Азиэль

Кононов Михаил

Тут опять все заржали. М-да, у нас ещё и насильник есть в банде, интересно, кто дальше? Может быть, ночью я проснусь привязанным к дереву напротив какого-нибудь маньяка, который будет меня потом по ночам приходить пытать? От таких мыслей, я сделал вывод, что помереть от ножа под ребро во сне не так уж и плохо.

– Ты гляди, как побледнел, что, не хочешь в палатку к Слащавому, а? – Хориган как-то злобно ухмыльнулся, но потом изменился в лице и снова стал добродушно улыбаться. – Да не ссы ты, Малец. Никто тебя не тронет, если сам не напросишься. Чего ты там сказать-то хотел?

– Поблагодарить я хотел, что приняли меня. Я, честно признаться, не такого ожидал

от вашего лагеря, но дом есть дом. Сам я сын кожевника, отец мастером настоящим был, на мне вот, как раз его рук дело одето. Отличное снаряжение для любого охотника. Он меня всему научил, так же я кашеварить умею, растения знаю, и грамоте немного обучен.

Грамоте я и вправду обучен, батька заставил. Ему раньше заказы из города письмом передавали, он и читать умел, и ответ писать мог, но меня, естественно, учить он не горел желанием. Обучал меня отец Рональд. Он, как батюшка в нашей церкви, всех желающих обязан был учить читать и понимать слово божье. Всегда приговаривал, что научусь я читать, пойму, куда после смерти Бог меня отправит.

– О как, и ремесленник, и повар, и даже грамоте обучен, – Торвальд скривил какую-то гримасу, вероятно, означавшую уважение. – Полезен будешь, паренёк. Мы тут тоже с добычей вернулись, двух кабанов завалили, несколько белок подстрелили. Как удивлять нас будешь? Мясо мы и сами пожарить горазды.

– В лес схожу, травы нужной нарву, мясо не только жарить можно, суп вкусный вам сварю. Мясо экономить надо, а то, как я понял, вы не каждый раз с такой добычей возвращаетесь.

– Да, что правда, то правда, – буркнул Хориган, – похоже, что ты знаешь о нашем печальном положении.

– И он даже предложил интересное решение, – тут голос наконец-то подал Глазастый, в главенстве которого, я уже начал сомневаться, – толкай своё предложение, Малец.

Немного собравшись с мыслями, я с большой надеждой в сердце начал:

– Я так понимаю, вы знаете, как мне досталось мясо, которое вы сейчас едите, – начал было я, сделав, как мне казалось, очень важный вид, – так вот, там этого мяса – целый склад. Оно готово для продажи в город. Уверен, тётка Марфа скоро отправит караван, а после моей выходки, возможно, оставит побольше охраны на ферме. Обычно с караваном ходит дополнительная охрана, но мне слабо верится, что они расщедрятся и наймут больше воинов, чем обычно. Скорее всего, будет человек пятнадцать. Как я посчитал, с шестью караульными нас два десятка, также есть четверо костлявых, могут и завалить одного голыми руками.

– Хе-хе, слыхали, вы теперь костлявые! – Хориган крикнул сгорбившейся четвёрке, похоже, что они ели сырую белку. – План-то неплох, у нас и луки есть, и людей достаточно. Парочку и ты можешь завалить, если рассказы о твоей меткости не являются всего лишь рассказами. Но вот только мы не можем себе позволить сидеть у дороги и высматривать, где же там караван. У нас тут, как бы это сказать, полный лес друзей, которые очень были бы рады нас повидать.

– Не обязательно всем караулить, можно отправить одного или двух людей, чтобы загородом следили, они увидят караван и скажут нам, – предложил я.

– А если их прирежут, так и будем сидеть неделю? – возразил мне Торвальд.

И тут каждый начал толкать свою версию, что да как надо сделать, кого куда послать, потом они начали посылать друг друга уже в ругательном смысле, кто-то даже взялся было за оружие, но тут всех перебил Чистюля:

– А ну тихо всем! Есть идея, и как по мне, вполне хорошая идея, – он говорил с какой-то необычайной важностью к своей персоне, все приутихли и вылупились прямо на него. –

Никто не будет никуда ходить караулить. Я, Красава и Малец сходим к Волосатому холму. Ещё никто не знает, что Малец стал одним из нас, так что он войдёт в город, как ни в чем не бывало. Изложит наш план Бороде, и вернётся к нам. Борода же, в свою очередь, будем захаживать на ферму, мол, мясца прикупить там, может, свиней помацать, мне все равно что, но он будет там, и увидит, когда караван начнут собирать в дорогу. После этого он привалит сразу к нам, или лучше ночью знак подаст, костерком там, или ещё как. А мы тут как тут, ноги в руки, и сюда в лагерь. Тут уже вы будьте готовы, да сразу выдвинемся. Караван едет медленно, мы однозначно успеем быстрее к дороге.

Пару минут все молча подумали. Думали-думали, и тут Глазастый, или, как недавно его назвал Торвальд, Глазик, встал и звучным голосом объявил:

– Ну что ж, план мне нравится! Не зря, Чистюля, ты благоухаешь на весь лагерь. Завтра же ты, Красава и Малец пойдёте на Волосатый холм, всем остальным быть готовым к их возвращению. Крикун, Торопыга и Слащавый, вам приказываю обойти караульных и объяснить им чё-почём. Всем всё ясно?

– Ясно, капитан! – толпа отозвалась единым криком.

Капитан значит. Вот оно как. Наверное, служил он в городской страже или ещё где, как же так случилось, что он теперь капитан разбойников? Надо бы узнать у Чистюли или Красавы, кто эти Торвальд и Хориган, и почему Глазастый тут главный. Завтра в пути попытаюсь всё это выпытать у них.

После всех этих разговоров Хориган и Торвальд рассказывали о своём походе за дичью, остальные разошлись по своим делам, кто в кости играть, а кто меч точить. Люди уже начали готовиться к предстоящему рейду, у одной из палаток собралась небольшая очередь, там раздавали луки и стрелы, кто-то уже начал ругаться, почему последних так мало.

Я и не рассчитывал, что мне чего-то перепадёт, так что пошёл к своей палатке, положил под голову мешок и начал заниматься одним из своих любимых дел – смотреть на луну и звёзды. Какая всё-таки красота, там, на небе. Ни одного облачка, что не могло не радовать. Идти завтра под дождём несколько часов по лесу ну вообще никак не хотелось.

В воздухе уже запахло жареным кабанчиком, но до его полного приготовления было далеко. Этот запах мне напомнил о тех днях, когда в Лесной проходили праздники. Вся деревня собиралась на площади. Все пили, ели, танцевали и пели, веселились, как могли. Родар, хозяин таверны, выносил целые бочки пива и наливал бесплатно всем желающим. В такие дни все приносили с собой из питья и еды всё, что могли. Даже тётка Марфа со своими сыновьями выделяли с десяток свиней. Их жарили прямо на площади, запах стоял на всю деревню.

Поначалу в такие дни даже мне лучше жилось. Кормить и поить меня, конечно, никто не стал, но объедками кидались изрядно. Так что мне иногда доставался небольшой кусок мяса на кости, или кусок пирога. Бывало даже с начинкой! В те дни я мечтал сидеть со всеми за общим столом и съесть целый окорок. Целый, а не жалкие объедки.

Никто особо на меня не обращал внимания поначалу, но потом люди начали устраивать всякого рода игрища. И, как-то раз мои старые друзья-забияки предложили весёлую игру – бегать за мной и пинать под зад. Было совсем не удивительно, что эту идею вся деревня приняла с огромным удовольствием. Ну не любил вот меня народ! Что поделать, если даже батюшка Рональд, святой отец, будь он не ладен, после моего рождения окрестил меня никем иным, как бесом и присвоил мне имя Азиэль, главного чертёнка всех церковных рассказов.