи видов?
Хвастов: Да нет...
III. (Молитва Кончи Аргуэльо - Богоматери)
Плачет с Сан-францисской колокольни Барышня. Аукается с ней Ярославна! Нет, Кончаковна - Кончаковне посолоней! "Укрепи меня, Мать-Заступница, против родины и отца, Государственная преступница, Полюбила я пришлеца. Полюбила за славу риска, В непроглядные времена На балконе высекла искру Пряжка сброшенного ремня. И за то, что учил впервые Словесам ненашей страны, Что, как будто цветы ночные, Распускающиеся в порыве, Ночью пахнут, а днем - дурны. Пособи мне, как пособила б Баба бабе. Ах, Божья Мать, Ты, которая не любила, Как Ты можешь меня понять?! Как нища ты, людская вселенная, В боги выбравшая свои Плод искусственного осеменения, Дитя духа и нелюбви! Нелюбовь в ваших сводах законочных. Где ж исток? Губернаторская дочь, Конча, Рада я, что Твой Сын издох!.." И ответила Непорочная: "Доченька..." Ну, а дальше мы знать не вправе, Что там шепчут две бабы с тоской - Одна вся в серебре, другая - До колен в рубашке мужской.
IV.
Хвастов: А что ты думаешь, Довыдов...
Довыдов: Как вздернуть немцев и пиитов?
Хвастов: Да нет...
Довыдов: Что деспоты не создают условий для работы?
Хвастов: Да нет...
V. (Молитва Резанова - Богоматери)
"Ну что Тебе надо еще от меня? Икона прохладна. Часовня тесна. Я музыка поля, ты - музыка сада, Ну что Тебе надо еще от меня? Я был не из знати. Простая семья. Сказала: "Ты темен." - Учился латыни. Я новые земли открыл золотые. И это гордыни Твоей не цена? Всю жизнь загубил я во имя Твоя. Зачем же лишаешь последней услады? Она ж несмышленыш и малое чадо... Ну, что Тебе надо уже от меня? И вздрогнули ризы, окладом звеня, И вышла усталая и без наряда. Сказала: "Люблю тебя, глупый. Нет сладу. Ну что тебе надо еще от Меня?"
VI.
Хвастов: А что ты думаешь, Довыдов...
Довыдов: О макси-хламидах?
Хвастов: Да нет...
Довыдов: Дистрофично безвластие, а власть катастрофична?
Хвастов: Да нет...
Довыдов: Вы надулись? Что я и крепостник и вольнодумец?
Хвастов: Да нет... О бабе, о рязановской.
Вдруг нас американцы водят за нос?
Довыдов: Мыслю, как и ты, Хвастов, -
Давить их, шлюх, без лишних слов.
Хвастов: Глядь! Дева в небе показалась, на облачке.
Довыдов: Показалось...
VII. (Описание свадьбы, имевшей быть 1 апреля 1806 года.)
"Губернатор в доказательство искренности и с слабыми ногами танцевал у меня, и мы не щадили пороху ни на судне, ни на крепости, гишпанские гитары смешивались с русскими песельниками. И ежели я не мог окончить женитьбы моей, то сделал кондиционный акт..."
Помнишь, свадебные слуги, после радужной севрюги Апельсинами в вине обносили не? Как лиловый поп в битловке, под колокола былого, Кольца, тесные с обновки, с имечком на тыльной стороне, - Нам примерил не? А Довыдова с Хвастовым, в зал обеденный с вострогом Впрыгнувших на скакуне, - Выводили не? А мамаша, удивившись, будто давленые вишни На брюссельской простыне, озадаченной родне, - Предъявила не? (лейтенантик Н. Застрелился не.) А когда вы шли с поклоном, смертно-бледная мадонна К фиолетовой стене Отвернулась не? Губернаторская дочка, Где же гости? Ночь пуста. Перепутались цепочкой Два нательные креста.
Архивные документы, относящиеся к делу Резанова Н.П.
(Комментируют архивные крысы - игреки и иксы).
No 1.
"... но имя Монарха нашего более благословляться будет, когда в счастливые дни его свергнут Россияне рабство чуждым народам... Государство в одном месте избавляется от вредных членов, но в другом от них же получает пользу и ими города создает..."
Н. Резанов - Н. Румянцеву.
No 2. Второе письмо Резанова - И.И. Дмитриеву.
Любезный государь Иван Иванович Дмитриев, Оповещаю, что достал Тебе настройку из термитов. Душой я бешено устал! Чего ищу? Чего-то свежего! Земли старые - старый сифилис. Начинают театры с вешалок. Начинаются царства с виселиц. Земли новые - tabula rasa. Расселю там новую расу - Третий Мир - без деньги и петли, Ни республики, ни короны! Где земли золотое лоно, Как по золоту пишут иконы, Будут лики людей светлы. Был мне сон, дурной и чудесный (Видно, я переел синюх). Да, случась при Дворе, посодействуй - На американке женюсь...
