Азарт
Шрифт:
Проходят в «Мариотте» и турниры на яйцах, я имею в виду автоматы с яйцами. Каждый получает по сто жетонов, игра ведётся на время, а выигрывает тот, у кого спустя четверть часа остаётся больше всего. Однажды мне удалось в такой игре завоевать приз в виде кварцевой лампы, а мои знакомые выиграли двухнедельную поездку в Тунис.
Информация в последний час.
Дирекция «Мариотта» приняла весьма разумное решение и докупила несколько покерных автоматов из числа пользующихся наибольшим спросом. С джокером и по одному злотому.
Правда, не удержались и обзавелись ещё одним пятизлотовым,
Покер покером, но вот если бы и наше правительство стало так учитывать предложения общественности, мы бы жили в настоящем раю…
Что-то мы никак не можем окончательно отвязаться от автоматов. Конечно, это прекрасное развлечение, да и стоят они повсюду, однако попробуем все же перейти к игре, наиболее ассоциирующейся с казино и вызывающей наибольшее негодование.
Рулетка
Рулетка как таковая бог знает с каких времён вещь для меня хорошо известная. Я умела играть в неё с рождения и до сего дня не знаю, откуда это у меня. Наверняка это какое-то таинственное свойство моего организма. Каких-либо рациональных и понятных причин этого не существует, так как непосредственно с рулеткой я в детстве не сталкивалась, а играла, самое большее, на привозимых из западных стран детских игрушках, где колесо нужно крутить рукой.
Случилось так, что однажды я оказалась в краковском отёле «Под розой». Видимо, это было не так давно, поскольку казино там уже вовсю процветало. Естественно, я немедленно поспешила в обитель разврата.
Денег, между прочим, было с гулькин нос.
Все моё состояние сводилось к пятистам тысячам старых злотых, поскольку я очень рассчитывала на гонорары за встречи с читателями. Однако оказалось, что рассчитывала я напрасно, поскольку платили мне по безналичному расчёту, так что привет. Таким образом, я осталась при этой одной наличной банкноте, с которой могла делать что мне заблагорассудится.
Я остановилась у рулетки. Толкотня возле неё была средняя, можно было пробраться к игорному столу без особого труда. С первого же момента таинственный внутренний голос начал ко мне цепляться, утверждая, что выйдет 28. Я наблюдала за игрой, старательно отмахиваясь от внутреннего голоса. Времени у меня было полно, ставки ещё продолжали принимать. Касса обмена на жетоны находилась в двух метрах от меня, я могла обменять свои пятьсот тысяч на что угодно, а могла и поставить их целиком на эти самые 28.
Ничего подобного, я продолжала торчать на одном месте, уставившись на номер в стопроцентной уверенности, что выпадет 28. Шарик покатился, ставки были на все номера, за исключением 28. Душа моя верещала по этому поводу, ещё в последний момент я могла просто бросить деньги на эти паршивые 28 — куда там, паралич разбил меня совершенно безнадёжно.
Ну и что же вышло? Ежу ясно. Разумеется, 28.
С этого момента я решила в рулетке руководствоваться наитием.
Рулетка в «Мариотте» выглядит разнообразно не только с точки зрения затрат, там и все столы неодинаковые. Начнём с самых простых различий, математических, лишённых всякой метафизики.
Размеры ставок
Скорее потерять…
(Я проверила и вношу поправку: самая низшая ставка рулетки составляет два злотых пятьдесят грошей. Кажется, ставка за злотый просуществовала всего несколько недель, а может быть, её вообще не было.).
У рулетки есть ещё такое свойство, что в отличие от автоматов она представляет собой как бы коллективную игру. Легко видеть и успехи, и неудачи соседних игроков, и можно учиться на чужих ошибках. А страсти она возбуждает огромные.
На рулетке наиболее ярко прослеживаются закон серии, правящий азартными играми, чёрная и светлая полосы, а также их свойства. Покинуть рулетку в нужное время, отойти от стола, когда требуется, — это великое искусство, значительно выше, чем на автоматах, и редко кому подвластное.
Здесь нужно упомянуть об одной проблеме, ибо не каждый располагает такими знаниями. Так вот, некая особа ставит свой обожаемый жетончик, например, на 20. Фортуна к особе благосклонна, выпало 20. Особа получает тридцать пять выигранных жетонов, а тридцать шестой, её ,собственный, остаётся на номере Хотя принуждения нет, можно его забрать и поставить на что-нибудь другое.
Не советую.
И сразу же скажу почему, только перед этим ещё раз напомню о размерах ставок. Один жетон — это пять злотых, десять, двадцать пять, в зависимости от стола, можно играть по одному жетону, а можно и по десять Кажется, в наших казино десять жетонов на один номер — это верхний предел Так вот, человек цепляется за один номер, скажем за тринадцать, тринадцать не выходит, он постепенно повышает ставку, добавляя жетоны в надежде, что, если выйдет, он сразу же отыграется…
Не за то отец сына бил, что играл, а за то, что он, этакий молодой кретин, решил отыграться. Это так, мимоходом.
Доходит он до десяти жетонов, идёт дальше, на один номер он уже садиться не может, потому что достиг верхнего предела, и он начинает обставлять вокруг сплиты и корнеры.
О господи. Это ведь тоже не все знают…
С научной точки зрения рулетка, а также другие игры в казино были описаны паном Бучным, бывшим крупье, бесспорным специалистом.
Я не собираюсь с ним конкурировать. Тем не менее кое-что следует о рулетке рассказать.
Поле, на которое ставят игроки, выглядит следующим образом:
Одни номера — красные, другие — чёрные, а ноль — зелёный.
Кроме того, как мы видим, все поле делится на три вертикальные и три горизонтальные части Поэтому можно ставить по-разному: на каждые двенадцать номеров (то есть на сектор целиком), на красное или на чёрное, на чётные или на нечётные числа, на отдельный номер, на два номера сразу, кладя жетон на черте между ними, — это и называется сплит; на четыре номера, кладя жетон на перекрестье линий между ними, и это называется корнер, а также на номера, стоящие рядом на колесе. Все знают, что шарик бегает по колесу, а колесо, естественно, имеет номера, причём вперемешку, а не подряд.