Айнон. Лунная пара

Бейлинсон Томас

Он ненадолго задумался и принялся рассказывать:

– Чтобы не говорить несвязанными отрывками, я начну с самого начала, с того, что знают все в этом мире. Как и все, ты знаешь, что гномы похожи на людей, но только мы крепче людей, хоть и немного меньше ростом. Имея небольшой рост нам удобнее ходить по низким ходам и пещерам. Но хоть ростом гномы с вашего подростка, мы наделены гораздо большей силой, чем люди. По нашим обычаям мы носим длинные бороды и живём гораздо дольше, чем люди, хотя и не так долго, как эльфы или драконы.

Тлана кивала головой. Всё это знал любой ребёнок, но девушка не перебивала гнома, надеясь, что он расскажет что-нибудь такое, чего она ещё не знает.

– Гномы чрезвычайно обидчивы и ворчливы.

А ещё мы очень упрямы, – продолжал Двар, – У людей даже есть пословица: – "Упрям как гном", – Двар хмыкнул, – Но по большому счёту люди правы, мы действительно очень упрямы, хотя мы предпочитаем называть это – упорством. А ещё, гномы прекрасные мастера-кузнецы, ведающие всеми тайнами железа и камня. Мы искусные ремесленники в резьбе по камню и в этом нам нет равных. Гномы первыми в этом мире научились добывать руду и плавить металлы. Обоюдоострые топоры орков все называют лабрис, но мало кто знает, что это гномье слово, орки переняли у нас и оружие и его название. А когда-то совсем давно, орки воевали короткими копьями с широкими лезвиями.

Двар посмотрел на удивленную девушку и продолжил:

– Гномы могут выковывать замечательные ювелирные изделия, мечи, кольчуги и другие простые и даже волшебные предметы. Гномы не владеют магией как таковой, нам недоступна магия стихий, но нам знакома магия рун и обрядов, а это тоже своего рода волшебство, которым мало кто владеет. Мы можем усилять, укреплять и зачаровывать металлы и камень. Гномы не понаслышке знакомы с алхимией и знахарством. Младший брат верховного бога Эрату, Великий Махал, считающийся отцом всех гномов, обделил наш народ в магических умениях, но щедро вознаградил нас живым умом. Гномы большие выдумщики, механики и изобретатели. Нам подвластно то, что недоступно другим, а в механике нам вообще нет равных.

Три – это священное число для любого гнома. Это число праотцов и пошедших от них Родов гномов, поэтому гномы считают это число наиважнейшим из всех чисел.

Треугольник и молот Махала – священные фигуры для любого гнома. Треугольник символизирует для гномов две вещи. Во-первых, трёх праотцов, созданных Махалом и во-вторых, гору – основу жизни гномов, наш дом.

Молот Махала – это и оружие и инструмент, символ мастерства подгорных кузнецов, намёк на наше основное призвание и напоминание о происхождении гномов. Большинство гномов носят на груди амулеты в виде молота или треугольника. Кстати, вопреки мнению людей, никто в мире кроме гномов не использует кузнечный молот как оружие, по гномьи кузнечный молот звучит как – кувал, а боевой молот – клеван.

Двар довольно покрутил свой ус, пригладил бороду и продолжил:

– Гномы не любят говорить об этом вслух, но при этом каждый гном понимает, что эльфы, бесспорно, могут соперничать с нами в изготовлении чего-либо прекрасного, но им больше близка природа и всё, что с ней связано. У них совсем другая натура. Безусловно они могут создавать красивые вещи, но на взгляд гномов многие из этих вещей слишком изящные и утончённые, они не так практичны и долговечны. А для любого гнома главное это – практичность и долговечность.

Двар ухмыльнулся каким-то своим мыслям и снова продолжил:

– В общем-то, мы добрый и трудовой народ, но сильно пострадавший от людской зависти, потому людей мы недолюбливаем. Живём в глубоких горных пещерах, там построены нами подземные города и дворцы. Чужих мы туда не пускаем, а для гномов все чужие. Редкий человек бывал в подземных чертогах Хирны и почти никто не удостаивался встречи с королём Восточных гор. Но тебе сделано почётное исключение, ты будешь принята нашим королём. Ты спасла мне жизнь и если бы ты была мужчиной, то стала бы моим кровником, для гномов это даже больше чем быть родным братом. Но даже не будучи моим кровником, ты и без этого всегда будешь желанным гостем в Восточных горах.

Двар многозначительно посмотрел на покрасневшую девушку и продолжил свой

рассказ:

– Гномы воюют в подземельях с горными чудовищами гримтурсами или как их называют люди – троллями. Ну и конечно же с драконами. Драконы могут плавить камень, но они слишком долго будут сами выжигать длинные тоннели в горах, поэтому им проще пользоваться тоннелями гномов, чтобы добывать огненную руду, которая необходима им для жизни и изрыгания огня. Поэтому гномы и воюют с драконами, которые занимают их тоннели, шахты и города. А ещё драконы зарятся на золото гномов.

– А зачем драконам золото? – Удивилась девушка.

– Драконы как маги. То, что у них из пасти выходит огонь – это как магия огненной стихии. Только что рождённый дракон ещё не совсем владеет всей своей силой и огнём может навредить окружающим и особенно себе самому. Рождённый дракон не обладает сильной магией, а золото частично экранирует магию молодых драконов. Поэтому, когда драконы ждут малыша, они стаскивают в своё логово как можно больше золота, чтобы обезопасить родившегося малыша от себя самого. Ведь у маленького дракона совсем ещё нежная кожа и чешуя.

Но сейчас в мире мало поистине свободных драконов, поэтому народ гномов процветает. Теперь все немногие оставшиеся свободные драконы находятся на Драконьих островах. Горы этих островов сплошь изрыты природными ходами и пещерами и у драконов нет проблем с поиском места для гнезда. Говорят, что на Драконьих островах огненная руда находится на поверхности и драконам не составляет труда добывать её.

Почти всех остальных драконов этого мира подчинили себе халды. В горах Айнона свободных драконов остались лишь считанные единицы. Да и за ними охотятся люди из-за драконьего золота и драконьей чешуи, которая лишь немного уступает в крепости мифрилу, но зато драконья чешуя лучше, чем мифрил защищает от магии. Но мифрил гораздо крепче к физическим воздействиям и гораздо долговечнее. При этом у гномов совсем мало опытных мастеров способных работать с чешуёй или кожей дракона, а кроме гномов вообще никто этого не может, даже эльфы. В этом деле у нас нет конкурентов, получается, что изделия из мифрила и драконьей чешуи могут изготовлять только гномы. Любой добывший драконью чешую, обращается к гномам, а мы делаем для него доспехи. Единственный минус в том, что всё это могут позволить себе купить лишь совсем немногие, так как это очень дорогое удовольствие.

– Тебе интересно? – неожиданно спросил гном у девушки.

– Очень! – честно ответила ему Тлана.

Довольно хмыкнув и погладив свою окладистую бороду, Двар снова продолжил:

– Ты что-нибудь слышала о таких существах, как хипноты?

– Нет, – покачала головой девушка, – Не видела таких и не слышала о них.

– Хех, – усмехнулся гном, – Я тоже их не видел, но легенды гномов гласят, что когда-то давным-давно была на Айноне такая раса. Говорят, что в те давние времена, гномы постоянно воевали с хипнотами. Они были совсем небольшого роста, с бледной кожей, длинными руками и большой головой. Они плохо видели, но обладали прекрасным слухом. Хипноты умели подчинять себе чужой разум и что бы справиться с ними, нужен был большой отряд гномов. Подчинить разум большого отряда у них не хватало сил. Но хипнотов давно уже нет, эта раса исчезла. Они были совсем немногочисленны и жили небольшими группами, поэтому были истреблены в войнах с гномами и людьми. Люди, гномы и даже драконы, охотились за ними из-за их золота, которое хипноты любили даже больше чем драконы. При этом никто не знал, зачем им нужно золото. Хипноты поклонялись самой Бездне и жили глубоко под землёй, намного ниже, чем самые глубокие шахты гномов, но они гораздо чаще, чем гномы поднимались на поверхность. Если какой-нибудь гном случайно натыкался на забытый клад хипнотов, то его Род становился очень богатым. Но такого уже давным-давно не случалось. Слишком мало было в мире хипнотов и слишком глубоко они прокладывали свои тоннели.