Айлин
Шрифт:
Я не успела наобещать ещё быть покорной воле мужа, когда услышала тихое шебуршание снаружи. После чего прижалась носом к доскам и страстно зашептала:
– Грегори? Это вы? Ответьте мне…
По доскам тихо постучали, я торопливо затушила свечу и прильнула к окну. Потайной фонарь осторожно поднесли к окну, и я увидела такие знакомые синие глаза мужа. Так Стивен всё же здесь? Но услышала я совершенно спокойный голос свекрови:
– Добрый вечер, дорогая! Мы очень рады, что нашли тебя!
Я сдержала нервный смешок. Да уж, только леди Грейс даже в таких условиях ведёт себя так,
– Не переживай, Айлин! – услышала я преувеличенно бодрый и радостный голос Чарли. – Сейчас мы тебя вытащим из этого местечка.
И тут я запереживала. Но постаралась не выдать этого, сообщив, что совсем скоро рассвет. Я быстро обрисовала ситуацию и попросила вызвать подмогу. Чарли с Грегом решили возмутиться, мол, чего это? Или они не справятся с двумя солдатами? Но свекровь резко сообщила всё, что думает о их самодеятельности.
– Чарли будет поблизости. Он будет следить за домом и сможет помочь тебе в случае опасности. А мы обещаем вернуться так быстро, как только сможем, – сказала леди Грейс.
– Мне бы ваш оптимизм, миледи! – расстроенно прошептала я и отошла от окна.
О том, чтобы провести остаток ночи в постели, не было и речи – я тревожно прислушивалась ко всем звукам в ночи, припадала ухом к двери, которая вела в то помещение, где спала моя охрана, и считала минуты до того момента, когда меня вызволят отсюда.
***
Бойд МакКинон
Молодой человек небрежно насвистывал, посматривал по сторонам и всячески излучал удовольствие, бесцельно прогуливаясь по рынку. Его подружка что-то выбирала себе из тканей, небось, опять собиралась шить новые наряды… Бойду было искренне наплевать на все эти женские штучки – у его сестёр было два платья, и они их полностью устраивали, вроде бы…
Щекотливая ситуация с леди Бакстер разрешилась, наконец, ему удалось узнать о том, что леди Айлин планирует встретиться на рынке с его сестрицами (хоть на что-то они сгодились), а дальше – всё было очень просто. Мысль о том, что леди похитят разбойники, пришла в голову не ему, к сожалению, а его милой подружке. Сейчас родичи и дорогой супруг леди бегают где-то по горам в поисках неведомых похитителей, заказчик мечется у себя дома, переживая за это небольшое изменение в планах. Одним словом, все при делах и заботах, и никто не путается у него, у Бойда, под ногами.
И вот, похищенная леди находилась в той конуре, которую когда-то занимали работники лесопилки этого ничтожества – Пейсли. Солдаты говорили, что их подопечная – весьма тихая и славная женщина и охранять её – просто удовольствие.
Ну, что же… он был готов предоставить парням ещё немного подобного счастья, а потом кончать со всем этим представлением.
Бойд в очередной раз улыбнулся своим мыслям – Гордоны пока держатся, не говорят о похищении Айлин, но они вернутся из Гор, объявят об облаве, все будут поставлены на уши! В том числе и МакКиноны, конечно. Скорее всего, именно Бойду выпадет честь вызволить пленницу, убив при этом её похитителей. А от ребят нужно было избавляться в любом случае – ведь они свидетели не только этой небольшой шалости, но и того, как лорд из клана МакКинон торговал людьми. Бойд встретил знакомого и приветственно поднял шляпу,
Вот будет потеха, когда пленницу найдут рядом с домом человека, у которого она отобрала доход, и немалый. Конечно же, Пейсли ничего не спасёт, в этом сомнения нет. У них там в семейке все чокнутые, начиная от Рыжего Эйба и заканчивая очаровательной леди Полиной Лейтон, которая, по слухам, за неповиновение может приказать скинуть работника со стены. Ну, а самого Стивена он знает – тот ещё тип!
Не упустить бы только нужный момент. Впрочем, и тут ему переживать не стоит – его милая возлюбленная сказала, что она даст сигнал, как только Пейсли почует, что запахло жареным. Хотелось бы надеяться, что так и будет. В противном случае, у них будет куда больше шансов оказаться в петле, нежели у этого малахольного придурка.
– Кажется, я всё выбрала, что хотела, дорогой! – услышал он усталый голос возлюбленной, парень дёрнулся, но рядом никого не оказалось, так что можно не переживать о конспирации. – Думаю, мне стоит отправиться домой и ненадолго прилечь. Да и не хотелось бы пускать ситуацию на самотёк.
– Конечно, дорогая, как скажешь! Встретимся завтра утром? – встрепенулся Бойд.
– Разумеется, милый! – девушка ласково улыбнулась возлюбленному и кивнула слегка небрежно. Конечно, она понимала, что он не блещет умом, зато он мог бы стать надёжной опорой ей и их детям.
Глава 42
После чего она резко развернулась и вновь отправилась вдоль торговых рядов, словно оказалась тут совершенно случайно. Бойд также сделал вид, будто они малознакомы, и равнодушно проводил взглядом девушку, случайно наткнувшись на Эндрю Бакстера, лорда Гордона, который должен был быть сейчас в Горах, безуспешно пытаясь разыскать свою невестку. Однако, вместо этого он что-то забыл на рынке, равнодушно мазнув взглядом по проходящей мимо хорошенькой девушке. Где же они просчитались? Кучер уже стоял возле коляски, нагруженный свёртками.
– Мы можем возвращаться домой, госпожа? – спросил почтительно кучер.
– Да! – коротко ответила та и кинула взгляд в сторону Бойда.
Тому два раза повторять не стоило – уже завтра на рассвете их пленницы на будет в той лачуге – бережёного бог бережёт!
***
Сколько прошло времени – я и сама не знала. Мне казалось, что я просто присела на минутку на свою лежанку, закрыв глаза. А проснулась, когда небо уже посерело, предвещая новый день. Прислушалась к себе, решая, что же именно меня разбудило. Оказалось, что это голоса за закрытой дверью. Мои охранники суетились, бурно переговаривались за стеной. Наконец, дверь распахнулась и один из солдат предложил мне выметаться наружу.
Нет, мы так не договаривались! Мне сейчас отсюда точно никуда. Поэтому я стала вести себя, как ненормальная, вырываясь и голося, словно меня убивали самой страшной смертью, я просто хотела, чтобы Чарли, который находился где-то неподалёку, смог заметить и вовремя смыться. В дверном проёме появился третий солдат, тот самый, голос которого я уже слышала ранее, когда меня запирали в этой каморке. На его лице был надет платок, так, что на лице видны были только светло-голубые равнодушные глаза.