Аврора
Шрифт:
– Макс, Обратился Влад к командиру, – Лиза доложила о готовности корабля к старту, инженеры просят разрешение на пробный запуск генератора полей. Можем начинать прямо сейчас, все каналы открыты.
– Да, Лиза ничего подозрительного не выявила, даже как то настораживает, когда так все хорошо и так гладко. Ну что же, тогда запускаем.
Пальцы командира забегали по сенсорам, панели ожили, выдавая зеленые огоньки.
– Внимание экипажа, прозвучал по кораблю мягкий голос капитана, – Начинаем пробный запуск главного генератора полей, инженерной группе занять свои места. Лиза, подай энергию на ось генератора полей.
– Выполнено капитан.
– Лиза, энергию на
– Выполняется капитан, происходит подача энергии на контуры генератора полей, десять процентов…, двадцать процентов…, тридцать процентов…, сорок процентов…. Корабль слегка загудел, и в этом звуке ощущалась мощь неукротимой энергии, способной забросить его в считанные секунды за сотню световых лет. Вокруг черного корпуса, напоминающего ската, заискрилась белесая дымка, все плотнее и плотнее накрывая его. Скрывая и ломая плавные линии, торжественные изгибы гигантской рыбы, образовывая силовое поле, способное выдержать взрыв сверхновой. – Пятьдесят процентов…, шестьдесят процентов …., капитан, сбой в работе контуров генератора полей. Выведены из строя второй и седьмой контуры.
– В чем причина, раздраженно спросил Литвинов обращаясь, толи к себе, толи к Лизе. – Что с контурами?
– Вышли из строя предохранительные стержни, капитан. Ремонтные роботы направлены. Подача энергии на контуры генератора полей прекращена.
– Отставить, вмешался в разговор Влад. – Послушай Макс, лучше я возьму, кого ни будь из инженеров и мы с ним сами посмотрим, что и как, ну там на месте. После ремонтников никаких следов не останется, а нам нужна причина, точнее первопричина, ведь так? Речь идет о запуске установки на полную мощь. Стержни мы и сами заменим. А ты пока параллельно запусти диагностику аварийных контуров, так как?
– Хорошо, – ответил подумав командир – отправляйтесь прямо сейчас. Вам час, по прибытию на место – доклад. И вообще доклад по любой причине. Все понял?
– Да плавали, знаем. – хлопнув Литвинова по плечу ответил старпом.
Напевая себе под нос, что-то про женщин легкого поведения, обитающих во всех портах и его окрестностях, Влад зашагал к горизонтальному лифту. Авария его не обескуражила, он даже не расстроился, ситуация была вполне штатной. В его небольшой, но бурной и насыщенной практике, встречались ситуации гораздо худшие, из которых он всегда выходил победителем.
Перед лифтом его уже ожидал Василий – веселый, никогда не унывающий оптимист, а по совместительству бортинженер с большой буквы. Влад даже обрадовался, что к генератору он пойдет именно с Василием, так как тот не будет кроить из блохи голенище и создавать проблемы там, где их еще нет. Этот человек из кучи хлама, всегда мог выделить зерно истины и решить проблему быстро и радикально, чувствуя и блюдя меру здорового авантюризма.
Лифт плавно тронулся и поплыл. За стеклянными панелями мелькали двери к лифтам в жилые помещения, медблок и спортзал. Дальше, взору открылось помещение, внушительных размеров выполняющее функцию зоны отдыха, или как его окрестила команда, Парка, засаженного субтропическими растениями, соседствующим со столовой. И там и тут, летали птицы, слышался веселый гомон, вполне довольных своей жизнью представителей пернатой популяции. Ультрафиолетовые рефлекторы, имитировали полдень.
Лифт остановился, выпуская людей в зону технических помещений. По левую сторону чернели внушительные двери грузовых лифтов, способных доставить со складов необходимое тяжелое оборудование, силовые агрегаты, боевых роботов и прочую мелочевку. По правую сторону располагались выходы в ангар, на взлетную палубу, где покоились два Посейдона – мощных боевых катера. В оснастку
Пройдя еще немного вперед по коридору и спустившись в сердце корабля на лифте, Макс остолбенел, сзади носом между лопаток уткнулся Вася и что-то промямлил.
В середине помещения, с футбольное поле и высотой с десятиэтажный дом возвышался колосс – генератор полей, внешне напоминая крепостную башню по окружности которого располагались двенадцать массивных контуров. То, что людям поначалу показалось миражем, потрясло разум. На высоте десяти – пятнадцати метров воздух светился, переливался разноцветными лентами, напоминая северное сияние. Пахло озоном.
– Вася? – Задал вопрос Влад.
– А хрен его знает, и вариантов никаких, и контура обесточены. – Ответил Василий и отступил на шаг назад.
– Командир, мы на месте. Вызвал Литвинова Влад.
– Хорошо, я понял. – Отозвался Литвинов. – Что там с контурами, выяснили причину?
– Пока нет. Не до того нам пока, тут северное сияние.
– Какое сияние, вы там сбрендили, что с контурами я спрашиваю.
– Очень похоже на сильную ионизацию воздуха. Свечение под потолком. Мы тут сами ничего не понимаем. Начинаем работать. – Влад повернулся к Василию, – Занимайся стержнями, а я проверю платы управления.
Влад направился к ближайшей стене, недоверчиво косясь под потолок и ища по маркировкам нужный щит с ячейками управления. Нашелся он минут через пять. После процедуры введения личного кода, панель плавно ушла в бок, открыв проход в тесное помещение. Напротив входа располагались двенадцать ячеек, над двумя из которых горели рубиновые, аварийные огни. Так и есть подумал Влад, второй и седьмой контур. Надев специальные перчатки, максимально осторожно извлек поврежденные платы. На лбу выступил пот. Платы оказались неожиданно тяжелые, выполненные преимущественно из драгоценных и редкоземельных металлов. Убрав их в аварийные гнезда, поочередно извлек и вставил новые. От напряжения руки заметно задрожали. Рубиновые индикаторы сменились на зеленые.
– Второй и седьмой контуры введены в работу, раздался голос Лизы.
Выйдя в зал, Влад с облегчением вздохнул. Вдалеке, у седьмого контура копошился Вася, но что-то изменилось. Подняв взгляд выше он заметил, что сияние не пропало, оно усилилось и более того сконцентрировалось над злополучным седьмым контуром, закручиваясь в воронку.
Окрикнуть и предупредить он уже не успел. Его оглушил раскатистый гром, прозвучавший подобно молнии над ухом, а вместе с ним ярчайшая вспышка, залившая все вокруг ослепительно белым светом. Воздух вдруг стал плотным, наэлектролизованным и тысячи игл разом вонзились в тело. Почувствовав, как потоки электричества вливаются в рот и нос, разливаясь огненным пламенем по венам. Он закричал, но крика не услышал. Он уже не стоял, а висел в ослепительном сиянии, залившим казалось весь мир, с распростертыми руками. И пронзенный нестерпимой болью, минуту или две, а может вечность. Время перестало существовать. Где нет времени нет боли. Воцарилась тишина.
Где то далеко, из ослепительной белизны, появилось темное пятно, кто-то шел или плыл к нему. Он это просто знал. Все ближе и ближе, пока размытые очертания не материзовались в Василия, взгляд его был грустный и какой-то обиженный. Он, так же как и Влад висел в ослепительной белизне. Ослепительно белой и густой, как сметана, пропитанной электричеством, бездне.
– Что с тобой? Спросил Влад.
– Я умер.
– Как умер? А что со мной, где мы и что это за место?
– Ты пока жив, мы нигде. Пустоту нельзя назвать местом, она вечна.