Автостоп

Вивье Колетт

— В таком случае, сидел бы дома, — возразил Симон. — Впрочем, мне на него наплевать. Пошли, Люк?

— Да, да, — подхватила бабушка, которую все эти разговоры явно забавляли. — Пойди устрой своего друга, дорогой, и покажи ему, где ванная комната. А потом мы все перекусим.

В комнатке на втором этаже стоял только трехногий стол, так что для раскладушки места вполне хватало.

— Стул тебе принести? — спросил Симон.

— Зачем? — весело ответил Люк. — Гляди-ка, в окно виден лес… А ты где спишь?

— Как всегда, в голубой комнате

вместе с Бертраном, который храпит, как боров.

— Не как боров, а как Леонель в прошлом году в палатке, — рассмеялся Люк. — Ура, старик, да здравствуют бронхиты! Я так рад, что я здесь, с тобой!

Симон отвесил смешной поклон, и волосы упали ему на глаза.

— В таком случае, месье, соблаговолите спуститься вниз. Бабушка требует соблюдения ритуала: приехал — садись за стол. Слышишь шум? Видно, пришли наши скалолазы.

Бабушка уже накрыла стол в тени липы. Вокруг большого кувшина с лимонадом были красиво расставлены тарелки с хлебом, маслом и сыром и вазочки с конфетами и миндальным печеньем. Валентина и Жюли мазали бутерброд за бутербродом, а бабушка, которая села чуть поодаль, чтобы насладиться этой сценкой, ласково глядела на них. Рыжий парень в шортах вытирал грязным платком мокрое от пота лицо.

— А ты, Бертран, почему не ешь? — спросила бабушка.

— Я умираю от жажды, — вздохнул Бертран.

— Ну так пей!

Бабушке не пришлось повторять это дважды. Бертран выпил залпом три стакана кряду.

За ним наблюдал, щуря глаза, другой мальчик, который лежал на траве и крутил транзистор. Он был долговязый, смуглый, густые каштановые волосы закрывали ему лоб. Отложив транзистор, он сказал тоном, не терпящим возражений:

— Тренировка есть тренировка, и Бертрану еще не раз придется попотеть, когда мы попадем в горы.

— Да я в принципе не против тренировок, Фредерик прав, — сказал Бертран, — просто сегодня мне это было как-то не в жилу, вот и все.

— А меня вы не возьмете с собой потренироваться? — спросил Симон.

Фредерик смерил его взглядом.

— Посмотрим… Но о том, чтоб ты отправился с нами в Шамони, и речи быть не может: там скалы, скальная стенка, это очень опасно… Да, должен тебе сказать, что в будущем году я пойду на Монблан, потому что все остальные вершины для меня пустяки. А потом, потом… Знаете, я только что прочел объявление в газете, что какой-то парень ищет товарища, чтобы пойти с ним в Скалистые горы. Соблазнительно, верно?

— Да что ты несешь? — воскликнула бабушка. — Ладно, доедайте бутерброды, молодые люди, а я пойду готовить ужин.

Она удалилась, семеня по дорожке, а когда минут десять спустя вновь появилась на лужайке, все было съедено до последней крошки. И только тогда Фредерик удостоил Люка своим вниманием. Он ткнул в него пальцем и спросил:

— А кто этот тип?

Симон повторил все, что уже сказал бабушке, Фредерик с важным видом кивнул головой, а Бертран, сняв рубашку, стал обливать себя из шланга. Он прыгал как сумашедший под струями холодной воды, а потом окатил девочек, которые

с визгом убежали.

— Уй, теперь как будто бы лучше. Ты не хочешь последовать моему примеру, наш новый кузен?

Люк отказался, но слова «наш новый кузен» его тронули, и два дня спустя он уже чувствовал себя в Фонтенбло совсем своим. Жизнь в розовом домике была легкой, непринужденной, и все делали что хотели: вставали, когда высыпались, час обеда зависел от длительности прогулок, а когда темнело, они сходились на лужайке и слушали, как Бертран играет на гитаре и напевает модные песенки. Впрочем, это не мешало транзисторам работать вовсю, и у Люка чуть не лопались барабанные перепонки, когда Жюли, Валентина и Симон одновременно включали свои приемники.

На третий день, однако, Фредерик положил конец этим музыкальным забавам. Он прибежал, на ходу разворачивая газету.

— Вот объявления, о которых я вам говорил. Послушайте и оцените!

Он откашлялся и прочел на одном дыхании:

— «Ищу товарища для совместного путешествия по Норвегии на мопедах…» «Ищу парня или девушку, чтобы пересечь Сахару в лендровере…» А вот еще: «Ищу ребят, чтобы вместе построить парусник и отправиться на нем по Тихому океану…»

— Но ведь все эти места находятся на краю света! — воскликнула бабушка, которая никогда не уезжала дальше Венеции, да и то в дни далекой юности. — От ваших планов у меня голова кружится.

— Что касается путешествий, то в августе мне придется вкалывать в гараже, — вздохнул Фредерик. — Ничего не поделаешь, надо заработать деньги, чтобы в будущем году действительно совершить восхождение на Монблан.

— Конечно, сперва на Монблан, а потом на Скалистые горы, — насмешливо пропел Симон.

Фредерик искоса взглянул на него:

— Думаешь, очень остроумно? Что ж, каждому свое: пока вы будете шататься по лесу безо всякого толка, мы с Бертраном сделаем еще одну вершину.

— А кто в этом виноват? Ведь на все мои просьбы взять меня с собой ты важно отвечаешь: «Посмотрим», — огрызнулся Симон. — К тому же ты попал пальцем в небо, потому что мы с Люком собираемся путешествовать автостопом. Так что можешь заткнуться.

— А куда вы поедете?

— Ну, мы еще точно не решили, может быть, в Мор- ван, а может, в Питивьер.

— В Питивьер? Вот так путешествие — всего сорок километров! Да это же курам на смех… Но у нашего нового кузена, должно быть, тоже есть свои планы. Что же ты молчишь, словно в рот воды набрал? Не стесняйся, выкладывай!

Планы? У Люка не было никаких планов. Но Фредерик со своим важным видом начинал действовать ему на нервы. И он решил вступить в игру. Планы… планы… Он вдруг вспомнил один документальный фильм, который недавно видел по телеку.

— Я хотел бы попасть в Ним, чтобы посетить его знаменитые арены, — заявил он уверенно. — У меня страсть к римским развалинам. Слыхали про Тимгат в Алжире, ну и так далее? Но в Тимгат я отправлюсь как-нибудь потом, а пока начну с Нима. По телеку говорили…