Авторитет
Шрифт:
– Так и есть. Ты извини, я редко бываю в театре. Мой не слишком любит, а одной в театр как-то… Разве что сегодня, в галерею вырвалась.
– Ой! – только сейчас вспомнила Вера. – Я же вас не познакомила! Это Алла, моя лучшая школьная подруга. А это Сергей, – Лиховцева с тщательно скрываемым обожанием во взгляде повернулась к своему спутнику. – Мой… мой…
– Ее будущий муж, – с улыбкой подсказал красавец, и Алла невольно залюбовалась этой сценой, потому что было совершенно очевидно, что заявление Сергея оказалось для Верки полной неожиданностью. Та на мгновение застыла, а потом бесцеремонно ткнув рослого
– Между прочим, Рублевский, за такие шутки некоторые особо впечатлительные дамочки могут и глаза выцарапать. Понял шутку юмора?
– А кто сказал, что это шутка? – сделал нарочито-удивленное лицо Сергей. Тычка локтем под ребра он, похоже, даже не ощутил. С его комплекцией любой женский удар – как слону дробина. – Или ты против, солнце мое?
– Нормально! – окончательно обалдев, шумно вздохнула и покачала головой Вера. – Нет, ну ты видела, а?! – ища поддержки, она посмотрела на подругу. – Как тебе такая тонкая и изысканная манера делать предложение? То молчит, как белорусский партизан, а то… как поручик Ржевский.
– А что, – похвалила Алла, – мне нравится. Конкретно и, заметь, при свидетелях. Теперь не отвертится. Так что решай, пока не передумал! – и она, по-дружески приобняв Лиховцеву, рассмеялась. Сергей, поймав лукавый взгляд Аллы, подмигнул, мол, спасибо. Вера же, судя по выражению лица, до сих пор чувствовала себя неуютно. Не могла поверить.
– Мадемуазель, – мягко обняв Лиховцеву за талию, напомнил Сергей, – между прочим, мы ждем.
– Сережка, – Вера, отбросив все условности и наплевав, что на них смотрят десятки глаз, совсем уж по-детски ткнулась лицом в плечо своего спутника. Потом подняла лицо и тихо спросила: – Ты правда не врешь?
– Не вру, – покачал головой Рублевский. – Если скажешь «да», завтра же идем в ЗАГС. Слово.
– Ох, мамочки мои! – совсем натурально всхлипнула Лиховцева. – Глупый. А какого ответа ты еще ожидал? Ну конечно же, я выйду за тебя замуж.
– О-бал-деть, – только и смогла произнести Алла, наблюдая эту спонтанную романтическую сцену. – Молодцы, ребята. Я рада за вас. И, раз уж пошла такая пьянка, я тоже могу расколоться. Мне сегодня мой тоже сделал предложение. Три часа назад.
– Нормальный ход, – тихо присвистнув, не удержался от комментария Сергей. Он, как и Вера, выглядел по-настоящему счастливым.
– Да ты что?! – чуть не задохнулась от удивления, смешанного с радостью за вновь обретенную подругу, Лиховцева. – И что ты решила?!
– Я сказала, что подумаю до завтра, – пожала плечами Алла. – Надо же мужика помучить, чтобы не зазнавался.
– То есть ты решила, да? – шепотом уточнила Вера, сделав страшные глаза. И было трудно понять, что это – естественная реакция женщины или удачная актерская фишка.
– Да, я решила, – призналась Алла. – Скажу ему об этом завтра. А пока… – впервые с начала разговора она огляделась по сторонам, – пока будем наслаждаться картинами, слушать умных людей, угощаться фуршетом и наблюдать за битвой на аукционе.
– Слушай, – встрепенулась Вера, снова тронув подругу за локоть. – А кто он, твой?
– Бизнесмен. Хозяин холдинга «НВК-система». Его зовут Влад, – сообщила Алла, внимательно следя за реакцией актрисы и Сергея на это известие. Уж слишком неординарной фигурой был ее будущий
Лицо Сергея, по крайней мере внешне, осталось абсолютно бесстрастным. Похоже, имя ему ничего не говорило. А вот Вера встрепенулась.
– «НВК-система», – эхом повторила Лиховцева, нахмурив лоб. – Подожди, подожди-ка. Что-то очень знакомое. Это не твоего Влада, случайно, называют королем игровых автоматов? Как его фамилия?
– Невский. Владислав Александрович Невский. У него разнонаправленный бизнес. Транспорт, морские перевозки, недвижимость, еще много чего. Автоматы – далеко не самый основной.
– Значит, это он?! Ну ты даешь, Алка! – похвалила Вера. – Такого Буратину себе оторвала! – Но, услышав над самым ухом тихое покашливание Сергея, осеклась, заметила лукаво: – А вот мой Сережа – совсем другого поля ягода, – и, не обращая внимания на повторное, более настойчивое покашливание, конкретизировала: – Он у нас человек исключительно героической профессии. Какой именно – не говорит, мерзавец, но я его все равно раскусила. Именно такие, как Сереженька, отечественные Джеймсы Бонды, берегут наш покой и сон в любой точке глобуса, не покладая сил. Жаль только, дома бывают редко… Я не слишком много наболтала, дорогой? – Лиховцева, часто хлопая ресницами, как кукла, глянула на Рублевского. – Или по вашим инструкциям меня уже нужно… того… как в шпионском кино говорят? Нейтрализовать, вот.
– Как тебе сказать, солнце мое, – вздохнул Сергей. – Нет, не слишком. Это очень мягко. Я бы по-другому сказал – чересчур.
– Все! Тогда молчу! – Вера, стараясь не трогать помаду, демонстративно закрыла ладонями рот. Но лишь на полсекунды. – А то так можно и без жениха остаться. Оно мне надо? – Лиховцева, нацепив маску этакой веселой и бесшабашной девицы, явно и неприкрыто играла. И, надо отметить, это получалось у нее весьма профессионально. Одно слово – актриса.
– Раз вы одна, – сказал Сергей, обратившись к Алле, – разрешите вам на сегодняшний вечер предложить наше с Верунчиком общество. Втроем гораздо веселее. Тем более что, как мне кажется, она не будет против.
– Конечно! О чем вообще речь, не понимаю, – Лиховцева решительно взяла Аллу за руку и потащила прочь от развешенных по стенам картин к манящему вкусностями фуршетному столу. Рублевскому ничего не оставалось, как направиться следом.
– Сейчас подкрепимся как следует, послушаем речь умного человека. А потом на раз-два-три купим парочку картин, поделим по-братски, завернем в тряпочку, бросим в багажник Серегиного джипа и поедем гулять дальше. Как-никак пятница, вечер. Сам Бог велел отдыхать. Заодно и поболтаем о том, о сем. Сто лет не виделись. Как тебе такой грандиозный план, подружка?
– План хороший, – согласилась Алла. – Разве что с картинами, боюсь, могут возникнуть сложности. Ты стартовую цену знаешь?
– Конечно, – кивнула Вера. – Всего-то семьдесят пять тысяч баксов за каждую. – Оглянувшись на отставшего на два шага Сергея, она прильнула к Алле и прошептала ей в самое ухо:
– Хотят жениться? Вот пусть и делают любимым женщинам свадебный подарок. Я, правда, своего шпиона о деньгах никогда не спрашивала, но, судя по тому, что я видела, Рерих может оказаться ему вполне по карману. А уж про твоего Рэмбо и говорить смешно. Для него это вообще семечки.