Avrora
Шрифт:
За витринным стеклом с надписью "арорвА" старинным шрифтом Ирэн вдруг видит силуэт извозчика.
На улице поливает дождь.
Дети выворачиваются из-за спины обмершей Ирэн и чувствуют себя полностью в "своей тарелке".
Ефейка за руку тащит пораженную Ирэн к двери, а Антоха тенью скользит, в свете газовых горелок на входе, к вешалке с мокрым большим зонтом.
Мальчишка снимает с вешалки сюртук, подает его Ирэн. Шепчет,
– - Надень, тетка Ира. А то совсем не по-нашему смотришься, да колокольчик
Ирэн неловко тянется к колокольчику, и тогда Ефейка, лукаво улыбаясь, встает на цыпочки и, опираясь на Ирэн, ловко его снимает.
– - Приказчик тама, -- тычет Антоха в дальний угол, -- Одевайся, а я еще гляну.
Ирэн одевает сюртук, и только тут замечает, что в руке у нее зажат бюст Ленина из музея. Она сует его в карман сюртука.
Через пару секунд Антоха возвращается со свертком:
– - Ниче нету, жратва тока, -- тащит сверток мальчишка и командует, -- Ефейка пошла, тетка Ира последняя, - критически осматривает он Ирэн, напялившую на себя-таки сюртук, - На-ка еще, - снимает он с вешалки котелок и одевает его на Ирэн, - Ничё, - довольно крякает он, - Да не отставай за нами...
Девушка теснится, выпуская ребятишек на улицу. Перед тем как прикрыть дверь она оборачивается на чулан.
На улице девушка замирает, попадая ногами вместо привычного асфальта в растоптанное после дождя месиво.
– - Тащи её, чего замерли курицы? Давай, пока городового нету, - шагает Антоха по мосткам.
– - Тетка Ира, чего ты в грязь-то заперлась?-- дергает ее за руку Ефейка, -- на мостки вставай, да пошли быстрее...
Ирэн автоматически делает первый шаг на расшатанные мостки.
Вонючий воз с бочкой проносится рядом.
– - Поберегись!
– орёт кучер.
– - Шибает?
– - смеется девчонка, глядя, как Ирэн закрывает лицо локтем, -- Это ж золотарь...
– - Что?
– - приходит в себя девушка после непривычного амбре.
– - Ну, золотарь, -- смеется Ефейка, -- Сортиры чистит...
Конные экипажи с разноречивой публикой. Возы с какими-то ящиками, бочками. Прогуливающиеся граждане. Гомон. Скрип колес. Частый топот детских ног. Городовой в белом кителе на углу.
– - Тетка Ира, не ставай, -- выглядывает из подворотни Ефейка и тянет ей руку, -- Сюда заворачивайся...
Хлюпающая грязь. Полумрак и лестница со скрипом.
Уютная беленая комната с печкой. За столом сидит кряжистый мужик с начисто выбритым лицом. Пытливый взгляд его ощупывает троицу, стоящую на пороге.
– - Откуда краля?
– - строго интересуется он, постукивая грубой ладонью по столу и рассматривая Ирэн, -- Кто такая? А сами где стока время были?
– - неуловимо быстро чуть поворачивается он к детям.
– - Спымали нас, дядька Хитрован, -- частит Антоха, -- До приюта утащили, а тетка
Ефейка же, совсем не пугаясь строгого взгляда хозяина, пробежала прямо к нему и обняла.
– - Цыть, курица!
– - рявкает Хитрован, но во взгляде его уже мелькают озорные искорки, -- Цыть, говорю! Больно...-- перекосился он и легко подхватывает девчонку на руки, -- Порезали меня вчерась, -- морщится мужик, -- Надо же, какая цепучая, прям за дырку поймалась...
Пересаживает девчонку рядом на лавку, и снова поворачивается к Ирэн:
– - Барыня што-ли, руки такие нежные?
– - сторожится он, -- А штаны пошто?
– - молчание, -- Шляпа. Сюртук откуда? Ну, говорить кто будет?
– - опять сердится он.
– - Давай я, -- шагает Антон к столу, -- Пускай тока они с Ефейкой в заднюю уйдут.
– - Можа и верно, -- буркает мужик, -- Валяйте, -- легонько хлопает он девчонку по затылку, -- И одежу, подбери ей там из кучи.
Задняя комната.
Ирэн, одетая в ситцевое платье, присев на край кровати, рассматривает грубую полотняную ночную рубашку.
За стенкой мужские грубые голоса о чем-то спорят.
– - Не боись, не с покойников, -- копается в куче тряпья Ефейка, -- Стираное все.
– - Так откуда столько?
– - Откуда-откуда?
– - поворачивается девчонка, -- Краденное. Кому из наших одется-переодеться надо, всяк сюда до Хитрована гуляет. А ты чо, -- поворачивается она к Ирэн, - щас не в краденном что ли? Ирэн достает из внутреннего кармана какие-то бумаги.
– - Оделись?
– - рявкает с той стороны голос Хитрована, -- Давайте сюда - чай пить.
– - Иди, -- сгребает Ефейка кучу тряпья в огромный шкаф, -- Я щас...
Ирэн заворачивает бумаги в красный в белый горох платок из кучи и сует под перину. Выходит. Хитрован критически ее рассматривает.
– - Расчешись, -- швыряет он по столу деревянный, дугой изогнутый гребень, -- Зеркало тама, -- тычет он пальцем на ситцевую занавеску, отгородившую угол, -- Умывальник тоже.
Девушка уходит за занавеску.
– - Загадал задачку Антоха, -- швыркает чай из блюдца хозяин, наваливая в него горку сахару, -- Значит, не будет в пятом году второго пришествия, как попы кричат?
– оборачивается он к занавеске.
Оттуда выходит Ирэн, поправляя волосы и заканчивая расчесываться.
Хитрован кладет на стол оборванный газетный лист и тычет желтоватым ногтем в текст:
– - Здеся. Помнишь про девятьсот пятый год?
– - Будет, -- не отрывается от газеты Ирэн, -- Только не конец света, а Первая революция девятьсот пятого года... Не ошиблись попы...
– - Революция?
– - выпрямился Хитрован, -- А с чего начнется?
– - Русско-Японская война в следующем году, -- грустно проговорила девушка, -- Может имя своё скажете?